Хозяйка пиццерии - Оксана Гринберга

Заодно люди стояли у барной стойки и заказывали пиццу на вынос. Кто-то спрашивал, будет ли скидка на «Четыре сыра», потому что вчера он съел целых три куска…

– Интересно, как он это провернул? – поинтересовалась я, подсев за столик к привычно завтракавшему за наш счет Дайхану. – Ведь ты следил, чтобы одна пицца была в одни руки.

– Подозреваю, это все Высшая Магия, а против такой я бессилен, – усмехнулся Дайхан, на что я закатила глаза и отправилась помогать на кухне.

Правда, сперва немного посмотрела на то, как Регина вела учетную книгу, и получалось у нее вполне сноровисто.

Еще через пару часов я вышла немного передохнуть – с мукой на переднике и с улыбкой до ушей.

Потому что Кирк снова ворчал о пересоленной «Огненной», на которую пожаловались несколько клиентов. Ну, те, кто смог говорить – потому что перца на кухне не пожалели!

Стейси спорила с одним из клиентов у кассы, заявляя, что бесплатно было вчера, а сегодня тому все-таки придется раскошелиться. Эрик с Линетт, сменяя друг друга, работали на кухне. Беата была на подхвате, Пусториус разносил заказы, а Румо доедал подгорелую с одного бока пиццу.

Сказал, что его все устраивает. Так что ему могут нести все, что подгорит, и он это съест.

Вот и меня тоже все устраивало. Мы справились – открыли пиццерию в самом сердце Андалора, и люди шли к нам с утра до самого закрытия. Заодно у нас были заказы на всю неделю вперед.

Потом мы все же заперли двери и принялись праздновать. И я, улыбаясь, смотрела на близких мне людей, не скрывавших своей радости от того, что у нас все-все получилось.

А еще на то, как близнецы по очереди катались на Румо, и тот мысленно ворчал, что он им не ездовая собака. Но я чувствовала: Румо гордился тем, что стал частью нашей большой и дружной семьи.

И я закрыла глаза, а затем подумала, что скоро мне придется взять кого-то на свое место.

Но не сразу.

Сперва мне нужно сдать экзамены и поступить в академию. И пусть я была бесконечно счастлива здесь и сейчас, но при этом понимала, что пиццерия «Баста-Паста» – это не моя судьба.

У меня совершенно другой путь и право прожить собственную жизнь так, как я этого хотела.

***

Маркус Корвин не торопясь шагал по улицам столицы.

Пусть его дракону хотелось взлететь и как можно скорее оказаться дома – за воротами особняка семьи Корвинов, расположенного на холмах в западной части города, – но Маркус решил пройтись по Энсгарду.

Он смотрел на родной шумный город. Разглядывал безмятежных людей, которые понятия не имели о смертельной опасности, что в любой момент и за каждым углом поджидала жителей Сирьи.

Вот и ему тоже хотелось вдохнуть запах свежевыпеченного хлеба и жареного в пряностях мяса и ощутить себя дома. Забыть о том, что было на юге Андалора, привыкнуть, что его служба закончилась и в Энсгарде ему не грозит никакая опасность, потому что этот город не имел ничего общего с Сирьей.

К тому же где-то здесь, среди кипящей жизнью столицы, была она.

Элиз Данн, о которой Маркус постоянно думал.

То и дело воскрешал из памяти ее красивое лицо, чудесный голос и упрямый взгляд. Вспоминал, что Элиз говорила ему о Темных и как он отказывался ей верить.

Это и стало камнем преткновения, а затем причиной разлада – то, что он не мог ей поверить, а ведь она во всем оказалась права!

Но Маркус осознал свои ошибки и собирался их исправить.

Для начала он ее найдет, а затем все объяснит. После чего докажет, что она принадлежит ему.

Потому что Элиз – его драконья пара.

***

Улей наблюдал.

Он смотрел на людей сквозь глаза своих носителей, а также через расползшиеся по городу части самого себя.

Улей чувствовал запахи, слышал обрывки людских разговоров. Улавливал аромат жареной пищи, гарь из труб домов и людской смех.

При этом он ощущал, что тела новых носителей, а заодно их разум все еще слабы после подчинения, поэтому давали ему испорченную картинку.

Носители чувствовали себя плохо. На грани отчаяния, потому что они не понимали, что с ними случилось.

Значит, внедрение на этот раз прошло слишком грубо. Носители ни в коем случае не должны быть несчастны. Лучше всего, если они вообще не будут ни о чем подозревать, потеряв свою волю и слепо выполняя указания Улья.

Придется это исправить. Но не с ними и не в этот раз.

Сейчас нужно действовать быстро и решительно. Остановить того, кто способен все разрушить.

Потому что Улей помнил. Улей учился. Улей рос.

Однажды его уже остановили – в другом мире, который он также собирался покорить, сделав своим. Ему почти удалось сломать сопротивление тех, кто его заселял, но затем явились враги.

Те, у кого нет имени.

Они уничтожили Улей, из которого уцелели лишь мелкие создания.

Эти создания все еще были живы. Они заново влились в общее сознание, поделившись памятью о тех событиях, и теперь Улей понимал, какая над ним нависла опасность.

Он должен это остановить – причем немедленно.

Маг. Преподаватель. Тот, кто знал слишком многое и стал для них угрозой.

Но уже скоро этот человек замолчит навсегда.

Потому что Улей помнит. Улей учится. Улей растет.

И однажды этот мир навсегда станет его частью.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

___________