Пес Ее Высочества - Мария Камардина

— В таком случае вам повезло. В Усвене есть врач нужной вам специализации, тоже, кстати, вампир. Уважаемая Делия имеет репутацию профессионала как у людей, так и у других видов. — Герцог помолчал и добавил: — Сегодня переночуйте здесь, а завтра покиньте замок. Среди моих людей немало тех, кто способен определить вампира и поднять тревогу, а мне бы не хотелось лишнего шума. В городе вы найдете постоялые дворы, там принимают всех.

— Премного благодарен, — снова поклонился Теобальд.

Герцог кивнул и повернулся к Хелен. Никакой магией Альберт Монтгомери не владел, но под его взглядом даже ведьме становилось неуютно — казалось, серые глаза видят её насквозь, со всеми секретами.

— Итак, королевская стихийная колдунья становится нянькой принцессы, — негромко произнёс герцог. — Полагаю, для этого были причины.

— Были, — не стала отпираться Хелен. На пару мгновений она задержала дыхание, но герцог был не из тех людей, которым нужно долгое вступление, да и устала она для расшаркиваний и намёков. — В Беттине просыпается кровь суккуба, её пра-пра-пра-прабабки.

Повисла тишина. Герцог нахмурился, перевёл взгляд на камин — в серых глазах на миг отразилось пламя.

— Это… редкость, — произнёс он. — Я так полагаю, что господину Райтеру мы доверяем секреты?

— Он вполне неплох, я знавала людей много хуже и беспринципнее, — откликнулась Хелен.

— Принцесса Беттина добрая девочка, — встрял Теобальд. — Даже подарок мне на праздник сделала, я за неё беспокоюсь, признаться.

Вампир продемонстрировал панталоны. Герцог изогнул бровь, но не стал ничего уточнять. Некоторое время он глядел в огонь, затем откинулся на спинку кресла и посмотрел на Хелен.

— Подробности, — велел он тоном, которому невозможно было не подчиниться.

И Хелен с облегчением отсыпала полный короб подробностей.

Когда она замолчал, герцог покачал головой и снова перевёл взгляд на пламя.

— И что же мне теперь с этим делать, госпожа королевская ведьма? В Приграничье принимают самых разных существ, от вампиров, — он кивнул на Теобальда, — до охотников на нечисть, в том числе сторонников культа Очищения…

— Тут есть эти психи⁈ — перебил вампир. — Они же вне закона на территории королевства! С ними нельзя договориться, они охотятся даже на фей, если те залетают в человеческий город! Натуральный расизм, и…

Герцог глянул на него строго, и Теобальд запнулся на полуслове.

— Равновесие, господин Райтер, — проговорил герцог веско. — Приблудные вампиры ведут себя прилично, зная, что в городе есть «чистильщики», а те не высовываются без моего разрешения, иначе порвут уже их. Моё слово здесь — закон, однако этот закон обернётся против меня, если моя, хм, супруга не сумеет сдержать свои силы.

Хелен ощутила, как по спине бежит холодок. В том, что сам герцог не обидит принцессу, она была уверена, но бунт в Приграничье коснётся всего королевства.

— Беттина ещё ничего не знает о себе, — осторожно проговорила она. — Только неосознанно пробует силы, особенно в моменты сильных эмоций. Я учила её сдерживать чувства, и у неё выходит неплохо. Так что покуда первый раз не… Вы ведь знаете, как питается суккуб. Первая брачная ночь станет для неё путём, откуда нет возврата.

— Прекрасно, — пробормотал герцог. Он вздохнул, мельком глянул в окно, потом хлопнул ладонью по колену. — Эдуард подсунул мне куда большую проблему чем та, о которой сообщил в письме. Мне-то он жаловался лишь на несдержанность, из-за которой девочка может скомпрометировать королевскую семью.

Хелен подумала, что в целом-то фраза вполне отражает ситуацию.

— Его Величество ничего не знает. Легенда передаётся в семье только по женской линии, мне рассказала покойная королева.

— Глупо, — бросил герцог. — Король обязан знать о таких вещах. Малейшая угроза спокойствию короны должна учитываться, а пробудившийся суккуб — угроза страшная. Это если не упоминать о бароне Вэлериу с его матримониальными планами.

— Король отправил бы её в дальний монастырь, и дело с концом, — не согласилась Хелен.

Герцог глянул так, словно всецело поддерживал эту идею. Однако вслух сказал другое:

— У вас есть какой-то иной план?

Хелен положила трубку, кивнула:

— Есть один жрец, который может помочь. И живёт он… — она махнула рукой в сторону леса.

Герцог глянул вопросительно, и она коротко объяснила суть ритуала, особо упирая на то, что с окончательным скреплением брака в супружеской постели придётся подождать до проведения обряда. Возраст и разумность — это конечно, но Хелен неплохо знала людей вообще и мужчин в частности. Седина в бороду, бес в ребро — а тут хорошенькая девица глазки строит…

— Завтра я отправлюсь за ним. Вы, надеюсь, сможете проследить, чтобы за пару седмиц с девочкой ничего не случилось?

Герцог смотрел на неё так долго, что Хелен невольно начала опасаться, что придётся хватать принцессу в охапку и бежать через границу с нею вместе. Однако Альберт Монтгомери только тяжело вздохнул.

— Беттина — дочь моего близкого друга и сестра моего короля, — произнёс он твёрдо. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить её… И от неё тоже. Вам требуется сопровождение?

Хелен указала на вампира:

— У меня уже есть один спутник, лишние люди только задержат.

Герцог смерил Теобальда взглядом, помедлил, но всё же кивнул.

— Я выдам вам пропуск с моей печатью для беспрепятственного проезда по Приграничью. Транспорт, припасы — просите всё, что нужно.

Просьба у Хелен была. Пересказывать герцогу свой разговор с Теобальдом о Бьорне она не стала, как и упоминать, что молодой рыцарь по уши влюблён в принцессу. Однако кое в чём вампир был прав.

— Юноша, которого вы сегодня спасли от гоблина, — проговорила она, — телохранитель Беттины… Он оборотень, вы знаете. Чары суккуба действуют на него слабее, чем на обычных людей. Будет хорошо, если он и дальше станет за нею присматривать. А всем прочим лучше держаться подальше.

Ответом стал ещё один тяжёлый взгляд: герцог на своём веку тоже повидал людей, в том числе молодых оболтусов с ветром в голове — с тем же успехом можно было приказать дереву присмотреть за костром. Однако за недолгое время путешествия Хелен успела понять, что это конкретное дерево — не полный дуб, да и представления о чести и благородстве у него имеются.

— Он ваш должник,