Чудо в перьях - Татьяна Луганцева

На сей раз Сергей с Татьяной приехали в близлежащий к дому Софьи Леонидовны ресторан итальянской кухни. Сергей был во всем светлом: брюки, рубашка и лангета на руке. Татьяна в черном – платье и туфли на шпильках, а присоединившаяся к ним Софья Леонидовна надела пестрое шелковое платье с воланами.

– Здравствуйте, молодежь, – поздоровалась она, – сто лет в таком месте не была. Как здесь красиво!

Сергей встал и помог ей усесться. Зал ресторана был огромным, с высокими потолками, хрустальными люстрами, зеркальным полом и белоснежными скатертями, завязанными вокруг ножек круглых столов пышными бантами. Кожаная мебель золотистого цвета довершала гламурный интерьер. Они заказали большую пиццу на троих, по салату и десерту. Дамам взяли вино, кальян для Софьи Леонидовны (что явилось полной для Татьяны неожиданностью) и минеральную воду для Сергея. Официант зажег на их столе свечу в зеленом подсвечнике, и огонь замерцал в их глазах.

– Начну я, – оглянулась по сторонам Софья Леонидовна. – Приехала я сегодня к вашему гению по компьютерам Мите. Интересный парень, хочу я вам сказать. Из того среза молодежи, который обошелся без библиотек. По мнению моего поколения, да и моему личному, эти молодые люди должны быть совсем глупыми, ничего не знать и не уметь связать двух слов. И что я вижу? Речь своеобразная, мышление развито, дай бог нам всем такое, и знаний куча…

– Прожил без книг? – улыбнулась Таня.

– И неплохо прожил, к моему огорчению… Кстати, парень до сих пор очень напуган и готов помочь вам любым бесконтактным способом, лишь бы больше никуда не ехать. И оружие в руки не возьмет никогда, даже рогатку. – Софья Леонидовна перевела дух.

Официант принес напитки и большие белые салатники, наполненные яркой зеленью в капельках воды, литыми помидорками, темными крупными маслинами, кусочками куриного белого мяса и кубиками сыра «Фета».

– Так вот… Куда он только не входил, где только не лазил в Паутине… – вздохнула Софья Леонидовна. – Зиновий Михайлович Полянский раньше носил фамилию Храмцовский, и вот тут-то и выяснилось… Был у него сын от первого брака Роман Зиновьевич Храмцовский по кличке Зиновий, или Зима. Откуда кличка, спросите вы? Так сынок у него был очень известный вор-рецидивист, уважаемый человек в определенной среде, погиб он в начале девяностых, но слава о нем до сих пор идет. Это я к тому, что надо быть самоубийцей, чтобы сдать милиции отца Зимы. Этот старичок – не простой человек.

– Вот как! – ахнула Татьяна.

Они выпили. В зале играла музыка, к их столику подошел мужчина средних лет импозантного вида, он обратился к Тане:

– Могу я ангажировать вас на танец?

– Я не танцую! Честно! – ответила она, проглатывая салат, и впилась глазами в Софью Леонидовну. – Продолжайте!

Мужчина удалился.

– Так вот, после развода с первой супругой Зиновий Михайлович сходил в загс еще один раз и взял фамилию жены. Не знаю зачем. Думаю, не хотел, чтоб его лишний раз ассоциировали с его «известным» сыном. Он всегда оставался в тени, такой «серый кардинал», но связи с Романом никогда не терял, хотя и не афишировал. Вы понимаете, о чем я. Развелся он быстро, и больше уже Зиновий Михайлович официально не скреплял себя узами брака. Детей у него в дальнейшем тоже не было. Зиновий Михайлович тяжело пережил смерть единственного сына. Тогда многие авторитетные люди его поддержали, но он предпочел вести уединенный образ жизни. Отрадой и светом в окошке для него стала незаконнорожденная дочь его сына Алиса.

Татьяна слушала ее открыв рот. Официант принес им большую пиццу с грибами, ветчиной и овощами.