Синяя борода и солнечный зайчик - Полевка

чтобы я ни сделал, не ругается, только улыбается и все. Знаете, что он сказал, когда я домой в дредах пришел? НИЧЕГО! Он посоветовал только носить зеленые линзы, мол, зеленые глаза с рыжими волосами отпаднее смотрятся. Клас-с! Папочка убил бы на пороге, а этот только похвалил за храбрость! И я теперь не только на классические танцы хожу, но и на современные, а еще на стрип-денс, – Тео довольно зажмурился.

Анджей только вздохнул. Ну, что за ребенок! Он увидел боковым зрением, что в их сторону смотрит Доминик. Тот хитро улыбнулся и салютовал братьям бокалом с соком. М-да, это, конечно, спорный вопрос, кто кого дрессирует, и кто получает от этого большее удовольствие. Анджею политика Доминика в отношении младшенького была ясна как божий день. Ну, действительно, он ему не папочка, пускай сами разбираются. Боги, дайте Доминику терпения и дальше быть таким же сдержанным по отношению к Тео.

Примечание к части

позже выложу продолжение просто не хочется делать очень длинную главу

Помолвка Анджея (продолжение)

Когда Анджей отошел от братьев, те дружно с облегчением выдохнули.

- Мне никогда не быть таким храбрым, как он, – грустно сказал Эмиль.

- И это говорит человек, который сам собрал чемодан и ушел из дома, куда глаза глядят! – Тео прижался к брату, – лично меня, как ты помнишь, увезли от родителей в пьяной отключке, а вещи потом чужие люди привезли. А ты знаешь, что папа выкинул из дома все наши вещи? - Тео заглянул в глаза брату, – в твоей комнате сейчас библиотека, а из моей сделали комнату для гостей. И все призы и фотографии исчезли, словно их и не было никогда. Ты помнишь, как это было, когда Энжи ушел от мужа?

- А ты откуда знаешь? – Эмиль покрепче прижал младшенького к себе, – я догадывался, что так и будет. Когда мы приехали с бала, у папы была жуткая истерика. Он начал рвать фотографии и обвинять меня в том, что я не старался привлечь внимание Доминика, а теперь он твой альфа! Папа считал, что он за мной ухаживает, а ты просто влез, куда не надо. Он кричал, что мне надо было больше улыбаться ему и строить глазки. Но я этого не умею, ты же знаешь… А потом он стал упрекать меня тем, что я сижу на родительской шее, а уже давно должен быть самостоятельным. Так что меня, считай, из дома выставили, - он грустно улыбнулся, – хотя я никогда не был так счастлив, как в последние дни.

- Я ездил домой, хотел забрать забытые ноты, а там ничего нашего нет, как будто нас и не было никогда, – Тео вздохнул, – а потом пришел папочка и сказал, что я шлюха и больше ему не сын, – Тео опять вздохнул, а Эмиль обнял его покрепче, - я так плакал, что мне даже плохо стало. Хорошо, что у меня есть Доминик. А как ты там один? – Тео с тревогой посмотрел на брата.

- Ну, я не один, у меня есть музыка, - Эмиль довольно зажмурился, – пока она звучит во мне, я не одинок.

- Тео, все в порядке? – Доминик был обеспокоен тем, как Тео прижимался к брату, – тебе плохо?

- Нет, все хорошо, - улыбнулся омега, - пока у меня есть ты, все будет прекрасно, просто я про папу рассказывал. Но я больше не буду грустить по этому поводу, не переживай, я теперь сильный!

Доминик с улыбкой смотрел на этих двух маленьких храбрецов, обнимавших друг друга в попытке защититься от невзгод внешнего мира.

- Эмиль, если тебе будет что-нибудь надо, не стесняйся обращаться, мы с Теодором будем всегда рады помочь.

- Спасибо за заботу и за присланного агента. Он прослушал мои работы и сказал, что у меня большое будущее, – довольный Эмиль улыбнулся, – так приятно знать, что мои работы хоть кому-то понравились! Это так окрыляет!

Мадлен взобрался на стул и, постучав ложечкой по бокалу с шампанским, призвал всех к тишине.

Доминик забрал у Тео бокал и велел официанту принести для Тео стакан сока.

- Мне тоже нужна ясная голова, - шепнул он глядя на недовольную мордочку омеги.

Тео решил не сердиться на своего альфу, он его лучше попозже зацелует.

- Ну, вот, мои дорогие, наконец-то, перейдем к тому, ради чего мы все здесь собрались. А собрались сегодня мы для того, чтобы поприветствовать нашего нового родственника – Анджея. Посмотрите на этого храброго человека, ему за два месяца удалось то, что у меня не получалось последние пять лет, – Мадлен мягко рассмеялся, среди родни раздались смешки, – о да, вы все знаете, как я старался. Но тут появился этот...

- Мой сын мертв. Ты этого добивался? – слова прозвучали неожиданно громко и зло.

У двери стоял пожилой светловолосый мужчина и со злобой смотрел на Анджея:

– Это ты виноват в его смерти, - он осмотрел зал взглядом, полным ненависти и презрения, - и я хочу, чтобы ты знал, тебе это просто так с рук не сойдет.

Доминик быстро пошел ко входу. Мужчина, увидев его, побледнел и быстро вышел.

- Эээ, а кто это был? – Мадлен был ошарашен и встревожен, переводя взгляд с закрытой двери на Доминика. Альфа махнул рукой, мол, не беспокойтесь.

- Это был отец Оливера, - пожал плечами Анджей, – не удивляйтесь, тот всегда был копией своего папочки, а от осинки не родятся апельсинки.

- Вот, ведь гаденыш! Ой, нехорошо так говорить о покойнике, но он не испортит нам вечеринку. Итак, я продолжаю, – Мадлен снова постучал по бокалу, – ну так вот, Анджей смог уговорить моего сына бросить свое холостяцкое прожигание жизни и стать, наконец, примерным сыном и мужем. Спасибо тебе, Анджей, за это! И, добро пожаловать в семью Динлохов!

Мадлен поднял бокал:

– За Анджея!

- За Анджея! – подхватили все в зале и подняли бокалы вверх.

– За братика! – воскликнули братья Мак-Грегоры.

- Знаешь, - Эмиль сделал глоток шампанского, - я в последнее время думаю, как тяжело пришлось Энджи! Представь, это так страшно, остаться одному без семьи, без поддержки. Когда я закрыл дверь родительского дома и вдруг оказался на улице один, я так испугался. Еще немного и я