Преследуемая тенью - Мишель Хёрд

— Франко - мой самый близкий друг, — добавляет Ренцо, обхватывая меня за плечи.

— Вижу, ты прислушиваешься к моим советам, — говорит Франко, переминаясь между нами.

— Да-да. Я позволю тебе отдать должное, — усмехается Ренцо.

Я выхожу из-под его руки и, заглянув в коляску, шепчу: — Они такие очаровательные.

— Тебе не нужно шептать. Мы приучили их спать с шумом, — говорит Саманта.

— Умно, — бормочет Ренцо.

Двери лифта снова открываются, и я слышу, как Дарио говорит: — Тебе лучше улыбаться рядом с женщинами. Ты похож на убийцу, который только и ждет, чтобы убить.

Вместо Дарио к нам идет мужчина и бормочет: — Уберите его, пока я его не убил.

— Дарио, прекрати, — говорит Франко.

Я смотрю на мужчину, который действительно выглядит как убийца, ожидающий своего часа. Он наливает себе виски и переводит взгляд с одного человека на другого, а потом останавливается на мне.

О, Господи!

Я бросаюсь обратно к Ренцо и чувствую некоторое облегчение, когда он снова обнимает меня.

— Не волнуйся, он всегда так выглядит, — говорит Дарио, вставая по другую сторону от меня.

— Дамиано, это Скайлер, — представляет нас Ренцо.

Дамиано, как босс боссов. Это многое объясняет.

— Она твоя? — спрашивает Дамиано.

— Да. — Ренцо по-хозяйски сжимает мою руку.

Дамиано кивает, делая глоток своего напитка. — Дарио сказал мне, что ты решил эту проблему?

Ренцо кивает. — Все улажено.

— Хорошо.

Саманта подходит ближе и говорит: — Я вижу еду на кухне, и она выглядит аппетитно.

Я оглядываюсь через плечо и, отстранившись от Ренцо, говорю: — Да, я приготовила еду. Я подумала, что мы можем посидеть на кухне, пока мужчины играют в покер в столовой.

— Пока я нахожусь рядом с едой, мне все равно, где мы будем сидеть.

Я хихикаю и, когда мы подходим к острову, говорю: — Пожалуйста, угощайтесь.

— Господи, да вы только посмотрите на это, — говорит Дарио сзади нас. — К черту покер. Я сижу с женщинами.

— Черта с два, — бормочет Франко.

Я слышу, как дверь лифта снова открывается, и, оглянувшись через плечо, вижу, как заходит еще одна пара с малышом. У женщины большой живот, и на ее лице сияет милая улыбка.

— Наконец-то, — говорит Ренцо. — Мы уже собирались начать без вас.

Все приветствуют пару, и проходит минута или около того, прежде чем Ренцо говорит: — Скайлер, это Анджело и Виттория.

— Приятно познакомиться, — говорю я, прежде чем спросить: — Могу я предложить кому-нибудь что-нибудь выпить?

— Мы с Тори будем содовую, — отвечает Саманта.

— Тори, так я должна тебя называть? — спрашиваю я Витторию, пока иду к холодильнику за содовой.

— Пожалуйста. Только мужчины называют меня Витторией.

Я наливаю газировку в стаканы и передаю их Саманте и Тори.

Мы занимаем место за островом, а мужчины подходят и накладывают себе еду, после чего направляются к обеденному столу.

— Ты выспалась? — Тори спрашивает Саманту.

Я бросаю взгляд на Ренцо и наблюдаю, как он разражается смехом над тем, что сказал Франко.

— Да, тройняшки наконец-то вошли в привычный ритм, — слышу я ответ Саманты.

Вернув внимание к женщинам, я спрашиваю: — Как вы познакомились со своими мужьями?

Саманта усмехается. — Я была помощницей Франко.

— На самом деле я мало что знала об Анджело, когда мы поженились, — говорит Тори, заставляя меня вскинуть брови. — Это был своего рода вынужденный брак. Мой сводный брат задолжал ему денег, и я стала платой.

Моя челюсть практически падает на пол. — Ты шутишь, да?

Она хихикает. — Нет, не шучу, но я научилась любить его. Он удивительный человек.

Думаю, я все еще владею трофеем за самый странный способ встретить любовь всей своей жизни.

— Как вы с Ренцо познакомились? — спрашивает Тори.

Саманта кладет руку на руку Тори и качает головой, говоря: — Еще слишком рано для такого вопроса. Уверена, Скайлер пока не хочет об этом говорить.

Я благодарно улыбаюсь Саманте, а затем говорю: — Угощайтесь.

— О да! — восклицает Саманта, вставая, чтобы нагрузить себе тарелку.

Я снова бросаю взгляд на Ренцо и замечаю, что он смотрит на меня с мягкой улыбкой, растягивающей его губы.

— Ага, этот ублюдок влюбился, — бормочет Франко.

Ренцо смотрит на своего друга, а потом говорит: — Ты был первым, брат.

Я наблюдаю за тем, как мужчины шутят и спорят, начиная игру в покер, а затем возвращаю свое внимание к Саманте и Тори.

Эта встреча освежает, и, если повезет, я смогу подружиться с женщинами.

Глава 41

Ренцо

Когда Фабрицио останавливает Бентли у кладбища, я открываю дверь и вылезаю. Обойдя машину сзади, я подождал Скайлер, прежде чем взять ее за руку.

Я недавно установил надгробия и хотел убедиться, что они хорошо поработали.

Иду к могиле Харлана, и пальцы Скайлер крепко сжимают мои.

Это первый раз, когда мы вернулись после похорон, и я знаю, что ей будет тяжело.

Когда мы останавливаемся перед могилой, я читаю слова, выгравированные на граните.

Харлан Дэвис

Самый самоотверженный и любящий отец.

Преданный муж.

Ангел-хранитель, который слишком недолго ходил среди нас.

— Боже, — шепчет Скайлер, слезы блестят в ее глазах, а потом стекают по щекам. — Надгробие идеально. Спасибо, Ренцо.

— Не за что, amo.

Я отпускаю ее руку и обхватываю ее за плечи. Прижимаясь поцелуем к ее виску, я глубоко вдыхаю ее мягкий аромат.

У нее все хорошо, Харлан. Проблем с почками нет, и она открывает свой ресторан. Ты можешь спокойно отдыхать.

Скайлер выбирается из-под моей руки, и я наблюдаю, как она кладет свежие цветы на могилы своих родителей.

— Мне так много нужно вам рассказать, — говорит она родителям. — Я выбрала свое фирменное блюдо. Естественно, я прослезилась. Это корейский острый суп из грудинки, который ты любил, папа. Думаю, он станет победителем. — Она трепетно вдыхает, прежде чем продолжить: — Я открываю свой ресторан и назвала его Yukhaejang. Но большую часть работы проделал Ренцо.

Некоторое время она молчит, а потом говорит: — Ренцо хорошо ко мне относится, папа. Если ты смотришь на меня с небес, я не хочу, чтобы ты волновался. Я в безопасности и счастлива.

Она целует свои пальцы, а затем прижимает их к каждому из надгробий. — Я скоро снова приеду.

Она берет меня за руку, и мы идем к могиле Луизы, где она также кладет цветы.

Она глубоко вдыхает, а затем медленно выдыхает. — На самом деле я скучаю по твоему мясному рулету. — Она хихикает. — Надеюсь, ты счастлива и много отдыхаешь, где бы ты ни была.

Я даю Скайлер столько времени, сколько ей нужно, и когда она готова, обхватываю ее за плечи и веду к последней могиле.

— Я видела тебя