Свет в окошке - Татьяна Тронина

Он бросил ее на кровать, сам упал рядом. Рванул на ней платье.

– Не надо…

– Молчи! – Он навалился сверху, выворачивая ей руки. – Хотела, чтобы я доказал… Сейчас докажу.

– Борис, миленький, не надо… пожалуйста! Мне себя не жалко, мне Наташу жалко… – забормотала Даша, выгибаясь дугой. – Что с ней станет?.. Пожалуйста!

– Ничего с ней не станет, если молчать будешь… ты этого хотела. С самого начала хотела… Ой! Еще кусается… И я этого хотел. Правда… – Он вдруг замер и неожиданно поцеловал Дашу. На миг она словно сознание потеряла. На миг подумала: «Зачем сопротивляюсь? Я же действительно этого хотела…» Этот переход от изуверства к нежности смутил ее, лишил сил. – Милая моя. Хорошая. Говорит – «не люблю». Нет уж, люби меня. Пожалуйста, люби… Я-то ведь тебя люблю. Люблю. Очень люблю… – Борис осыпал ее градом поцелуев. Обнял – нежно, очень нежно.

Даша оттолкнула его. Попыталась вскочить с кровати.

– Ты… – снова рассвирепел Борис. Успел схватить, потянул к себе.

– Что это значит?

Борис оттолкнул от себя Дашу – на пороге стояла Наталья. Бледная. В глазах – ужас и отвращение.

– Наталья… – прошептала Даша. – Это он. Это не я, это он!

Даша вдруг увидела сцену глазами Натальи: Борис – задыхающийся, невменяемый, полный звериного желания, и она, Даша, почти обнаженная. «Не виноватая я, он сам пришел!»

– Ничего не было! – быстро произнес Борис. – Что ты?.. Ничего не было, Наташка!

Он менялся буквально на глазах – звериная его сущность исчезала, таяла, втягивалась внутрь, пропадала… Даша схватила простыню, закрылась ею. «Вот и все. Все кончено. Все разрушено. Как глупо…» Она словно чувствовала Натальину боль. Пятнадцать лет счастливого неведения, а потом – раз, прямо носом ткнули, заставили смотреть, как твой муж обнимает твою сестру…

– Это все она… – сказал Борис, кивнув на Дашу.

– Неправда… – яростно возразила Даша.

– Даша! Даша, как ты могла… – Наталью вдруг начало трясти.

– Я ни словом, ни жестом, ни взглядом…

– Ага! Сучка не захочет, кобель не вскочит… – оскалился Борис. Теперь ему надо было оправдаться – любым путем.

– Даша… как ты могла! – шепотом твердила Наталья. Борис бросился к ней, хотел обнять, но она с такой яростью оттолкнула его, что муж едва устоял на ногах.

– Ничего же не было!

– Если бы я зашла не сейчас, а минутой позже – было бы все…

– Натаха, не говори ерунды! Если бы да кабы…

– И что теперь? – пробормотала Наталья, схватившись за голову. – Трое детей… И ты, Боренька, думаешь, что я все прощу?

– А зачем ты ее позвала? Сунула ее мне прямо под нос! А она со своими развратными нарядами, духами, помадами, лифчиками и прочей дрянью… Начала перед моими глазами мелькать, с утра до ночи, с утра до ночи…

– Это моя сестра! Ты… ты, Боренька, хочешь сказать, что это я во всем виновата?.. Что я тебя спровоцировала, позвав к нам в дом сестру?!

– Да! Это ты во всем виновата! – заорал Борис. – Ты!!!

– Значит, вся любовь, вся нежность… все эти годы… трое детей… Ничего не стоят, ничего не значат?! Появилась в доме другая женщина, и – нет ничего?.. Ничего, что могло бы сдержать тебя?

– Наташа, я мужчина…

– Ты человек в первую очередь! А не зверь, у которого одна задача – покрыть самку! – прошептала Наталья, с отвращением глядя на мужа.

– А человек – это не зверь, не животное? – усмехнулся Борис. – Он что, по каким-то другим законам живет? Мы, люди, может, потому и выжили, что нами правит самый мощный инстинкт на земле…

Наталья повернулась к Даше:

– Помнишь, ты говорила… а я на тебя еще обиделась… что Борис не мог не изменять мне? Просто скрывал все хорошо? Я, кажется, тебе верю, Дашенька…

– Ты? Веришь этой шлюхе? – взвился Борис.

– Да! Верю! А если ты не изменял мне ни разу, то поклянись жизнью детей… Поклянись – и мы обо всем забудем! – страстно обратилась к нему Наталья.

– Я не буду клясться жизнью детей, я лучше своей поклянусь… Или жизнью своей мамы…

– Нет! Это не считается! Только жизнью детей!

– Да не буду я…

– Тогда – все. Развод, – сглотнув, тихо произнесла Наталья.

– Ты с ума сошла… – побледнел Борис. – Я же люблю тебя, Натаха… Я люблю детей…

– А я хочу жить с человеком, а не с животным!

– Пожалуйста, не надо… – вмешалась Даша. – Я сейчас уеду… за мной должны приехать… Не ссорьтесь!

– Даша, мы уедем вместе… – Наталья, похоже, уже не владела собой. – Сейчас разбужу детей, и мы все уедем. А ты живи тут как хочешь… – бросила она в сторону мужа.

– Куда? – Борис перехватил жену у двери. – Спятила? Детей еще в это втравливать… Они и так психованные! Ты их совсем довести до ручки хочешь?!

– А почему они психованные? Из-за тебя!

– Нет, из-за тебя! Ты же орешь на них!

– Я словно рыба об лед бьюсь с утра до вечера…

Наталья была уже в совершенно невменяемом состоянии и визжала в полный голос, буквально захлебываясь.

– Я вас никуда не пущу… – ее муж, похоже, тоже потерял контроль над собой.

– Мы все равно уедем!!!

– Дура!!! – Борис затрясся с ног до головы. – Какая же ты дура!.. – и, размахнувшись, вдруг ударил Наталью по лицу.

Удар был столь силен, что голова у Натальи дернулась, и Наталья отлетела метра на три, в противоположный угол комнаты, стукнулась виском и одновременно – плечом о стену, застонала…

Даша словно в замедленной съемке наблюдала за всем этим.

– Наташка! – закричала она и бросилась к сестре, обняла ее, захлебываясь в слезах. – Миленькая моя… Больно? Где больно?.. – Она принялась лихорадочно целовать сестру.

– Не смей прикасаться к ней, шлюха… – Борис отшвырнул Дашу в сторону. – Наташа… Прости.

Наталья то ли застонала, то ли завыла, закусив губу, – непонятно было, какая боль терзала ее сильнее – физическая или душевная… Борис встал перед ней на колени.

– Я просто хотел привести тебя в чувство… чтобы ты опомнилась… А она – шлюха. У нее любовников – море! Совсем мальчики… А с одним, носатым, они на старой лодочной станции чуть не каждый день встречаются…

– Что? – вздрогнула Даша. – Откуда ты знаешь? Ты что, следил за мной?

– Видишь, видишь? Она сама созналась! – с ликующим торжеством завопил Борис. – Это он избил меня, я просто говорить не хотел…

– Он? – прошептала Наталья. – Кто – он?

– Дашкин хахаль…

– Он не хахаль… У меня с ним вообще ничего не было… – забормотала Даша, давясь слезами. – Он – убийца… За ним Руслан охотится, следователь… Вы всего не знаете… Герман убил жену, а потом и меня хотел убить…