Черная Жемчужина - Марго Арнелл

– Теневое проклятие смертельно и неотвратимо. В том, что Ильза заболела им, не твоя вина. Вина лежит на маге, который приручил тень, а затем выпустил ее на свободу. Такова жизнь – за чужие решения нередко приходится расплачиваться нам самим. Ильзе пришлось. У тебя не было шанса ее спасти… кроме одного. Но жизнь одной девушки против исковерканных жизней сотен людей…

Джеральд был прав насчет добра и зла – не все в этом мире так уж однозначно. Лан искренне хотел спасти свою любимую… и вот, к чему это привело. Можно ли назвать его воплощением добра, хотя его побуждения были светлыми? Нет. Воплощением зла? Тоже нет, хоть люди и пострадали из-за него.

Кэйла уже очень давно перестала воспринимать свое нахождение в мире Денизе как сон, как безумно интересную и сложную игру, в которой магия казалась чем-то исключительно светлым, волшебным, чудотворным. Теперь быть белой колдуньей – ее судьба, ее предназначение. Теперь только от нее зависит, какой запомнят люди Черную Жемчужину – справедливой или жестокой, чуткой или равнодушной… Спасительницей или разрушительницей чужих судеб.

Столкновение с аземой, ледяное дыхание смерти, мимолетно скользнувшее по ее щеке после злоупотребления магией крови, знакомство с обратной волной магии, трагическая история любви Лана и Ильзы – все это дало Кэйле понять, что ее путь белой колдуньи будет сложным, тернистым… опасным.

Как и то, что теперь, избавившись от всех иллюзий и предубеждений, она готова вступить на этот путь.

Часть четвертая. Клинок милосердия. Глава двадцать четвертая. Приручить стихию

«Думаю, чувствовать стихию ты уже научилась. А значит, пора приступить ко второй ступени, что называется «колебанием». Она научит тебя легкому изменению стихии. Практиковать эту ступень легче всего на воде, но и огонь сгодится. Протяни руку над емкостью с водой, почувствуй ее, не касаясь. А затем, подключая воображение, постарайся воздействовать на воду, заставить ее поверхность чуть задрожать. Помни, три столпа стихийной магии – это сосредоточение, представление и сила».

Кэйла отложила в сторону дневник Денизе и простерла ладонь над чашей, до краев наполненной водой из ручья. Джеральд, поглаживая пепельную гриву Сумрака, выжидающе замер на расстоянии пары шагов от нее. Их взгляды пересеклись, и концентрация Кэйлы стремительно рассеялась. Щекам стало жарко.

Тряхнув волосами, она медленно выдохнула из сложенных трубочкой губ. Сосредоточилась, хотя сделать это в непосредственной близости от Джеральда было не так-то просто. Представила, как сила, сокрытая в ее ладони, заставляет неподвижную прежде гладь задрожать. Что-то изменилось в окружающем ее пространстве. Кэйла приоткрыла один глаз. Так и есть – по воде пробегали еле заметные волны, словно землетрясение, суженное до размеров крошечного участка поляны, где стояла чаша.

Кэйла едва не взвизгнула от восторга. Нельзя забывать о том, что выглядит она не как подросток, а как двадцати-чем-то-летняя колдунья – уравновешенная и уверенная в себе.

Вторая ступень магии поддавалась ей куда легче, чем она ожидала, но стоило ли удивляться этому после Стоунверда? Пробужденная сила словно горела в ее венах, требуя выхода. И то, что прежде казалось невозможным, стало вдруг понятным и простым.

«Третья ступень называется «изменение» и предполагает несложную манипуляцию со стихией без отрыва от ее источника. Благодаря заклинаниям этой ступени ты сможешь изменять форму языков пламени в костре, поднимать струи воды из реки, двигать песок под ногами. Быть может, ты уже знаешь, что многие стихийники нередко применяют эту ступень магии в «декоративных» целях. Например, именно так создаются фонтаны в роскошной столице Ралуа. Кто-то использует третью ступень для забавы, но самое главное ее назначение – подготовить заклинателя к более сильному манипулированию стихиями.

Следующий этап практики ты знаешь прекрасно: приготовить стихии – настоящие или искусственно созданные. Ты можешь делать с ними все, что угодно, главное – научиться управлять ими, контролировать их. Что значит, добиться того, чтобы первоначальное положение или форма стихий изменились».

Кэйла немедленно взялась за дело. Вновь пододвинув к себе чашу с водой, представила, как из ее центра поднимается струйка воды. Слова Денизе о фонтанах в столице подали ей идею создать их уменьшенную копию.

Вода в чаше задрожала, затем появилась воронка, но вверх не поднялось ни капли. Однако Кэйла уже успела убедиться, что магия никогда не поддается мгновенно, потому набралась терпения и продолжила визуализацию. Спустя несколько минут ее старания были вознаграждены – в чаше появился маленький фонтанчик с четырьмя струями воды, что поднимались в воздух и опадали вниз.

Затем Кэйла принялась менять форму пламени в разожженном Джеральдом для привала костре – от банальных сердец до сложных рисунков. Паладин даже не думал возражать, что их путь до Венге несколько затянулся, и она была благодарна ему за понимание.

Порядком наловчившись в третьей ступени стихийной магии, Кэйла взялась создавать из земли под ногами некое подобие песочных часов, что вызвало одобрительный смех Джеральда.

– Занятно, но это все слишком просто для тебя, – заметил он. – Пора переходить к более сложным манипуляциям стихиями.

– И каким же? – спросила Кэйла, потянувшись к дневнику.

Вместо ответа Джеральд указал рукой на костер, который находился от него на расстоянии нескольких шагов. Костер не потух, но стал слабее, словно из него забрали немного тепла. В тот же миг на протянутой ладони Джеральда заплясал огонек, сорвав с губ Кэйлы восхищенный вздох. Он повторил манипуляцию, вернув пламя на законное место.

Открыв дневник, Кэйла прочитала: «Перемещение» – изменение стихии с отрывом от источника». Задумчиво взглянула по сторонам.

– А если я так же призову огонь, он меня не обожжет?

Джеральд покачал головой.

– Прирученная тобой стихия несет в себе твою собственную энергию, а значит, не может причинить тебе вреда. Попробуй – призови огонь в свою руку.

Легко сказать… Кэйла смотрела на пламя