Бумажные розы - Патриция Райс

— Выверни свои карманы, — сказала Эви. Просьба ее прозвучала довольно глупо, ибо брючки на Мануэле были по меньшей мере на два размера меньше и всем было видно, что никакого кошелька при нем нет, но другого способа доказать шерифу невиновность мальчика она не придумала.

Мальчик сделал, как ему велели, и толпа одобрительно загудела. В карманах, кроме перочинного ножика и мраморного шарика, ничего не оказалось.

Шериф взглянул на Эви и Тайлера:

— Вы хотите подать в суд на этого мистера за нападение?

Эви услышала, как Тайлер скрипнул зубами. «Он вспомнил, как этот человек пытался меня ударить. Но ведь я увернулась». Взяв Тайлера за руку, она сказала:

— Я думаю, мы в расчете. Подавать в суд мы ни на кого не будем. Может быть, стоит помочь этому человеку и поискать в конюшне пропавшие деньги?

Фил и клерк отпустили здоровяка, и тот, не сказав ни слова, ушел на конюшню. За ним последовало несколько человек. Всем хотелось найти деньги. Эви смотрела вслед удалявшемуся громиле почти с сожалением. Ему было что-то известно о человеке по фамилии Пейтон, которую никак нельзя было назвать распространенной. Эви всегда интересовало, откуда она у нее взялась. Может быть, в ней заложен какой-то скрытый смысл, ключ к разгадке тайны ее появления на свет?

Тайлер поймал ее взгляд, крякнул и, взяв за руку, повел прочь.

— Испанских кровей, говоришь? Черт возьми, Эви, нельзя же так откровенно врать! Если ты будешь и дальше продолжать в том же духе, скоро люди вообще перестанут тебе верить.

— Попридержите язык, Тайлер. Я не хочу, чтобы дети научились от вас богохульству, — тихо проговорила Эви, заметив пробежавших рядом Мануэля и Хосе. Маленькие сорванцы знали в конюшне все ходы и выходы, и она не сомневалась, что в эту самую минуту они бегут именно туда. «Господи, если выяснится, что они еще и воришки, мне придется совсем худо».

Оставалась, правда, надежда на то, что их дядя получил телеграмму, которую Кармен отправила ему несколько дней назад.

— Да плевать мне на то, как я говорю! Бен сообщил, что ты перебралась жить к детям. Но мне хорошо известно, что ты вовсе не за этим сюда ехала. Объясни, ты хочешь остаться в Минерал-Спрингсе навсегда или просто ждешь возвращения в город адвоката? Имей в виду, он приедет уже скоро. Я слышал, как Джейс говорил это своему брату.

Эви подобрала юбки и метнула на Тайлера быстрый взгляд. Адвокат! Значит, ждать осталось недолго и дело наконец сдвинется с мертвой точки. В глазах ее мелькнула радость, но она, потупив их, тихонько промурлыкала:

— Оставаться мне здесь или нет, это от вас зависит, муж мой. Ведь я теперь за вами хоть на край света. Разве нет?

Тайлер с трудом удержался от резких слов, которые готовы были сорваться с его языка. Всего пару минут назад Эви сражалась, словно уличный мальчишка, а теперь уже скромно смотрела на него из-под длинных ресниц и улыбалась, как примерная юная леди. «Это всего лишь маска, но и у меня душа не нараспашку, так что мы квиты», — подумал он.

— Давай-ка не будем дурачить друг друга. Тебе этот брак не нужен точно так же, как и мне. Свои преимущества, не скрою, имеются. Например, теперь можно с чистой совестью умерять пыл женщин заявлениями о том, что я уже женат. И потом, я не прочь делить с тобой супружеское ложе. О, ты хороша в постели, и одно только это способно компенсировать недостатки семейной жизни, но… я не гожусь на роль мужа-домоседа и примерного отца, а тебе ведь именно такого подавай. Меня же от этого уволь.

Они остановились в переулке между конюшнями и гостиницей, куда не доставало жаркое солнце. Эви подняла на Тайлера возмущенный взгляд. Он занимался с ней этим, сам признался, что ему понравилось, и вместе с тем считает, что у них ничего не получится. Возможно, он прав, поскольку в таких вопросах неизмеримо опытнее ее. Но когда она увидела его глаза, то не поверила, что он был сейчас с ней искренен. Золотистые огоньки в них погасли, а по углам рта вновь обозначились складки. Тайлер был красив, его лицо и безупречный костюм манили женщин, но Эви видела его без обычной маски и без одежды. И в такие мгновения он становился обыкновенным человеком, ее мужчиной. Втайне Эви всегда упрекала Джен Эйр за то, что так обошлась с мистером Рочестером.

На губах ее появилась улыбка.

— Вы правы, Тайлер. Но почему бы вам не отужинать сегодня с нами, а? Дэниел будет рад вас видеть. Нога еще не зажила, он почти все время вынужден лежать, и это его угнетает. Ваш визит немного развлечет его.

От такого приглашения Тайлер просто не мог отказаться. Он твердо заявил ей, что не относит себя к людям семейного склада, а она не стала спорить, устраивать сцену, слезно умолять. Напротив, согласилась с ним и пригласила на ужин, чтобы порадовать брата. Тайлер нутром чуял, что это ловушка, но она заманивала его туда так изящно, что не поддаться было невозможно. Трюк с беременностью был поистине бесовским, но в конце концов это он сам сделал его возможным. Все уловки Эви были на редкость изобретательны и претворялись в жизнь с таким невинным выражением лица, что уворачиваться от них не было сил.

Тайлер молча последовал за Эви.

Но он совсем позабыл о детях. И понял свою ошибку, едва только переступил порог дома. Едва завидев Тайлера, к нему с широкой улыбкой на лице сразу же устремилась самая младшенькая. Ей явно полюбились его брюки, и она принялась теребить их своими маленькими ручонками, прижавшись к ноге Тайлера.

— Она просто хочет, чтобы ее взяли на руки, Тайлер. Мне кажется, с высоты вашего роста ей весь мир покажется другим. — С этими словами Эви убрала сковороду обратно на полку и поставила на стол, возле которого суетилась Кармен, еще тарелку. Заметив сидевшего в углу комнаты Дэниела, она недовольно поморщилась. Его никто не просил подниматься с постели так рано. — Скоро будем есть, а пока нет Мануэля и Хосе, я могу предложить вам что-нибудь тонизирующее. — Она налила Тайлеру чашку кофе и скрылась за дверью.

Тайлеру хотелось бежать отсюда без оглядки. Его мучило желание освободить свою штанину, броситься на улицу и уйти прочь. Но у него была целая неделя, чтобы поразмышлять над своим прошлым уходом от Эви. Тогда все выглядело так, будто он позорно струсил. Кого он тогда так панически испугался? Детей. Но с какой стати? Они сами по себе, а он сам по себе. Рано или поздно объявится их родня и заявит на них свои права. И тогда он вновь вернет себе Эви. Разве нет?

Он оглянулся на юношу, сидевшего с книгой в углу:

— Итак, Дэниел, ты сменил место жительства, как я погляжу.

С этими словами Тайлер наклонился и подхватил малышку на руки, так как все равно не мог сдвинуться с места, пока она висела у него на ноге. При этом он смотрел на Марию так, словно она была букашкой неизвестного науке вида.

— Насколько я понимаю, это и есть Мария.

— Да, — отозвался Дэниел. — Боюсь даже загадывать, что с ней сделает Эви, когда узнает, что она играла с ее красками. Кармен только-только успела отмыть ее.