Верни мне сына - Елена Попова

Касаюсь пальцами его рубашки и одну за другой расстегиваю пуговицы. Высвобождаю из тонкой белоснежной ткани жилистое тело, кладу ладонь на рельефную грудь и рассматриваю его, как будто впервые вижу.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Боже, как мне нра-а-а-вится касаться его. Я не могу привыкнуть к этим ощущениям и не могу поверить, что это сейчас происходит со мной.

Я щипаю себя за оголенную ногу, Денис это замечает и два уголька, обрамленные густыми черными ресницами смотрят на меня с невероятной серьезностью.

— Это реальность, Ань. Реальность, в которой тебе, хочешь ты этого или нет, придется быть со мной.

Он наклоняется к моим губам, и настойчивый поцелуй ставит жирную точку в его последних словах.

— Я согласна на такую реальность, — шепчу я, и с нетерпением наблюдаю, как Денис расстегивает брюки.

Одним рывком он двигает меня к себе, берет за затылок, прижимается лбом к моему лбу, и в следующее мгновенье он отправляет меня прямиком в рай.

Мы занимаемся любовью на подоконнике, мои ноги обвивают его бедра, голова запрокинута назад, а рот крепко зажат рукой. Боюсь, если уберу ее, то вся столица услышит мои блаженные стоны.

* * *

Утро следующего дня

Пока я собираю вещи, Денис не спускает Даню с рук.

— Ну что, едем домой? — спрашивает он и щелкает сына по носу. — Сегодня наконец-то будешь спать в своей комнатке.

Даня слезает с его колен, торопливо бежит к ящику с игрушками, берет две машинки и бросает их в мою сумку. Я нагибаюсь, чтобы застегнуть молнию и получаю смачный шлепок по заднице.

О-о, чувствую, я еще нескоро привыкну к тому, что наши отношения вышли совсем на другой уровень.

Не разгибаясь, поворачиваю голову, и с коварной улыбкой грожу пальцем Денису.

— А мы с тобой сегодня спать не будем, — тихо произносит он и заговорщицки подмигивает. — Впрочем, как и сегодня.

— Ты уверен, что она уехала? — спрашиваю я, поднимая увесистую сумку.

Денис тут же встает с кровати и забирает ее из моих рук.

— Вчера Богдан сообщил в СМС, что отвез ее к отцу.

Он целует меня в макушку и обращается ко мне с совершенно серьезным лицом.

— Ань, я тебе обещаю, что она больше никогда не появится в нашей жизни.

«В нашей жизни» — звучит просто восхитительно, но на сердце все равно еще очень тревожно: эта змея на все способна. И пока что мне с большим трудом верится, что она воздержится от желания помешать нашему счастью.

Я прижимаюсь к нему, наблюдая, как наш сын складывает в маленький рюкзак все, что попадется под руку. Домой с нами поедет его использованный подгузник, ручка от окна, недоеденная сушка и колесо от сломанного грузовика.

Мы смеемся над ним, и в этот момент на моей измученной душе становится невероятно легко. Как будто и не было между нами никакой пропасти, не было Эли и всех ее козней. Словно мы всю жизнь были вместе: мама, папа и наш любимый сын.

Мне снова хочется поцеловать Дениса. Я встаю на носочки и тянусь к нему. Его губы отвечают мгновенно, и мне точно не кажется, что будь мы в этой комнате одни, то нас бы уже ничего не остановило.

Даня дергает Дениса за брюки, протягивает ему битком набитый рюкзак, из которого торчит голова слоника.

— Ничего не забыл? — хитро щурится Денис и подхватывает его на руку. — Теперь можно ехать домой?

Даня радостно взвизгивает и хлопает его ручонками по лицу.

Мы выходим со всем добром в прихожую, я надеваю ботинки и одновременно достаю из кармана джинсов вибрирующий телефон. Мы с Денисом смотрим на экран, я поднимаю на него взгляд, и он тут же читает в нем вопрос: отвечать или нет?

— Ответь. Может она звонит насчет отказа от материнских прав.

Я прочищаю горло, касаюсь пальцем зеленой трубки и как можно холоднее говорю сестре «привет».

Но из трубки слышится незнакомый мужской голос.

— Вы сестра Ксении Павловой?

— Да… — в замешательстве отвечаю я.

— Вам стоит приехать в больницу.

Глава 41

Аня

 — Почему доктор не сказал, что с ней случилось? Неужели это так сложно?! — злюсь я, нервно перебирая пальцами ремень сумки. — И почему она сама мне не позвонила? Господи-и-и, ну во что она опять вляпалась, а? — И на всю машину раздается мой протяжный стон. — Точно во что-то страшное, раз находится в отделении травматологии.

Денис берет меня за руку и молча смотрит несколько секунд.

— Сколько раз тебя нужно ударить в спину, чтобы ты смогла навсегда отвернуться от человека?.. — задумчиво проговаривает он. — Я сейчас не к тому, что ты должна проигнорировать эту ситуацию, мне всего лишь интересно каких размеров твое сердце. — Он наклоняется и целует меня в висок.

— Лучше бы оно было крохотным с перепелиное яйцо, — вздыхаю я. — Всю жизнь у меня сплошные неприятности из-за нее.

— Я готов поспорить, — выставляет указательный палец Денис и прижимает меня к себе. — Не было бы Ксюши — не было бы Дани. Не было бы Дани — мы бы с тобой никогда не встретились. Так что мы оба должны быть ей благодарны, не так ли?

В этом я с ним полностью согласна. Сколько бы гадостей она не сделала мне, как бы не предавала меня, но именно благодаря ей я нашла свое счастье.

Машина тормозит на стоянке, мы оставляем спящего Даню с Романом и идем в больницу.

— На каком этаже травматология? — спрашивает Денис регистратора.

— На втором, — сообщает девушка, не отрывая взгляд от компьютера.

В само отделение нас не впускают, медсестра велит подождать в коридоре пару минут и это время мне кажется вечностью.

— Доброе утро! — здоровается с нами мужчина в белом халате и, открывая тетрадь, направляется к нам. — Так… вы, как я понимаю, сестра Павловой? — бегло смотрит он на меня и снова опускает взгляд в тетрадь.

Я быстро изучаю бейджик, прикрепленный к его халату: «Заведующий отделением травматологии Савченко Игорь Валерьевич», открываю рот, чтобы обрушить на него вопросы, но Денис меня опережает.

— Игорь Валерьевич, что с Ксенией? — спрашивает он.

— Ушиб головы, многочисленные гематомы и перелом руки, — закрывая тетрадь, смотрит на нас доктор и добавляет: — Ее избили.

— Что? — беззвучно изрекаю я.