Гувернантка - Наталия Николаева

– Что молчишь? Я все знаю о твоих шашнях с молодым герцогом. Это же надо без году неделю в доме и сумела так лихо окрутить юношу. Как это тебе удалось?

– А тебе не удавалось, да? – набравшись смелости, перешла я в атаку. Я люблю Нормана, а он любит меня, и я буду защищать нашу любовь.

Кажется, мои слова задели Молли, она не ожидала, что я могу огрызаться. Я всегда хорошо с ней ладила, старалась избегать конфликтов, а тут выпустила коготки.

– Ты думаешь, сэр Норман на тебе женится? Как бы не так, – тихонько засмеялась горничная, – такие господа, знатные и богатые никогда не женятся на гувернантках или горничных. Им нужно только одно, а, насытившись, они находят себе новый объект обожания, а нас выбрасывают, как ненужную вещь.

– Так это ты открыла письмо?

– Да, это я, – довольная, расплылась в улыбке Молли, – мне нужно было подтверждение ваших отношений. Я видела вас в библиотеке, но не поняла, то ли вы пришли за книгами и встретились случайно, то ли специально выбрали укромное место.

– Зачем тебе все это? – слезы сами собой наворачивались на глаза, я опустилась на кровать, не в силах стоять на ногах.

– Да я хочу тебя предостеречь, дуреха, – горестно вздохнула Молли и опустилась рядом со мной на кровать, – ты всегда заступаешься за меня перед Мартой, пусть мы с тобой не подруги, но я не могу допустить, чтобы ты вот так погубила свою молодую жизнь, ввязавшись в отношения с сэром Норманом.

Слезы текли по щеке, руки теребили одеяло, мой разум проснулся, и я понимала, что Молли говорит правду. Горькую правду. Но что мне делать? Если моя любовь сильнее всего на свете.

– Но он говорит, что любит меня, – я все еще цеплялась за последний лучик надежды.

– Все они говорят, что любят, а потом женятся на дамах из своего круга. Если тебе еще не рассказали, то я расскажу, – проговорила Молли и вытерла слезы на моей щеке рукой, – я тоже влюбилась в одного богатого молодого маркиза, он тоже был от меня без ума. Но почему же я тогда здесь, приношу чай, а не в богатом доме, сама отдаю приказы слугам?

– Почему же? – спросила я, поднимая заплаканные глаза на Молли.

– Да все ясно, как Божий день. Маркиз был влюблен в меня, и готов был жениться, но всегда есть еще мама, отец, невеста, и когда эта братия собирается вместе, то они быстро промоют мозги любому, будь то маркиз или герцог. И в два счета объяснят на ком нужно жениться, а кого выставят из дома, не заплатив жалования за месяц.

– Тебя выставили из дома без денег, – едва выговорила я, так как слезы снова набежали на глаза.

– У меня были кое какие сбережения, да и маркиз оказался порядочным. Он догнал меня на почтовой станции, и преподнес увесистый мешочек. Так сказать вознаграждение за работу. Хорошо, что у меня все обошлось без ребенка, а то я даже не знаю, что бы я сейчас делала. Уже сгнила бы где-нибудь в трущобах от чахотки. Послушай моего совета, – повернувшись ко мне, проговорила Молли, – не отвечай ему взаимностью, будь холодна и пригрози, что расскажешь, все леди Генриэтте, пройдет время, и сэр Норман забудет тебя, женится на знатной даме.

– Я люблю его всем сердцем, понимаешь, – в сердцах сказала я.

– А ты думаешь, я не любила маркиза, – сверкнув глазами, сказала Молли, – за этой яркой оболочкой, – Молли показала на платье, – скрывается тонкая душа. Конечно, в доме все думают, что я ни перед чем не остановлюсь, чтобы стать богатой. Это не совсем так. Я хочу быть богатой, жить в таком вот красивом доме, но не просто жить, а быть хозяйкой. Но также я хочу любить и быть любимой, как всякая нормальная женщина. Понимаешь?

Молли взглянула на меня, в ее глазах стояли слезы отчаяния и непонимания. Я обняла девушку, и мы тихонько сидели вместе, прижавшись, друг к другу, и думали каждая о своем.

– Ладно, мне нужно идти, – вставая, сказала Моли, – а ты пей чай, а то совсем остынет.

Девушка вышла, а я так и осталась сидеть на кровати. Что же мне теперь делать? Я совершенно запуталась. Молли внесла хаос в мои мысли. По-прежнему, я точно уверена, что люблю Нормана. Но возможен ли наш союз? Будет ли Норман со мной счастлив? Что скажет леди Генриэтта? А матушка Мария?

Я легла в кровать, закутавшись в одеяло до ушей. Меня трясло. Нащупав рукой ларец, я открыла и достала письма Нормана. Открыла первое письмо и пробежала глазами по строкам. Такие слова может писать только влюбленный человек. Норман меня любит, и написал, что разорвет помолвку. А возлюбленный Молли не разорвал, хотя тоже клялся в вечной любви. Что же делать?

Я закрыла глаза и откинулась на подушку. А как было все хорошо, казалось, счастье рядом. Но как я смогу быть холодна с любимым человеком? Стоит Норману дотронуться до меня, обнять, и я растаю. Нет, я не смогу быть рядом и не позволить любить себя. Остается только одно – нужно уехать. Но куда я поеду? У меня есть кое-какие сбережения, их хватит на первое время, но что дальше? Не знаю. В голове звенело, уши заложило, а мысли пролетали в голове со скоростью света.

Я вскочила и прошлась по комнате. Этот дом стал мне родным. Это моя комната, вот здесь на маленьком столике мои туалетные принадлежности, в огромном дубовом шкафу мои платья. Как я расстанусь со всем этим и уйду в никуда?! Без рекомендательных писем, кто возьмет меня на работу? Я присела к столу и сделала глоток чая. Теплая жидкость разлилась по всему телу.

Меня же звала на работу княгиня Ольшанская! Она живет в Лондоне. Я стала быстро соображать: княгиня возьмет меня на работу без рекомендательных писем, это точно. Нужно только добраться до Лондона и найти ее дом, хотя она говорила, что живет в самом центре города, так, что думаю, это не составит большого труда.

Кажется, я нашла отличный выход из сложившейся ситуации. Я уеду, поступлю на службу в такой же дом, и… оставлю любимого человека. Норман, я не смогу тебя забыть, никогда! Но так будет лучше для всех.

Все решено. Завтра воскресенье все уйдут на службу, а я тем временем быстро уйду в поселок на почтовую станцию и дилижансом доберусь до Лондона.