Гарем - Патриция Грассо

— Уже сегодня, Дикий Цветок, ты станешь моим, целиком и полностью. — Шепнув это спящей девушке, он покинул ее.

Позже, когда Эстер проснулась, она долго лежала неподвижно с закрытыми глазами и представляла себе свою будущую жизнь. Два последних дня совершенно изменили ее положение. Из беглой рабыни она превратилась в жену принца. Впрочем, ни рабыней, ни женой турка быть ей не очень-то хотелось. Первое было слишком низко, второе — чересчур высоко.

То, что Халид заключил брак в ее отсутствие и без согласия невесты, совсем не волновало Эстер. Она никогда и не лелеяла мечту выбрать себе супруга самостоятельно. В ней воспитали твердое убеждение, что девушка выходит замуж за того, кого ей укажут.

Можно сказать, Эстер повезло, что Халид молод, мужествен, красив и в его жилах течет голубая кровь. Хотя вряд ли английская королева остановила бы на нем свой выбор, Халид более чем устраивал Эстер.

Но вот чего никак Эстер не могла взять в толк, так это причину его женитьбы. Разумеется, младшая дочь какого-то чужеземного аристократа была для принца неподходящей партией. Он явно шагнул на ступеньку вниз.

Плеск воды донесся до ее слуха, и Эстер открыла глаза. Две свечи на низком столике рассеивали сгустившийся в глубине шатра мрак и отбрасывали раздвоенную тень от фигуры мужчины, который как раз в этот момент опустился в деревянную лохань, показавшуюся крошечной по сравнению с его могучим телом.

Эстер затаила дыхание. Наконец-то она получила возможность разглядеть Халида, так сказать, в натуре.

Пламя свечей колебалось, и светлые блики играли на его мощных плечах, на спине и черных волосах. Он усердно растирал себя намыленной губкой, и при этом мышцы на его руках вздувались буграми.

Когда Халид, закончив мытье, поднялся и ступил из воды на ковер, Эстер уставилась на него с благоговением. Великолепно было все, чем одарила его природа, — и широкая грудь, и тонкий стройный стан, и мускулистые бедра, и выпуклые округлости ягодиц.

«Истинный Адонис, только не древний бог, а сегодняшний, реальный мужчина, которого стоит лишь позвать…» — от таких мыслей голова у Эстер пошла кругом.

Она никогда не видела мужчину, подобного ему. Впрочем, она вообще никогда не видела раздетых мужчин. Ее бросило в жар от предвкушения того, что неминуемо должно произойти между ними сегодня ночью. Она не вполне представляла себе, в чем заключаются ее обязанности жены и прилично ли получать удовольствие от выполнения этих обязанностей? Эстер почему-то не сомневалась, что долг свой супружеский в постели исполнит с радостью и не сочтет это грехом.

Халид растерся полотенцем и отбросил его. Потом взял рубашку и повернулся к ней лицом.

Эстер плотно прикрыла веки, притворяясь спящей.

Держа в руках одежду, Халид босиком бесшумно прошел по ковру и встал возле кушетки, любуясь своей красавицей-женой. Заметив на ее щеках румянец, он догадался, что она лишь притворяется, а на самом деле только что подглядывала за ним. Но Халид не стал нарушать ее игру. Он молчал и лишь ждал момента, когда она себя выдаст.

Не зная, что он рядом, Эстер приоткрыла глаза. Ее взгляд уперся в мужской орган, который буквально на глазах вырастал из густой поросли волос. С невнятным возгласом, выражающим не то восторг, не то ужас, она поспешно зажмурилась.

— Я знал, что ты не спишь, — сказал Халид с некоторой игривостью в тоне.

Эстер не стала откликаться.

— Открой глазки, Дикий Цветок, — попросил он. — Взгляни, что твой супруг приготовил для брачной постели.

— Прикройся, — едва слышно прошептала Эстер. — Пожалуйста…

Халид послушно натянул шаровары. Оказывается, его бесстрашная дикарка нуждается в долгих уговорах, прежде чем согласится принять участие в любовных забавах. Что ж, терпение у него есть, и времени тоже вполне достаточно.

— Я уже оделся, — сообщил он. Эстер приоткрыла один глаз и увидела его голую грудь.

— Обманщик!

— Неужто тебя смущает даже грудь мужчины? Ведь мои главные сокровища надежно упрятаны.

Все еще пребывая в растерянности, девушка решила открыть и второй глаз. Затем она приподнялась на подушках, а Халид подсел к ней и запечатлел поцелуй на ее губках.

Она вздрогнула.

— Расслабься, тебе нечего бояться, — сказал Халид и стал ладонями массировать ее тонкие руки. — Не забивай себе голову страхами по поводу брачной ночи. Это все ерунда.

— Как ты можешь?.. — вырвалось у нее.

— Бояться неизвестного вполне естественно. Можешь мне не поверить, но я все равно скажу — бояться тебе нечего. Наоборот, наслаждение, которое ты и вообразить не можешь, ожидает тебя в нашей общей постели.

Опять он вогнал ее в краску. Эстер готова была упасть в обморок. Или так жарко было в шатре, или она вдруг захворала.

Халид резко встал, натянул через голову свою белоснежную рубаху.

— А теперь я вновь заменю евнуха и причешу гриву своей огненной кобылке.

Он взял из шкатулки щетку с костяной ручкой и присел рядом с девушкой.

— Повернись ко мне спиной.

Эстер не знала, какой линии поведения придерживаться. Казалось, женитьба повлияла на принца так, что суровый Меч Аллаха, изверг, чудовище, зверь, превратился вдруг в ласковое заботливое существо.

— Пожалуйста, повернись, — повторил Халид. На «пожалуйста» она откликнулась тем, что без возражений подчинилась. Халид расчесывал ей волосы до тех пор, пока они не стали потрескивать, словно огонь, с которым они были сходны цветом. Затем он помассировал ей затылок. Приятная дрожь пронизала ее позвоночник.

— Ты голодна, моя красавица? — Халид жарко дышал ей в ухо.

О боже! Что он творит с ней? Сначала ее кидает в озноб, затем в жар. То ее трясет от холода, то она покрывается потом. И все из-за его близости, из-за его прикосновений. Кажется, он сводит ее с ума.

— Ты меня слышишь, любимая?

Эстер понятия не имела, о чем он ее спрашивает.

— Вставай! — Он протянул ей руку.

Под взглядом его пронзительных голубых глаз Эстер терялась. Он улыбнулся, ободряя ее. Взяв под руку, принц подвел ее к столику и помог устроиться среди подушек. Налив ей в кубок розовой воды, Халид позвонил в колокольчик, извещая слуг, чтобы подавали ужин.

Звуки непривычной для слуха Эстер музыки, смех и мужские голоса доносились из караван-сарая.

— Мои люди и семейство Казарьянов отмечают нашу свадьбу, — пояснил Халид.

— Значит, это правда, мы действительно поженились? — шепотом спросила Эстер.

— Женитьба слишком серьезное дело, чтобы позволять себе розыгрыши. А тебе разве не по душе стать восточной принцессой?