Синяя борода и солнечный зайчик - Полевка

- Быстро садись есть!! – махнул ложкой Тео, и кусочек каши, сорвавшись с нее, упал на манжету джемпера. Недолго думая, омега слизнул ее.

Завтрак прошел в тишине. В это утро Доминик не сопротивлялся ни каше, ни чаю. Он был благодарен омеге за заботу, но, похоже, его ожидало еще кое-что необычное. По глазам Тео альфа понимал, что тот уже придумал это самое "кое-что". Допив свой чай, омега подхватил сумку, и, тихо напевая, побежал к двери. Сбежав вниз по лестнице, он внезапно замер и, уронив сумку, оглянулся со странным выражением лица.

- Что случилось? - Доминик бросился за ним.

Что же могло случиться? Неужели ему плохо? Слетев вниз по лестнице, альфа обхватил Тео руками со спины. Он вдруг вспомнил, в каком ужасном состоянии нашел омегу здесь после его разговора с папой. Тео прижался к нему спиной.

- Ты только послушай! - и он спел несколько нот, которые хрустальным звоном разнеслись по холлу, отразились от мрамора лестницы и вознеслись под стеклянный купол потолка, – какая потрясающая акустика! – Тео восторженно посмотрел на Доминика, – ты слышал, какой чистый звук получается. Прямо, как в храме!

У Доминика от облегчения чуть ноги не подкосились. Он выпустил сорванца из объятий и оперся руками на колени, переводя дух.

- Ты, что, испугался? – Тео искренне не понимал, – ты боишься громких звуков?

- Нет, мне показалось, что тебе стало плохо, - альфа попытался улыбнуться дрожащими губами, – у тебя было такое лицо. Пожалуйста, не пугай меня так больше!

- Ой, если б знал, что здесь такой звук, то я бы каждый день пел! – Тео опять надулся, – тебе сегодня не угодишь!

Когда они уже подъезжали к школе, Тео потер пятнышко от каши на манжетке.

- Ты мне поможешь? – спросил он жалобно.

Доминик кивнул головой. Тео забрался к нему на колени и с невинным выражением лица сунул леденец альфе в рот:

– Разгрызи, пожалуйста, а то для меня очень жёсткая конфетка.

Доминик напрягся, ожидая подвоха, но конфетка была просто леденцом, без сюрпризов.

– Дашь кусочек? – милый озорник приник к губам альфы, просясь языком внутрь. От неожиданного поцелуя Доминик совсем растерялся. Он почувствовал, как юркий язычок слизывает крошки леденца с его языка. Пришлось оторвать от себя коварного котенка, а тот только довольно облизнулся.

– У тебя такое СТРАННОЕ лицо! Ты на меня больше не сердишься? – тут машина остановилась, и Тео, смеясь, выскочил из машины.

– Удачного дня! – крикнул он, обернувшись.

Машина тихо тронулась с места.

Когда Тео повернулся к школе, все еще хихикая от собственной проказы, он наткнулся на Стива и его отца. И хоть Теодор его ни разу не видел, фамильное сходство было очевидно. Старший альфа с побелевшим лицом смотрел вслед удаляющейся машине Доминика. У Стива под опухшим глазом был синяк, который он явно пытался замазать. Альфа, набычившись, смотрел на Теодора. Отец отвесил ему оплеуху и заискивающе посмотрел на Тео.

- Мой сын и я приносим вам искренние извинения за причинённые неприятности, - отец Стива пытался одновременно поклониться, заискивающе улыбнуться и заглянуть в глаза Тео. Это было бы смешно, если не было бы настолько жалко. Он же вроде управляющий какого-то банка, вдруг вспомнил Тео, - смею вас заверить в нашей искренней симпатии и желании быть вам полезным. Еще раз прошу прощения за своего неразумного сына. Мы бы хотели…

- Ну, что вы не стоит, перестаньте! – Тео было очень неудобно, он прижал сумку к груди и попытался проскользнуть мимо, – все в порядке, все хорошо.

Оставив их стоять в недоумении, он бросился в класс.

Учителя, похоже, пришли в себя, и началась обычная школьная рутина, с домашними заданиями и опросами. За спиной Тео все еще шушукались одноклассники, но ему было все равно. Сегодня вечером он будет опять со своим любимым альфой, а все остальное неважно.

Как бы ни тянулись занятия, но и они закончились. После занятий Тео зашел в кондитерскую дяди, где его тут же завели на кухню и по-родственному накормили супом. Когда следом за ним появилась Конфетка, то и ее усадили за стол. Пока она ела, Тео, приоткрыв рот, смотрел, как старшие кузены украшают торты. Это было очень красиво! Из мешочка выскальзывал крем, превращаясь в цветочки, листочки и различные узорчики.

- Протяни руку, – скомандовал старший брат.

Тео, не раздумывая, подставил ладошку, и кузен быстро нарисовал на его ладони кремовый цветочек, а средний кузен, хмыкнув, добавил туда же пару зеленых листиков. Крем был тепловатым, и поэтому цветочек казался теплым и живым. Тео долго бы на него любовался, но Конфетка, перехватив руку Тео, слизнула верхушку. Следом за ней Тео, как котенок, быстро облизал руку. Луиза пошла наверх, отдохнуть перед танцами, а Тео поплелся на музыку.

Тео пришел пораньше и стал, как обычно, распеваться перед уроком. Он посмотрел в окно и увидел слонявшегося на улице Фила. В школе тот вел себя очень тихо, учителя его не замечали, на переменах он почти все время сидел в классе и, вообще, вел себя, скорее, как омега, тихо и незаметно, а не так, как все остальные альфы, шумно и с обязательными перекурами на переменах. Тео всегда было смешно смотреть на курящих одноклассников. Они считали, что сигарета придаст им брутальности и взрослости в глазах омег. Вот дурачки!

Сальери, выйдя из класса и услышав распевающегося Тео, благодушно улыбнулся. Омега приободрился, может ему сегодня повезет, и преподаватель не будет очень свирепствовать? На его счастье, так и вышло. Тео пел с листа, и на удивление все получалось так складно, будто он дома тщательно репетировал. Сальери его даже похвалил, что случалось крайне редко. Окрыленный, он выскочил из музыкальной школы и столкнулся нос к носу с Филом.

- Привет, - Тео растерялся, - а ты что здесь делаешь?

- Да, ничего, - Фил смотрел с восторгом, - это ты сейчас так красиво пел?

- Да, я рад, что тебе понравилось. А ты не слышал, как я с группой Адама пою? – улыбнулся довольный Тео, - у них сегодня будет репетиция, приходи послушать, там Адам новую песню написал.

- А ты будешь петь? - Фил смотрел на него, как ребенок на деда Мороза.

- Нет, не сегодня. Мы