Маленькая ложь - Слава Доронина

— Хорошо, что Тамара Максимовна с нами полетела. Я к ней привязалась за это время. Мне спокойно за Даню, когда она с ним…

Я с благодарностью взглянула в сторону Олега. Он все время молчал и о чем-то думал, а мне захотелось нарушить эту тягостную тишину, которая давила на меня.

— Да, — кивнул он. — Я рад, что вы подружились.

Поначалу я сильно переживала за то, что с сыном она будет обращаться плохо, к счастью, что это оказалось не так. Они чудесно ладили.

— Как рука? — я опустила взгляд на его руки, которые держали руль.

— Хорошо, — он приподнял уголки губ и повернул голову в мою сторону. — Это временное потепление с твоей стороны, а по возвращению домой снежная королева обрастет новой порцией льда? — я поджала губы и отвернулась.

— Я же сказала, что мы попробуем… — немного помолчала, а потом добавила. — Это глупо встречаться урывками в общей спальне по ночам, а по утрам испытывать чувство неловкости. Мы взрослые люди, а не подростки…

— Я его точно не испытываю, — усмехнулся он. — Тем не менее я не хочу на тебя давить. И дам тебе столько времени, сколько ты попросишь. Но для себя я давно все решил. Если ты готова идти на уступки, то давай сразу обозначим границы, которые я не хочу, чтобы ты нарушала?

— Ты про свою работу и все дела, которые хотел урегулировать за моей спиной?

— Лера, это не моя прихоть. Это дело принципа, отчасти черта моего характера доводить все до ума. Я реально оцениваю свои силы и знаю, что делаю. Есть только один способ оставить все разногласия между нами в прошлом, — дать понять этим людям, что они не имеют на нас никакого влияния. Спустить все на тормозах означает снова развязать им руки. Этого я допустить не могу.

— Я больше и слова не скажу тебе на этот счет. Ты вправе поступить так, как считаешь нужным. Но в таком случае могу попросить тебя о встречном требовании?

— Я весь внимания, Лера, — серьезно сказал Олег.

— Если у тебя есть такая возможность, отгороди нас сыном от общения с этими людьми. И еще… Даня скоро подрастет и пойдет в садик. Я же приняла решение работать на себя. Сидеть без дела — это не про меня. На те деньги, которые я долгое время не трогала, хочу открыть свою фирму. Я уже присмотрела помещение, ищу попутно персонал…

— И что же это за фирма?

— Что-то вроде детского центра.

— Ты же вроде неплохой экономист? И вдруг дети? — удивился он.

— Да, я буду вести всю бухгалтерию. Полгода назад я начала обучение и скоро получу диплом детского психолога. Мне нравится это дело. Я получаю удовольствие от общения с детьми, и хочу связать с этим свою жизнь.

— Полный полет фантазии и свободы, — он с восхищением на меня посмотрел. — Я не собираюсь больше на тебя давить в плане работы. Да и как давить, ты стала такая ранимая, хрупкая. По идее наш разрыв должен был сделать тебя решительнее, ожесточить, но все получилось наоборот.

— Когда мне необходимо, я подключаю решительность, но столько новостей разом… Ты правильно сегодня заметил на берегу, последние события в моей жизни меня сильно подкосили. В тот день, когда ты приехал к маме домой, и я упала в обморок…

— Лера, я не знал, что у тебя проблемы с сердцем! И на тот момент даже не подозревал про месть Муратова. Я не оправдываю себя, эти два года я действительно тебя ненавидел. Но и себя не меньше за то, что испытывал к тебе чувства не смотря ни на что и готов был простить тебя, если бы ты пришла ко мне… Хорошо, что ты не сделала этого. Я бы к черту сломал нас обоих без этой правды, которая открылась недавно.

Машина прижалась к обочине и Олег включил аварийку. Повернулся ко мне, прожигая своими темными глазами.

— Только сейчас я начинаю осознавать чего бы мог лишиться, — он поднял руку и провел кончиками пальцев по моему лицу.

— Олег…

— Все будет хорошо, Лера. Обещаю тебе. Я вас с сыном никому в обиду больше не дам. Даже себе. Только не отталкивай меня. Хорошо?

В это с трудом верилось, но зачем ему было меня обманывать? Зачем было делать это все ради не нужных людей? Явно ведь не из чувства вины?

— Теперь у нас есть все, о чем я когда-то мечтал. У нас есть сын… Ну что ты на меня так смотришь? — он приподнял уголки губ, продолжая водить пальцем по линии моих скул. — Не веришь мне?

— Не знаю… — тихо отозвалась я.

Когда он вот так смотрел на меня и говорил о своих чувствах и нас, я действительно считала себя необходимой и нужной ему, а мое сердце начинало чаще биться в груди.

Весь вечер мы катались на машине, поужинали в ресторане на берегу океана и вернулись домой далеко за полночь. Разговаривали о разной ерунде и вели себя, как два влюбленных подростка.

Через два дня мы проводили Олега домой, он пообещал встретить нас в аэропорту в Москве через несколько дней. Теперь я уже не так сильно жалела о том, что придется покинуть это место, потому что хотела к Олегу. Хотела снова быть рядом с ним. Засыпать и просыпаться в его объятиях. И я наконец-то отпустила свои обиды и боль. Не распрощалась с прошлым и ничего не собиралась забывать, но мое сердце снова открылось для новых впечатлений и чувств, которые я была уверена затмят все те, что причинили когда-то столько мук.

День прилета я очень ждала, потому что мечтала увидеть Олега. Он позвонил вечером, накануне отлета, разговор наш был коротким, а его голос вымученным и уставшим. Утром я набрала его, чтобы сообщить ему о том, что мы скоро будем на месте, но его телефон оказался вне зоны доступа сети. А когда в аэропорту нас встретили Ирина и Герман, у меня в ушах зашумело от напряжения, и ноги подкосились.

— Олег… — прошептала я сухими губами, с ужасом смотря в лицо Ирины. — Что с ним?

— Спокойно, — мягко проговорила она, заметив, как я побледнела и схватилась за ручку чемодана. — Все хорошо и серьезных поводов для переживания нет. — Он сам вчера вечером позвонил и попросил нас с Германом вас встретить.

Я не сводила глаз с лица Ирины.

— С ним все хорошо, Лера.

— Его посадили?

— Нет. Ему сделали утром операцию. Он не хотел беспокоить тебя перед отлетом, поэтому ничего не сказал. Последние анализы показали, что медлить с операцией на руке больше не стоит. Совсем скоро он будет свежим огурчиком, — заверила меня Ирина.