Когда отцветают розы - Барбара Майклс

Ей стоило некоторого усилия говорить спокойно.

— Здравствуй, папа.

— Где ты была?

Она готова была прикусить язык, только бы не извиняться за задержку.

— Я была в саду и вполне могла тебе перезвонить.

— Не люблю дожидаться, когда мне перезвонят. Завтра я буду в Вашингтоне. Если тебе не к спеху эти письма, ты могла бы подъехать туда и забрать их у меня.

— Ты сделал копии?

— Разумеется.

— Спасибо. Я очень ценю…

— Для меня это не составило труда. Значит, в «Мейсон Бланш», час дня.

— Да, очень хорошо. Как там…

Но он уже положил трубку.

Диане осталось только сделать то же самое.

На время разговора Мэри-Джо увела Уолта из кухни, но уговорить Энди проявить деликатность она не смогла. Он стоял у холодильника спиной к ней, но не скрывал, что все слышал. Достав банку пива, он открыл ее и невозмутимо поинтересовался:

— Что за копии?

— Копии писем Брэда, — ответила Диана со вздохом. Потом повысила голос: — Идите сюда, вы двое, мне вовсе не хочется потом все повторять.

— Выпейте пива, — радушно предложил Энди, когда они вернулись в кухню.

— Я и не думала подслушивать, — сказала покрасневшая Мэри-Джо.

— А я подслушивал, — признался Уолт, — но ты говорила слишком тихо. О каких копиях шла речь?

— О письмах, которые Брэд писал мне, когда ушел из дома. Мама с ними не расстается. Она убеждена, что его нет в живых, и у нее… глубокая депрессия, так, кажется, это называется. Я подумала, что могла пропустить что-нибудь важное при первом прочтении, и попросила папу снять для меня копии.

— Неплохая мысль, — одобрил Уолт, принимая из рук Энди банку пива. — Он пришлет тебе их по почте?

— Я просила его об этом, но теперь выяснилось, что завтра он будет в Вашингтоне. Он привезет их с собой. Мы договорились пообедать вместе.

— Разумно, — сказал Уолт, но его тон противоречил смыслу сказанного.

— Не будь таким циником, Уолт, — сказала Мэри-Джо. — Само собой, он сделает все возможное, чтобы помочь Диане прояснить ситуацию, — она с сомнением посмотрела на Диану, — верно ведь?

— Задай ты мне этот вопрос час назад, я бы сказала — нет. До вчерашнего вечера он ничего не знал о моих планах и даже о том, что я здесь. С самого начала он предпочитал считать Брэда погибшим. Но, быть может, я не понимала его. И сейчас до конца не понимаю, что у него на уме.

До Вашингтона было два часа езды. Диана поднялась рано после беспокойной ночи и оделась под ставший привычным шум машин и громкие голоса рабочих. Спустившись вниз, она застала Энди в кухне одного. Он оторвался от газеты, посмотрел на нее и присвистнул.

— Очень элегантно. Так вот как выглядят молодые привлекательные юристы! Но лично мне больше по душе, когда у тебя простой хвостик, а не этот узел.

— Хвостик атрибутом профессии не является, — Диана налила себе чашку кофе. — Ты, я вижу, тоже вырядился вполне официально. Только галстук ужасный.

— Ты что, это же последний писк моды! — запротестовал Энди, разглядывая в зеркало ярко-красную полосу, спускавшуюся от шеи до брючного ремня. — Я подумал, что мне надо приодеться, ежели предстоит отобедать в таком классном заведении, как «Мейсон Бланш».

Диана вздохнула, чувствуя, что дело безнадежное. Они чуть не повздорили по этому поводу вчера вечером. Их остановила только настоящая ссора, вспыхнувшая между Уолтом и Мэри-Джо, когда та заявила, что отправится назавтра работать как обычно.

— Тогда, быть может, ты нарисуешь заодно и мишень у себя на спине! — заорал Уолт. — Тебе нельзя выходить из дома, пока мерзавца не поймали. Ему прекрасно известно, когда и где ты бываешь…

— Он опасен только, когда пьет.

— А почему ты думаешь, что он не пьет сейчас?

Этот спор Уолт безнадежно проиграл, хотя сумел стоять, что он отвезет Мэри-Джо на работу и заберет вечером. Что касается перепалки Дианы с Энди, то ей хотелось верить, что победительницей вышла она. Поэтому сейчас она сказала:

— Ты не обедаешь в «Мейсон Бланш». Это было решено вчера.

— А мне так хочется вкусно покушать за счет твоего старого брюзги!

Диана не сдержала улыбки.

— Соблазнительно, я понимаю, но нет, Энди, не надо.

— О'кей, о'кей! Я поем в одиночестве в каком-нибудь не менее классном месте типа «Макдональдса». Но позволь мне хотя бы поехать с тобой. Я мог бы начать архивные изыскания, о которых мы говорили вчера.

Она прекрасно знала, что он лукавит. Документы, которые им были нужны, следовало искать прежде всего в местном суде и историческом архиве. Энди, видимо, хотелось изобразить из себя ковбоя, скачущего по прерии и в любую минуту ожидающего засады. Полная ерунда, но вполне в духе Энди. Она терялась, должна ли ей быть приятна его забота или оскорбительно мнение, что она не в силах за себя постоять.

— Хорошо, — она отмахнулась от ненужных сомнений. — Поехали.

В этот раз он и не пытался сесть за руль. Развалившись на сиденье рядом, он лениво, но внимательно следил за потоком встречных машин. Только когда они выехали на 29-ю магистраль, он прервал необычно долгое (для него, разумеется) молчание, а затем говорил без перерыва о чем угодно, только не о самом важном. К концу их поездки у нее звенело в ушах.

— К «Мейсон Бланш» туда, — сказал Энди, ткнув пальцем вправо, заметив, что она включила левый указатель поворота.

— Спасибо, я знаю.

— Тогда куда же ты едешь?

— К ближайшему «Макдональдсу».

Энди усмехнулся.

— Это я хохмил, как говорят парни в «Лисьей норе». Подбрось меня до станции метро. Где и в котором часу мы встретимся?

— В три часа я тебя подберу. Где ты будешь? В библиотеке Конгресса?

Он так поспешно закивал, что она поняла: посещение библиотеки не входит в его планы.

Она оставила машину на стоянке в квартале от ресторана. «Почему я так нервничаю?» — спрашивала она себя. Последний раз ей доводилось испытывать подобную робость перед встречей с отцом еще ребенком. Не потому ли это, что она пыталась изменить сами основы их взаимоотношений? Они не были слишком теплыми и близкими, но им была свойственна по крайней мере стабильность. Она давно научилась избегать ситуаций, при которых он мог вспылить, разозлиться, выйти из себя. Для этого нужно было немного — поступать так, как хотел он.

Диана вошла в ресторан за десять минут до назначенного времени, но