Тени белых ночей - Адель Хайд

— К нему Ольга Григорьевна просилась, — осторожно произнёс он

— Пусти, пусть пообщаются, — усталым голосом ответил Белозёрский

Как только дверь закрылась, то маг грязно выругался, встал и пошёл наливать себе что-нибудь, но после первого же глотка понял, что не чувствует вкус, отставил стакан, подумал:

— Почему мой сын? Чёртово пророчество начало сбываться!

Нажал на селектор:

— Соедини меня с Крестовским

— Привет Эраст, как дела? — сказал с улыбкой, как будто на том конце его могли видеть

Взял в руки календарь и продолжил:

— Я напомнить, завтра похороны Бориса, привози Анжелу. Владимир будет, пусть вспомнят друг друга. Несмотря на события я считаю, что настал момент, когда нам надо соединить… любящие сердца. А то сами они не торопятся. Завтра будут только свои. Всё договорились!

Отключившись, Белозёрский покрутил в руках настольный календарь и пробормотал себе под нос:

— Завтра начнётся отсчёт. Пора положить конец этой демократии.

Довольный придуманным планом Белозёрский вышел из кабинета и пошёл в сторону того крыла, куда распорядился запереть разбушевавшегося вчера Владимира.

— Пропусти, пока не входить, — распорядился Белозёрский охране, которая стояла возле входа, и прошёл в комнату к сыну.

Владимир лежал на кровати, при виде отца не удосужился встать, просто посмотрел на него

— Хочешь, чтобы твоя ведьма осталась в живых? — как и всегда, Белозёрский всегда сразу переходил к делу.

Взгляд Владимира стал более заинтересованным, и он спросил, не дождавшись пока отец продолжит:

— И что я должен сделать? Убить кого-нибудь?

— Ты должен жениться на Анжеле Крестовской и тогда я сохраню твоей ведьме жизнь

— Я женат, — сказал Владимир.

— Значит ты всё-таки хочешь стать вдовцом? — Белозёрский старший выдержал паузу и продолжил: — мне всё равно как ты женишься на Анжеле Крестовской — после чего развернулся и направился к выходу

Владимир не выдержал, и ответил:

— Я согласен, но я хочу от тебя магическую клятву, что ты не причинишь ей вреда.

И к удивлению Владимира, отец, всегда очень болезненно относившийся ко всякого рода магическим обязательствам, согласился:

— Я дам клятву, если и ты её дашь, что женишься на Крестовской

Владимир кивнул: — Справедливо.

На руках его были наручники. Это были наручники из специального сплава, который использовала только магполиция. Действовали на любую магию, блокируя источник.

— Сними, — сказал Владимир

— Сначала клятва— произнёс Белозёрский

Оба мага, отец и сын поклялись том, что ни один из них не собирался выполнять.

После того, как отец вышел, Владимир сел и уронил голову на ладони и произнёс, глядя вникуда:

— Надеюсь, что ты поймёшь, почему я так поступил, любовь моя.

Дверь отворилась и в комнату вошла Ольга Григорьевна.

— Бабуля, — ласково сказал Владимир, и она села рядом с внуком обняла его стала гладить по голове, как в детстве, когда он прибегал поделится радостью или горестью.

— Завтра Борю хоронят, — глухо сказа Ольга Григорьевна, — это ужасно, когда умирают молодые.

Александр говорит, что ты знаешь, кто убил.

Владимир отстранился:

— То, что Борис умер — этот просто несчастливое стечение обстоятельств. Его никто не убивал, —устало произнёс Владимир, прикрыл глаза и добавил:

— ну хоть ты мне поверь, — с надрывом в голосе сказал он.

— Я верю, — мягко сказала Ольга Григорьевна, — верю.

— А я женился, — сказал Владимир и показал бабуле тату на запястья

— Что это? — Ольга Григорьевна внимательно посмотрела

— Это то, что я думаю? Зачем ты сделал такую тату? — видимо, бабуля подумала, что это было сделано по тому рисунку, который она высылала

— Это не тату, — мрачно произнёс Владимир, — это брачная вязь стихий, я женился.

Ольга Григорьевна вдруг замолчала, чуть ли не с ужасом глядя на эту тату.

— Никому не показывай, Вова, — с тревогой в голосе сказала бабуля, —а особенно отцу.

Глава 30

На похороны Бориса Белозёрского приглашённые стали съезжаться почти с самого утра. Вереница чёрных машин змеилась по Новорижскому шоссе. Давно, а может быть и никогда, живущие здесь не видели такого количества дорогих марок магавтомобилей.

Прощание с Борисом проходило в загородной резиденции Белозёрских, там был и ритуальный зал и фамильный склеп.

Маги шли потоком, сначала подходя к гробу, возле которого сидела «безутешная» вдова в брендовом чёрном костюме, который невероятно ей шёл, подчёркивая достоинства и скрывая недостатки. Рядом с матерью с грустными и усталыми личиками сидели двое детей, мальчик и девочка. И вот их горе явно было неподдельным. Но в этом возрасте смерть это что-то невозможно далёкое, именно поэтому на лице у девочки периодически мелькало что-то похожее на недоумение.

Отец стоял прямо у гроба и был похож на скалу, на лице Белозёрского старшего была написана решимость. Он принял решение и ждал только, когда маги займут этот большой зал, чтобы каждый услышал, что он им скажет.

Спустя некоторое время зал заполнился магами, вопреки принятому обычая стульев не было и всем пришлось дожидаться конца церемонии стоя.

Но вот, наконец, Белозёрский поднял голову, оглядел всех собравшихся и начал говорить:

— Моего сына подло убили. Это сделала ведьма! Цинично и хладнокровно! Я требую мести! По закону! Но они спрятали её в своём городе ведьм, куда мы не можем пройти. Поэтому я буду мстить так, как считаю нужным! Я объявляю ведьмам войну!

Белозёрский говорил, умело используя голос. Начал он тихим глухим голосом, а под конец уже практически кричал. На последней фразе все присутствующие взорвались криками: — войну, войну, войну!

Белозёрский продолжал, вытянув правую руку над гробом, всё больше распаляясь и