Невеста принца - Виктория Александер

– Я уверен, что ты можешь доверять своей жене.

– Ха! Вы же знаете, что Джоселин не собиралась выходить за меня замуж. – Рэнд понизил голос. – Она хотела выйти за него! Хотела стать принцессой. – И самодовольно усмехнулся. – Я сам мог бы сделать ее принцессой, если бы захотел. Я не захотел, но мог бы!

– Скажи мне вот что, мой мальчик. А Джоселин тебе доверяет?

– Разумеется, – с негодованием ответил Рэнд, поднял свой бокал и улыбнулся. – Я спас ей жизнь.

– Но тебе пришлось нарушить все планы, которые она, вероятно, строила, – мягко произнес старик. – Конечно, это произошло не по твоей вине, но тем не менее. Она не затаила на тебя обиды?

– Думаю, нет.

– Она постаралась обернуть все к лучшему? Даже сделавшись твоей женой в полном смысле этого слова?

– Да…

– А ты – постарался ли ты стать ей тем мужем, которого она заслуживает?

– Ну…

Рэнд испытал желание втянуть голову в плечи. А в самом деле – приложил ли он усилия к тому, чтобы из их брака вышло что-то путное? Или просто позволил событиям следовать их естественным курсом? Ни у одного из них с самого начала не было выбора. Брак оказался единственной возможностью, позволившей увезти Джоселин в укромное место, защитить и не погубить ее репутацию.

До сих пор Рэнд особенно не задумывался о том, чем пришлось пожертвовать Джоселин. Алексис здесь был, конечно же, ни при чем. Рэнд не сомневался, что намерения Алексиса по отношению к Джоселин никогда не были честными. Но такая умница и красавица из знатной семьи легко нашла бы гораздо более выгодную партию, чем шестой виконт Бомон. Впрочем, не похоже было, чтобы она жалела о чем-то. Судя по всему, Джоселин вполне примирилась со своим новым положением и постаралась использовать его наилучшим образом. В те редкие моменты, когда супруг не вызывал ее раздражения, казалось, что она даже получает удовольствие от своей новой жизни. Джоселин часто смеялась, а ему так нравилось, как звучит ее смех в их общей спальне, в постели, куда она ложилась с ним, ничуть не колеблясь…

– Я не хочу, чтобы наш брак расстроился. – Едва Рэнд произнес эти слова, как понял, что никогда еще не был так правдив.

– Почему?

– Потому что я…

Это действительно был вопрос вопросов. Дело было не просто в порядочности, хотя он, в сущности, скомпрометировал Джоселин. Возможность скандала тоже не слишком пугала Рэндалла. Любое расторжение брака непременно сопровождается скандалом. Гордость и чувство ответственности также не имели ко всему этому ни малейшего отношения.

– Ты – что? – настаивал Найджел.

Рэнд уставился в бокал, словно ответ плавал где-то в глубине янтарной жидкости. Цвет глаз Джоселин…

– Я не хочу уступать ее никому, – произнес он твердо. – Никогда.

– Потому что…

– Потому что… – Он перевел дыхание и мужественно встретил дядин взгляд. – Не думаю, что теперь смогу жить без нее. Я и не хочу жить без нее. Ни дня, ни минуты. – Он покачал головой. – Она совсем не такая, какой я вначале представлял свою жену, но с каждым днем Джоселин все больше и больше кажется именно той женщиной, рядом с которой мне хочется быть. Или, может быть, той, какая мне была нужна всегда. Когда я рисую себе свою будущую жизнь и вижу рядом с собой Джоселин, мне это очень нравится. – Он пожал плечами. – Впрочем, все это довольно сложно…

– Это и есть любовь, мой мальчик.

– Вы в самом деле так думаете?

– Давай разберемся… – Найджел помолчал. – Ты находишь ее непонятной? Она сбивает тебя с толку? Ты не знаешь, как правильно вести себя с ней?

– Да, тысячу раз да.

– Ловишь себя на том, что совершаешь нелогичные поступки, предъявляешь необоснованные требования? Ведешь себя по-дурацки?

Рэнд тяжело вздохнул.

– Последнее вне всякого сомнения.

– Тебе хочется вызвать к барьеру любого мужчину, который осмеливается улыбаться ей? – усмехнулся Найджел. – Включая любимого дядюшку?

– Любимый дядюшка не в счет, – засмеялся Рэнд, но тут же снова стал серьезным. – Но всех остальных – да, и в особенности – обаятельных иностранных принцев.

– Принимая все это во внимание и учитывая твое признание, что ты хотел бы провести с ней остаток дней, – тихо засмеялся Найджел, – я заключаю, что это и есть любовь.

Подобная возможность приходила Рэнду в голову, но поскольку ему еще не случалось испытывать это безрассудное чувство, неудивительно, что он не узнал его. Ну разумеется, он влюблен! Или сошел с ума, что примерно то же самое. Рэнд покачал головой.

– Но тогда в этом нет ничего приятного!

– Отчего же, моментами бывает очень даже приятно.

– Побольше бы этих моментов, – пробормотал Рэнд и покрутил бокал в руке, с интересом наблюдая, как бренди омывает стеклянные стенки. – И что вы мне посоветуете предпринять по этому поводу?

– Учитывая то, как ты ворвался сюда, я посоветовал бы тебе сегодня ничего больше не предпринимать. Подозреваю, что в настоящее время она немногим больше довольна тобой, чем ты – сам собой. Ну а потом… – Найджел пожал плечами.

– «Потом» еще под вопросом, – сухо произнес Рэнд.

– Вижу, пора применить с пользой свой богатый житейский опыт. Ну что же… – Найджел некоторое время пристально смотрел на своего племянника. – Оказывай Джоселин доверие, которого она вполне заслуживает, Рэнд. Забудь о своем первом впечатлении, относись к ней так, как она того заслуживает. Она небезупречна, как и всякая женщина, но нисколько не похожа на избалованную капризулю, за которую ты принял ее вначале. Она умная и отважная, а попав в сложную ситуацию, проявила решительность и присутствие духа. Ее жизнь устроилась совсем не так, как она мечтала, и все же, насколько я могу судить, она на тебя не в претензии. – Найджел покачал головой. – Ты, мой мальчик, должно быть, родился под счастливой звездой. Не знаю, как это случилось, но, возможно, неисповедимые пути Господни свели тебя с женщиной, которая может сделать тебя по-настоящему счастливым. – Пожилой джентльмен наклонился к племяннику ближе. – Есть люди, которые верят, что каждому мужчине определена одна-единственная суженая. У каждой души есть родственная ей душа. Таким душам на небесах предназначено быть вместе. Я предполагаю, что Джоселин может оказаться твоей суженой.

– Почему вы так решили? – прищурился Рэнд.

Найджел усмехнулся.

– Да потому, что за эти дни, что вы живете здесь, у тебя появилась необыкновенная легкость в походке, что-то орлиное во взгляде и умиротворенное, даже счастливое выражение лица.

– Чепуха, – рассмеялся Рэнд. – Я ни в малейшей степени не чувствую себя счастливым или хотя бы умиротворенным.

– Смятение чувств часто затмевает радость, по крайней мере, в первое время. Но все образуется, мой мальчик. – Найджел откинулся на спинку кресла. – И пока мой кладезь премудрости не иссяк, позволь заметить еще вот что. Я готов поспорить на последний грош, что твоя жена тоже любит тебя.