Лукан. Конец - Адриана Бринн

— Я не знала, что она решила попробовать себя в модельном бизнесе. Пусть она мне позвонит. — предлагаю я. Она тетя моего сына, и я с радостью помогу ей всем, чем смогу. Кроме того, это может дать мне бонусные очки, когда дерьмо попадет в вентилятор.

— Я дам ей знать. — Он ярко улыбается мне.

— Сделай это. — Я отвечаю и отвожу взгляд от этой улыбки.

Я решила признаться ему сегодня вечером.

Я расскажу ему о Романе. В худшем случае он убьет меня, а в лучшем — отпустит на свободу, но не захочет иметь со мной ничего общего. Почему у меня в груди все сжимается, когда я думаю о том, что он не хочет иметь со мной ничего общего? Из этой ситуации действительно нет выхода. В одном случае страдает тело, в другом — сердце.

Покончив с пикником, мы вернулись в поместье, и не успела я удалиться в свою комнату, чтобы позвонить Роману, как Лукан пригласил меня на свидание. Именно пригласил, а не потребовал, как в прошлые разы. Пять лет назад он навязал мне свое свидание, когда держал в заложниках ожерелье моей матери. Он заставил меня вступить в этот брак, держа в своих руках наследие моей матери. В этот раз он пригласил меня на простое свидание. Я не драматизирую, когда говорю, что он выбивает меня из колеи.

Я смотрю на себя в зеркало в пол и наношу блеск для губ. Не мой обычный красный, а мягкий нюдовый оттенок. Платье требует этого. Мои волосы волнами спускаются на спину, а платье короткое, но не слишком. Оно достаточно короткое, чтобы показать мои длинные ноги, но не настолько короткое, чтобы была видна моя задница.

Оно стильное и в то же время очень дерзкое.

Серебряное платье, которое я купила пять лет назад, когда Лукан повел меня в тот бутик на мой день рождения. Я же говорила, что оно понадобится мне для особого случая. Оно до сих пор впору. Я купила его, потому что оно звало меня, но никогда бы не подумала, что надену его на свое первое официальное свидание с мужем. С тем самым мужчиной, который сломал во мне что-то в тот самый день, когда я получила это платье. Я игнорирую эти удручающие мысли и принимаюсь за игру. Мне нужно выяснить его истинные намерения сегодня вечером, прежде чем я расскажу ему свою правду.

* * *

ЛУКАН

У меня мало времени.

Моя жена может терпеть меня, я даже немного нравлюсь ей, но достаточно ли этого, чтобы она захотела остаться? Остаться и создать со мной будущее? Я пролистываю свои письма и удаляю то, которое преследует меня последние три дня. Я не хочу знать об этом. Я хочу, чтобы она сказала мне, что Роман мой, потому что она чувствует себя в достаточной безопасности со мной, в достаточной безопасности, чтобы наконец рассказать мне. Черт, даже если, это потому, что ее совесть гложет. Я хочу услышать правду из ее уст. Я стираю письмо из папки «Удаленные», чтобы оно действительно исчезло навсегда.

Мои сестры.

Мой сын.

Моя жена.

Моя жизнь.

Все это тяготит меня, и я устал притворяться, что эта жизнь, которую меня заставили вести, не дурманит мне голову. Я наслаждаюсь властью и острыми ощущениями, которые она мне дает, но, в конце концов, стоит ли все это того?

Кошмары лишь на время отступают.

Я до сих пор не знаю, что на самом деле случилось с моей матерью.

Кара несчастна, а Джианы больше нет.

Эта жизнь обошлась мне дороже, чем я рассчитывал, и, по правде говоря, я устал от этого дерьма. Я хочу, чтобы моя мать гордилась мной, это то, чего заслуживает ее память после многих лет, когда я считал ее злодейкой и проклинал ее имя.

Наследие моего отца закончится на мне.

Я позабочусь об этом.

— Куда ты ушел? — Мягкий, но сильный голос доносится с верхней площадки лестницы.

Какое у нее вид. Никто и никогда не сможет по-настоящему передать красоту Андреа. А если и удастся, то не в полной мере. Это будет почти невозможно. Фотографии даже не передают ее красоту.

Она идет ко мне по длинной лестнице, и я чувствую, как крепнет ее власть над каждой моей частичкой.

Лоренцо сказал бы, что я слабак. Мне абсолютно все равно, как меня называют, лишь бы я мог называть себя мужем этой женщины. Я сделаю все возможное, чтобы дать своей семье то, что они заслуживают.

Андреа дошла до последней ступеньки и теперь стоит передо мной.

— Я здесь. — Я хватаю ее за руку и притягиваю ближе к себе. — Всегда рядом.

— Я имела в виду, о чем ты думал? Ты смотрел вдаль. — Шепчет она.

— Просто думаю о том, как потрясающе ты выглядишь сегодня. — Отвечаю я.

— Угу. — Она наклоняет голову в сторону и ищет на моем лице ложь. — Почему я тебе не верю?

— Ты не веришь, что я считаю тебя сногсшибательной? Черт, а я-то думал, что у нас есть прогресс.

Она смеется.

Для меня это лучший звук в мире.

— Ты знаешь, что я имела в виду. Перестань пытаться быть милым.

Теперь я смеюсь над ее серьезным выражением лица.

— Ты не считаешь меня милым? — Я надулся, и она шлепнула меня по груди. — Ты ранишь меня, жена.

— Я не считаю тебя милым. — Она говорит серьезно, глядя мне в глаза.

— Не считаешь?

— Я думаю, что ты гораздо больше.

Из всех язвительных вещей, которые могли вырваться из ее великолепного рта. Этого я никак не ожидал.

Это дает мне надежду.

Она дала мне надежду на то, что будущее, о котором я мечтал в юности, не так уж недосягаемо для меня.

— Хорошо. — Я притягиваю ее ближе и опускаю мягкий поцелуй на ее лоб. — Пойдем.

— Куда ты меня ведешь?

— Это сюрприз.

— Я оделась подобающим образом? — Она немного покружилась, засмеялась, а затем продолжила показывать мне свои туфли.

Я не могу не смеяться над ее выходками.

— Да, ты идеальна.

Она улыбается.

— Тогда пойдем, я немного проголодалась.

— Мы не можем этого допустить, не так ли? — Я беру ее за руку и веду за собой. У меня такое чувство, что сегодняшний