Абитуриентка. Студентка - Роман Абдуллов

— Кому морды бьёте, бестолочи? Своим же бьёте!

— Ты! — мужчина ткнул палкой куда-то в толпу: — В деревне без продыху работаешь! И ты, и ты… И ты не меньше, только в городе! И что, кто-то из вас разбогател? Может персиками завтракаете?

— Да мы и досыта-то не едим! — возмущенно отозвались ему.

— А кто ест? — тут же подхватил мужчина и сам ответил: — Маги! Маги во всем виноваты! Дан им дар, так помогайте! А они лишь свое брюхо набивают!

Люди начали задирать головы, глядя на возвышавшегося над ними мужчину. Свара утихла, только кое-где еще непримиримо сопели, бранились и пихались.

— Верно говоришь!

— Дармоеды!

— Так сила-то за ними!

— Зато нас больше! Пускай считаются с теми, кто их кормит и одевает!

— Ага, иди-ка скажи им, мол, делитесь добром-то. Они тебе так поделятся, так поделятся… Надвое тебя же и поделят!

Опять все разорались, но на этот раз спорили о том, имеют ли право маги применять заклинания против людей. Мужик с крыши говорил, что не имеют, но скептиков хватало. В одном только сошлись — что, действительно, везде и всюду виноваты маги. И в неурожае, и в высоких ценах, и в бездомных, которые пришли из захваченных пустыней городов, — много в чём.

Со всех сторон посыпались призывы против магов. Не служить, не кормить, подстерегать по одному, громить…

Лера все чаще ловила на себе обозленные взгляды. Наверняка видели у нее знак Альтийской академии и запомнили изуродованную девицу. Чёрт! Как же не вовремя она «зазвездилась»!

А один тощий патлатый мужичонка и вовсе уставился на нее в упор. Обнажил гнилые зубы в нехорошей улыбке. Лера в ответ сдвинула шаль на затылок и тоже растянула губы. Увидев шрамы, мужик дрогнул, отвернулся. Что-то сказал на ухо соседу, и оба зыркнули на нее. Решив не ждать, до чего они додумаются, Лера сказала:

— Петра, вы как хотите, а я ухожу.

— Я тоже! — засуетилась Ани. — Клири, ты с нами? Петра?

— Да, пойдемте, — кивнула Петра, но с места не сдвинулась.

В итоге Ани и Клири остались с ней, и Лера ушла в одиночку. Она протискивалась сквозь галдящую толпу, и уже чувствовала, что ряды становятся не такими плотными, а значит скоро она выберется, как вдруг кто-то схватил ее за воротник. Лера оглянулась, полагая, что это кто-то из девчонок, но ее держал тот патлатый.

Он торжествующе закричал:

— Вот она! На мага учится! Будущая хозяйка жизни!

Кипящей лавой плеснуло по венам, и от нахлынувшего страха Лера на русском взвизгнула:

— Пусти, идиот!

Мужик отдернул руку и попятился, расталкивая людей.

— Она магичит! Магичит!

Каким-то звериным чутьем поняв, кто несет опасность, толпа прянула в стороны, и Лера оказалась на свободе. Но порадоваться не успела. Патлатый, выглядывающий из-за чужих плеч, осмелел:

— Рот ей затыкайте! Они ж без заклинаний-то не могут!

Люди опомнились. Только что они жались, словно овцы от запрыгнувшего в загон волка, а миг спустя в их глазах вспыхнула жажда крови. Десятки рук потянулись к Лере…

Она почувствовала, как волосы становятся дыбом. Тело покрылось холодным потом. Не соображая, что делает, она выставила руки и закричала:

— Не подходите ко мне! Зомби чертовы! Я не маг! Не маг!

Народ замешкался, но его опять подстегнул вопль патлатого:

— Магичит же! Затыкайте!

И толпа навалилась. Душная, хрипящая, беспощадная в своем безумстве.

Шубу потянули в разные стороны, шаль стащили, кто-то впился в волосы, а шершавые ладони сдавили лицо. Лера жмурилась, спасая глаза, вырывалась и хватала воздух ртом. В рот попадали чужие пальцы. Она кусала их, те исчезали, но тут же появлялись новые.

И вдруг все кончилось. Она осталась одна. Растрепанная, в растерзанной одежде, но живая. Еще не поняв, что случилось и куда все подевались, Лера крутнулась, тыча в пустоту кулаками и выкрикивая ругательства.

А вокруг были какие-то люди в черном. Один из них подскочил к ней и, недоверчиво глянув на эмблему, рявкнул:

— Студентка? Бегом домой!

Лера растерянно остановилась. До испуганного сознания наконец дошло, что это магические стражи. И они спасли ее. Облизав саднящие, разбитые губы, она зачем-то сказала:

— А у меня не здесь дом.

Страж, двинувшийся было дальше, видимо, смягчился от ее плачевного вида, обернулся и крикнул кому-то позади:

— Скавий, проводи до ворот! — и уже Лере: — Иди в академию, там безопасно. И в ближайшее время в городе не появляйся.

О последнем мог бы не предупреждать!

Лера кутаясь в шубу, от которой оторвали половину крючков, и баюкая вывернутую руку, бежала за размашисто шагающим парнем. Тот с досадой хмурился и оглядывался на нее и назад, туда, где стражи разгоняли взбунтовавшихся. Лера тоже пару раз глянула, пока площадь не скрылась за поворотом.

Там бушевали вихри, в воздухе метался мусор и снег, гремели странные взрывы без дыма и огня. Люди бросали палки и камни, сами кидались на идущих цепью стражей, но до тех ничего не доставало. Будто невидимая стена двигалась перед ними и теснила толпу. Кого-то маги выхватывали и, повалив на землю, вязали. Среди таких Лера со злорадством заметила и патлатого мужика. Чтоб ему патлы-то повыдирали!

Она потрогала голову. Кожу пекло, но волосы вроде остались целы. А если б не коса⁈ Ведь клочьями бы вырвали! Животные! Твари кровожадные! Ну ничего, больше она не будет беззащитна. Выучит заклинания, тогда и посмотрим, кто кого!

Глава 23

Я Вэлэри Дартс, и я хочу дружить

Придя в себя после ужасного похода на рынок, следующие два дня Лера тренировалась на единственном человеке, за которым можно было достаточно долго наблюдать, — на поваре. Правда, син Лидарий ее внимания не оценил: нервничал под пронизывающим взглядом, вертелся и сбивал с настроя. Но Лера справилась и теперь улавливала нужное состояние магзрения за секунду. Син Лидарий оказался одаренным магией земли — его ауру окружала темно-фиолетовая окаёмка. У дэра Флавия обнаружилась такая же, только намного шире, насыщенней, и стало ясно, как одаренные «на глазок» определяют силу мага.

К концу тренировок до неё дошло, что можно было не смущать сина Лидария, а практиковаться на себе. К сожалению, вид собственной ауры не порадовал: голубая окаёмка была совсем тоненькой, словно вот-вот растворится.

А вот с активацией артефактов ничего не получилось. Ну