Тайная уступчивость - Елена Дж.

— Кто это был?

Его голос тихий.

Наши глаза встречаются, и я не могу отвести взгляд. — Гарри.

— Гарри?

Я киваю.

— Какой Гарри?

— Гарри Симмонс.

Его глаза темнеют, а челюсть сжимается. Я снова сжимаю его руку, и он качает головой. — Corazón, te hizo algo?25

Я почти смеюсь, но в воздухе витает такое напряжение, что вряд ли это поможет. — Он ничего не сделал. В этом-то и проблема.

Он качает головой в сторону и пытается меня прочитать, но у меня на уме стальной капкан. Я закусываю губу, пока он не надулся и не наклонился ближе. Он убирает руку с моего колена и берет меня за подбородок.

— Скажи мне, что он сделал.

— Он ничего не сделал, Джулиан.

— Тогда зачем ты пришла сюда?

Я закатываю глаза и пытаюсь отвести голову, но он крепко сжимает мой подбородок, почти сдавливая щеки, пока мои губы не начинают морщиться, как у рыбы.

— Никто не может прикасаться к тебе без твоего согласия.

Я тянусь руками к его запястью, и его хватка ослабевает. Я выдергиваю подбородок из его хватки, и он делает несколько глубоких вдохов. — Он не трогал меня. Просто он был не таким, как я ожидала на свидании.

— Значит, если бы он сделал все правильно, тебя бы здесь сегодня не было?

Я обдумываю свой ответ, но понимаю, что облажалась. Он принимает мое молчание за ответ и делает глубокий вдох, после чего поднимается с дивана. Он направляется в другой конец гостиной, к коридору, который ведет в его спальню. Его плечи опускаются, а у меня болит в груди.

Я облажалась.

— Джулиан, я не это имела в виду. Ты же знаешь.

— Если бы ты действительно знала, то сказала бы мне об этом двойном свидании. Я уже знал об этом.

— Что?

Он кивает, и у меня отпадает челюсть.

— Малыш, Лена проболталась об этом на днях утром. Сказала, что берет тебя на двойное свидание, но я не думал, что это будет с Гарри. А теперь, когда ты упомянула, как он с тобой обращался. Все это имеет смысл, но, черт возьми, не имеет смысла то, как ты ответила на этот вопрос.

— Я даже не ответила на него.

— Ты колебалась, что уже само по себе является ответом.

Я встаю с дивана и скрещиваю руки. — Джулиан! Какого черта?

Он насмехается и направляется в коридор. Я сразу же следую за ним и захожу в спальню. Он стягивает с себя кофту и бросает ее на пол. Он не стоит ко мне лицом, но я вижу, как напрягаются его широкие плечи и мышцы спины под воздействием эмоций.

— Джулиан, пожалуйста.

Он наконец поворачивается и идет ко мне. — Ты не понимаешь, что когда я сказал, что мы не должны этого делать, я имел в виду именно это.

— Ты не это имел в виду, — говорю я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Я пришла за его утешением, а не за нотациями.

Но почему я действительно пришла? И почему я сказала эти слова о Гарри? Я хочу, чтобы Джулиан ошибался, ведь если бы Гарри относился ко мне сегодня лучше, я бы все еще была на ужине. Пошла бы я с ним домой? Конечно, нет. Но он не дал мне времени объяснить это.

— Мы бы не спорили о таких вещах. Ты бы мило проводила вечер со своей подругой, а я бы сидел здесь и проверял бумаги или еще какое-нибудь дерьмо. Черт, да я бы уже захлопнул дверь перед бывшей, которая пытается снова влезть в мою жизнь.

Его глаза ищут мои, когда я делаю шаг ближе и тянусь к его рукам, скользя вверх, пока не обхватываю его шею. Он делает глубокий вдох и закрывает глаза, пытаясь успокоить дыхание.

— Джулиан, я пришла сюда не просто так. Даже если бы ужин прошел хорошо, я бы все равно пришла. Я знаю, что мы никогда не говорили об этом прямо, но ты мне нравишься. Кажется, что шансы всегда против нас, но я готова бороться с ними, если это сделаешь ты.

— Ты уверена в этом? Потому что это значит рассказать твоей лучшей подруге. И, в конце концов, родителям.

Я делаю глубокий вдох и киваю, зная, что должна сказать ему правду, несмотря ни на что. — Это вещи, которые я должна сделать. Это мосты, через которые я должна пройти сама. Я не хочу, чтобы тебе пришлось делать это вместе со мной. Это требует от тебя слишком многого.

— Я собираюсь поговорить с Гарри, — выдыхает он. Я нахмуриваю брови и качаю головой.

— Ни в коем случае.

— Corazón, — начинает он.

— Нет!

— Он должен знать, как обращаться с женщинами, даже если это не с тобой. Убереги следующую девушку от того дерьма, которое он устроил с тобой. Что бы это ни было.

Я слабо улыбаюсь ему, прежде чем улыбка расплывается по его лицу. Он наклоняется и целует меня в лоб, а затем обхватывает руками мою талию. Я визжу, когда он сжимает меня в медвежьих объятиях.

— Ты меня душишь! — кричу я, но он только сильнее сжимает меня, а затем ослабляет хватку.

— Ты мне тоже нравишься, — наконец говорит он.

Я хихикаю, потому что ничего не могу с собой поделать. Мне приятно находиться в этом пузыре, где есть только мы. Это помогает мне лучше воспринимать наши решения. Но я знаю, что в конце концов мне придется столкнуться с реальностью. Я не хочу этого, но ради него это того стоит.

— О чем ты думаешь?

Я пожимаю плечами и утыкаюсь носом в его грудь. — Ты того стоишь.

При этих словах его мышцы словно расслабляются, и я понимаю, что задела в нем какую-то глубокую точку. Будь то неуверенность или сомнения, я что-то задела. Я крепче обнимаю его за шею, и он дышит еще глубже.

— Ты стоишь больше, чем все, что у меня было в жизни, — отвечает он.

— Можно я останусь на ночь?

Он хватает меня за руки и сцепляет мои руки у себя за шеей. Он тянет меня к кровати и садится, позволяя мне забраться к нему на колени и облокотиться на него. Когда мы соприкасаемся, я чувствую, как растет его эрекция, и начинаю крутить бедрами, уже готовая к этому мужчине.

— Элиана, — предупреждает он.

— Что? —