Мои маленькие тайны - Виктория Александер

— Под маской ты можешь быть кем угодно, — мечтательно улыбнулся Хью. — Собой или совершенно другим человеком.

— Вот именно, — пробормотал Эдриен себе под нос. Он давно это понял. И поэтому давно решил, что бал-маскарад — идеальное место для встречи Эви и Сэра.

Хотя он не подумал о последствиях романтичного и возбуждающего применительно к Сэру. И не хотел этого делать. Но романтичное и возбуждающее может сослужить хорошую службу человеку, который хочет вернуть жену. — Надо подумать.

— Я бы сказал, это план, — заявил Хью и поднял бокал.

— Ну, я бы не назвал это планом, — возразил Эдриен.

— Определенно план, — вмешался Себастьян. — Поверь, я знаю, что такое план, и этот представляется эффективным.

— Итак, ты даешь своей жене еще одну ночь, чтобы она осознала, как ей недостает ее очаровательного любящего мужа, — сказал Джеймс.

— Женщины всегда хотят того, что не очень легко дается, — с видом мудреца заметил Себастьян. Возможно, он уже на самом деле успел кое-что узнать о женах. Или просто знал женщин.

— А завтра… завтра ты воспользуешься венецианской роскошью, ночью танцев и романтики и соблазнишь свою жену, — подвел итог Джеймс.

— Им следует чаще устраивать семейные ужины. — Макс лениво водил пальцем по ее голому животу и грудям. — Намного чаще.

— Но ужин не будет продолжаться вечно. И мне необходимо вернуться. — Селеста приподнялась на локтях и взглянула на его руку. Прикосновения Макса были дразнящими и искушающими и вполне могли заставить ее забыть о своих обязанностях. Она снова почувствовала нарастающее желание, но постаралась не обращать на него внимания. — Что ты делаешь?

— Пишу тебе записку.

— Жаль, что я не могу ее прочитать.

Макс наклонился и поцеловал ее живот.

— Прочитать тебе? Она очень интересная.

В течение долгого мгновения желание боролось с ответственностью. Ответственность одержала верх.

— Прочитаешь ее в следующий раз. — Селеста вздохнула. — А теперь я должна идти. Хочу вернуться домой до приезда Эвелин.

Она попыталась сесть, но Макс удержал ее.

— Ты пока никуда не уходишь. — Одним быстрым движением он оказался сверху, оседлал ее, завел ее руки над головой и ткнулся носом в шею. — Тебе нравится, когда я так делаю.

— Я ненавижу, когда ты так делаешь, — солгала Селеста, и Макс отлично знал, что она солгала. Она не умела сдерживаться. Всякий раз, когда он начинал ласкать ее, тело отказывалось подчиняться голосу разума. — Немедленно прекрати и отпусти меня.

Его теплое дыхание приятно щекотало кожу.

— Мы оба знаем, — прошептал он, — что если бы ты действительно хотела остановить меня, то легко сумела бы сделать это весьма болезненными и эффективными способами.

— Ты правильно делаешь, что помнишь это, — усмехнулась Селеста.

— Я никогда не забываю о подобных вещах. — Он отпустил ее руки, но продолжал сидеть верхом на ней и смотреть на любовницу сверху вниз. — Мне тебя не хватает.

Селеста засмеялась.

— Это вряд ли. Я с тобой почти каждую ночь.

Макс потряс головой.

— Но ты никогда не остаешься на всю ночь.

— На то есть причины.

— Я знаю. — Его тон был на удивление серьезным. — Я хочу, чтобы ты была рядом каждую ночь. Я хочу просыпаться по утрам рядом с тобой.

— Макс. — Селеста вздохнула. — Если ты ведешь речь о женитьбе…

— О ней.

— Я уже говорила и повторяю: я не та женщина, на которой ты должен жениться.

— А я уже говорил и повторяю: я женюсь, на ком захочу. — Он скатился с нее, встал, подобрал с пола штаны и натянул их.

Селеста села на кровати и прикрылась простыней.

— Если ты одеваешься, ситуация, должно быть, серьезная.

— Совершенно верно. — Он застегнул штаны и повернулся к Селесте. — Я устал от этого.

— Ерунда. — Она постаралась не обращать внимания на стиснувший сердце страх. — Ты нисколько не усталый. Даже напротив. Скорее тебя можно назвать ненасытным.

Макс довольно ухмыльнулся.

— Спасибо за комплимент. — Он кивнул на кровать. — Но я устал от того, что мы делим только это. Я хочу большего.

— Но ведь нет ничего большего, Макс, — тихо сказала Селеста, надеясь, что он не услышал, как у нее перехватило дыхание. — Во всяком случае, для нас.

Макс устремил на нее взгляд и некоторое время молчал.

— Ты самая упрямая женщина из всех, кого я знаю.

— Тогда мы подходим друг другу, потому что ты самый упрямый мужчина из всех, кого знаю я.

— И я всегда получаю то, что хочу. — Он прищурился. — Ты выйдешь за меня замуж, Селеста.

— Это предложение? — удивилась Селеста. — Должна сказать, ты довольно-таки своеволен. Пожалуй, даже деспотичен.

— Это не предложение. — Макс задумался. — Только дурак станет задавать вопрос, если знает ответ и этот ответ его не устраивает. Я больше не буду просить тебя выйти за меня замуж, пока не буду уверен, что ты согласишься.

— Тогда тебе придется запастись терпением. — Она завернулась в простыню и тоже встала, машинально шаря глазами по комнате в поисках своей одежды. — Потому что в обозримом будущем этого не случится.

Макс без предупреждения схватил Селесту за руку, резко привлек к себе и крепко обнял.

— Ты же любишь меня.

Она заглянула в его глаза и одно бесконечное мгновение раздумывала, как бы отвергнуть это заявление. Но решила, что отрицать очевидное глупо, и сдалась.

— Думаю, да.

— Хорошо, — довольно улыбнулся Макс. — Значит, в один прекрасный день, и это будет очень скоро, ты поймешь, что брак — лучший подарок, который мы можем друг другу подарить.

— Да? — Селеста из последних сил пыталась говорить легкомысленно. — А я считала, что лучший подарок — изумруды.

— Я хочу видеть тебя в своей постели каждое утро и каждый вечер, — настойчиво проговорил Макс. — Я хочу представить тебя своей семье и друзьям. Я хочу танцевать с тобой на балах и устраивать пикники в парках. И я хочу, чтобы ты была рядом в день, когда я испущу последний вздох.

— Боже мой, Макс, — тихо пробормотала Селеста. — Ты хочешь слишком многого.

— Что ты, это еще не все. Я хочу, чтобы ты стала матерью моих детей. — Его голос стал суровым. — И хочу быть отцом твоих детей.

— Разве это не одно и то же?

Он прищурился.

— Ты знаешь, о каких детях я говорю.

— Мне следовало знать, что ты не оставишь это без внимания. — Селеста высвободилась, увидела на полу свое белье и стала его подбирать. — Зря я о них упомянула. — Она отбросила простыню и натянула через голову сорочку.