Свет в окошке - Татьяна Тронина

Руслан говорил быстро и громко – Даша едва узнавала его.

– Руслан!

– А?.. – тут же сбился он. – Что? Говорите же!

– Руслан… Помните, вы рассказывали мне, что в тот же день, когда меня ограбили… отняли сумочку, то есть… в районе произошло еще одно преступление?

Секунду капитан молчал, потом произнес прежним, «милицейским» голосом:

– Да, в тот день произошло убийство.

– Муж зарезал жену. Но привлечь убийцу к ответственности вам не удалось…

– У него алиби. Его друзья подтвердили, что в это время он был у них в гостях. Но это он…

– Как его имя?

– Я не понимаю, Дарья Михайловна, к чему вам все это?.. – несколько раздраженно начал капитан.

– Имя мне скажите!

– Зачем? Мало вам собственных неприятностей?..

– Хорошо. Я сама скажу вам его имя… – дрожащим голосом произнесла Даша. – Его зовут – Герман.

В трубке повисла тишина.

– Герман Вершинин. Я угадала?

В трубке еще пару секунд висела тишина. Потом Кедров произнес очень резко:

– Но вы-то каким образом во всем этом замешаны, а?

– Никаким. Я – случайный свидетель… – сказала Даша, глядя на экран монитора.

– Вы присутствовали при убийстве?

– Нет. Случайно оказалась не в том месте и не в то время, случайно нажала на кнопку фотоаппарата, в кадр случайно попал Герман. Я даже не подозревала, что Герман – убийца… мы тогда даже знакомы не были…

– А вы сейчас – знакомы?!

– Представьте себе! – кротко ответила Даша.

– Господи… Вы у сестры, в доме? Заприте все окна и двери. Я выезжаю. Вы в опасности, Даша…

– Минутку! Со мной все в порядке! – рассердилась она.

– Что? Когда рядом с вами…

– Да не рядом со мной! Вершинин – в другом месте! И он не знает, что я знаю… Он хотел меня убить, но теперь очень хорошо ко мне относится. Можно даже сказать, что любит.

– Любит? Этот… этот зверь – любит?

– Представьте себе! – не без ехидства повторила Даша. – И потом, он уверен, что я ни о чем не догадываюсь. Даже больше того – он думает, что я даже свидетелем быть не могу…

– А на самом деле – можете? – странным голосом спросил Руслан.

– Могу. Только что нашла его фотографию… случайно… и вспомнила… знаете, так бывает – не придаешь чему-то значения и только потом вспоминаешь, задним числом…

– Я с вами с ума сойду… Не знаю, что вы там знаете и что о вас знает Вершинин, но я выезжаю.

– Ей-богу, ни к чему. Мне весь завтрашний день с племянниками сидеть, между прочим…

– Дарья Михайловна, вы опять бредите! – рассвирепел Кедров. – Все, ни слова больше. Еду. Ждите меня часа через два, три…

В трубке раздались короткие гудки.

Даша положила телефон на стол.

Сзади скрипнула дверь.

Она вздрогнула, обернулась… На пороге стоял Борис.

– Это ты… – выдохнула она.

– А ты кого ждала? – Борис подошел ближе, увидел на экране лицо Германа, мгновенно помрачнел. – Вот этого? Красавчика своего носатого?

– Борис, ты опять без стука.

– А мне плевать… Я, между прочим, поздравить тебя пришел…

– С чем?

– С тем, что твоей пьесой сам Сапогов заинтересовался… – Борис неотрывно глядел на экран и мрачнел все больше.

– Спасибо, – холодно ответила Даша. Выключила ноутбук, достала из шкафа специальную сумку от него. Потом принялась выгребать из ящика косметику.

– Что ты делаешь?

– За мной приедут скоро.

– Сегодня? Ночью?

– Да.

– Кто?

– Какая разница…

– А Наталья? Она не справится одна! Вы же договорились! Ты не сестра, ты предательница…

– А ты на что? – Даша встала перед Борисом, заглянула ему в глаза. Его лицо – очень красивое, очень мужественное (даже синяки и ссадины не портили!), было прямо перед ней. Но теперь Даша не боялась глядеть на него.

– Я мужчина.

– Ты? – засмеялась Даша. – Ты, Боренька, не мужчина. Ты самец. Да и то, как самец, мало на что способен…

Даша, конечно, имела в виду Наталью, но Борис неожиданно воспринял эти слова на Дашин счет.

– Ты уверена? – Он вдруг вцепился железной ладонью ей в плечо. – Тебе доказать?

– Вот еще… Наталье доказывай! – Она попыталась вырваться.

– Давай начистоту. Ты ведь с самого первого дня на меня смотрела… Ты обо мне думала.

– Думала. Смотрела. Ну и что? За мысли нельзя казнить… И потом, я их вытравила из себя все, мысли эти. Я справилась. Я с тобой не кокетничала, ни на что не провоцировала… Я устояла. Я справилась со своими демонами.

– А зря.

– Что? – изумилась Даша. – Как тебе не стыдно…

Она достала из шкафа платье, принялась аккуратно складывать его. «Надо молчать. Не разговаривать с ним! От этого только хуже… Надо быть мудрой, надо молчать. И бежать отсюда…»

– Ты никуда не поедешь, – Борис вдруг швырнул платье в сторону, на пол. Даша молча подняла платье. Отряхнула его и снова принялась складывать. Но от ее молчания стало только хуже – Борис совсем рассвирепел, схватил Дашу за плечи. – Слышишь?..

– Пусти… – отвернулась она в сторону.

– Ты шлюха.

– Говори что хочешь…

– Ты – шлюха! – раздельно повторил он. – Значит, другим – можно, а мне – нельзя?

Даша стиснула зубы.

– Почему не смотришь? В глаза смотри! – Он схватил ее за подбородок.

– Я тебя не люблю.

– Что? При чем тут «люблю, не люблю»?! Ну?.. Ты у меня без всякого «люблю»…

Даша скосила глаза в сторону, увидела на столе свои маникюрные ножницы.

– Ты у меня будешь знать… – он опять вцепился ей в волосы, наклонил голову назад. Даша схватила ножницы и изо всех сил ударила ими Бориса в грудь.

– Ах ты, дрянь такая… – изумленно прошептал Борис и отшвырнул Дашу от себя. На его рубашке расплылось красное пятно. Он расстегнул пуговицу – ранка на груди была совсем небольшой. – Что делает, а… Что делает, тварюга!

Даша метнулась назад, прижалась спиной к стене. Кричать она не хотела, все надеялась, что Борис уйдет сам. В тот же раз он ушел!

– Ну, все… Ты меня достала! – Он сделал обманное движение в сторону – Даша метнулась в другую, но через мгновение уже была в клещах Борисовых рук. – Не уйдешь…