В погоне за Алой - Изабель Ронин

– Тебе уже лучше? – спросил я. Когда она ответила смущенным взглядом, я добавил:

– Тебе ночью снились кошмары. Хочешь о них поговорить?

Она покачала головой.

– Все нормально. Я их даже не помню.

Она пошевелилась на стуле, и халат распахнулся, обнажая стройную ногу.

Черт. Пора на выход.

– Ты вернешься сегодня ночью домой? – тихо спросила она. Так тихо, что я едва ее услышал.

– Да.

Она кивнула.

– Калеб…

Звеня ключами в кармане, я ждал пока она договорит. А она просто смотрела, покусывая губу.

Я тоже хочу куснуть ее за губу.

Вместо этого я стиснул зубы, кивнул и ушел.

Я поехал к дому Кэмерона, чтобы его забрать, а потом отправился на вечеринку к Джастину. Она проходила в доме его родителей всего в нескольких минутах езды от города. Ближайшие соседи были за много километров, поэтому музыка орала на полную – очевидно, его не волновали жалобы на шум.

Мы с Кэмероном спустились в подвал, где было значительно тише и не так много людей. Там мы нашли Амоса, он сидел один и оживленно переписывался по телефону.

– Эй, бро, как дела? – спросил я, подставляя для удара кулак.

Кулак Амоса разжался, он помахал пальцами и опустил руку. Я вздохнул и покачал головой.

– Бро, не разбивай кулачки. Сколько раз тебе говорить? Это священное правило.

Он в ответ ухмыльнулся и проделал то же самое с Кэмероном, на этот раз обеими руками.

– Засранец, – съязвил я.

Он ухмыльнулся.

– Членосос.

– Так где все? – спросил Кэмерон.

Амос смахнул челку с глаз и откинулся на диван.

– Видимо, разводят большой костер позади дома. Джастин с кем-то спит или опять притворяется, что вырубился на полу, чтобы заглядывать девкам под юбки. В общем, как обычно.

Джастину давно пора перестать таким заниматься. Я сел рядом с Амосом, взял протянутые им две бутылки пива и передал одну Кэмерону. Амос показал на свое пиво.

– Давно я вас не видал, сучки. Вы что, бровки выщипывали?

Я рассмеялся и ответил:

– Конечно. Видишь, я даже ножки побрила.

– Она еще и на ноготочки сходила, – добавил Кэмерон, открывая пиво.

– А. – Амос подмигнул. – Надо было сегодня напялить платье, чтобы у всех челюсть отвисла, бро.

– Напялю, когда ты позовешь на свидание.

Он усмехнулся и нервно откашлялся.

– Позвал бы, если бы у меня не было девушки.

Я моргнул.

– Что? Нету у тебя девушки.

Он снова откашлялся.

– Я вам о ней не рассказывал, потому что сам еще не знал, понимаете?

– Ты серьезно? – уточнил Кэмерон.

– Ага. Живу с ней уже два месяца.

У меня получилось выкинуть Алую из головы, но признание Амоса вывело ее на первый план. Я хмыкнул в ответ, ожидая, что он расскажет еще.

– Она меня с ума сводит, – пробормотал он через мгновение, на лице отразилась мука. – Не пойму, какого хрена ей от меня надо. Что вообще происходит у девушек в голове? Серьезно, хочу узнать.

«Я тоже», – подумалось мне.

– Что случилось?

Он приподнял брови.

– Вот и я ее так спросил. Она сказала «ничего». Но ведь что-то случилось. Я спросил, все ли у нее хорошо, она ответила, что да. Я подумал: ладно, может, ей нужно личное пространство. Поэтому я ей сказал, что уезжаю вечером к вам, она такая: «Ладно, развлекайся!» Но по голосу ведь слышно, что она имела в виду не это. Судя по голосу, ей хотелось отрезать мне яйца. Вот какого хрена произошло? Весь мозг мне вынесла.

Я передал ему новую бутылку.

– На, попей пивка.

– Спасибо. – Он открыл крышку и наглотался так, как будто не пил неделю. После отрыжки, громкой, как гудок поезда, он продолжил: – А потом я спросил, что она хочет на день рождения, а она сказала, что ничего. Я все спрашивал, что ей нужно, но она мне велела ничего не дарить. Ну, я и не подарил. – На его лице появилась озадаченность. – Так она со мной потом неделю не разговаривала. Вот что за фигня?

Бедняга. Даже я о таком знал. Подарки на день рождения надо дарить всегда, и неважно, что тебе об этом говорят.

– Держи Doritos, – Кэмерон передал ему пакет.

Амос его открыл и стал грызть чипсы, как обезьянка.

– Вот почему нельзя просто взять и сказать мне, что она на самом деле хочет? Я же не умею читать мысли.

Я кивнул.

– Чувак, это такая ловушка. Это все равно что вопрос, толстая ли она в платье или считаешь ли ты ее подругу симпатичной.

Кэмерон захохотал.

– Или какого цвета стена.

– А?

Кэмерон пожал плечами.

– Ничего.

– Черт, – прошипел с досады Амос. – А вы знаете, сколько приходится ждать, пока она соберется? Всегда мне говорит: «Пять минут», а пять минут на женском языке – это примерно от получаса до часа. Пацаны, я не шучу. Что они делают так долго?

– Это тайна, – ответил Кэмерон, на его лице появилась легкая улыбка.

Алая не собирается два часа, подумал я, вспоминая вчерашнее первое, настоящее свидание. Прошло меньше получаса, а она уже была готова. В этом мне повезло.

Амос кивнул и протяжно вздохнул.

– Но, блин, я по ней с ума схожу.

«Мне знакомо это чувство», – подумал я.

– Я обожаю ее волосы. Они у нее до задницы, – продолжил Амос. – Это так сексуально, правда, даже моя собака – и та меньше линяет.

Я захохотал. Как-то я нашел на диване волос, который могла оставить только Алая. Помню, как подобрал его и положил между страницами книги.

Какой я все-таки извращенец.

Спустя четыре часа я потерял счет выпитым бутылкам и опьянел. Алая отодвинулась на задворки мыслей. Наконец-то. К нам подошли остальные ребята: они так и сыпали подначками и историями о выдуманных сексуальных подвигах, в которых они вечно оказывались в лучшем свете.

– Что, детка, вернулась за добавкой? – Джастин шлепнул девушку по попе, когда она проходила мимо. Кажется, я уже видел их вместе.

– Эй! – Она треснула его по лицу. – Козел.

Мы расхохотались, когда Джастин покраснел, затем его лицо расплылось в пьяной, дурацкой улыбке.

– Она меня любит, – заявил он, глядя, как девушка уходит.

Амос кинул в него какой-то едой – возможно, пиццей.