Перо феникса - Екатерина Тимошина

– Ладно, ладно, обсудим это потом. – брюнет вскинул руки в примирительном жесте, – Я принес тебе подарок, который отлично подойдет к твоему платью. – он полез во внутренний карман своего пиджака, а я замерла, боясь увидеть там браслет. Но, к счастью, Жан открыл передо мной красивую коробочку, в которой лежали сережки, удивительно похожие на украшение, которое подарил мне Эн. Тоже в форме солнца, переливающееся серебряными всполохами.

– Спасибо, – приняла я подарок и вставила сережки себе в уши. Местами буду вести себя покорно, усыпляя бдительность.

Затем Жан подставил мне локоть, я, вздохнув, вложила в него свою руку, и мы вышли из покоев.

Глава 34

– Наследный принц Оскуро, Доржан Атияма Блак, со своей спутницей Светланой Поднебесной, – огласил наш приход церемониймейстер. Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Свою девичью фамилию даже я давно не вспоминала. А откуда они ее узнали? Сколько еще сюрпризов таят в себе эти мужчины?

Перед нами начали распахиваться двери, и я заметила, как мужчины и женщины стали вытягивать шеи, чтобы увидеть нас. Доржан немного сжал мою руку и сделал шаг, мне же ничего не оставалось, как последовать за ним. Мы шли медленно под шепотки присутствующих здесь людей.

– Здесь принято так пялится? – чувствуя очередной прожигающий во мне дыру взгляд, спросила я.

– Нет. Но они впервые видят уравнителя, вот и пялятся. – шепотом ответил Жан, при этом кивая и улыбаясь встречающимся людям.

– И снова все дело в магии… – уныло прошептала я. Этих людей совершенно не интересовала я, как человек. Интересовала лишь магия во мне.

Бальный зал впечатлял своей кричащей роскошью и блеском золота. Казалось, что мы находимся в сокровищнице, а не в бальном зале. Блестел усердно натертый пол, по которому мы шли, блестели колонны и нервюры сводов, покрытые позолотой, блестели люстры, парящие над нашими головами и, конечно, блестел трон, стоящий на возвышении в конце зала, где вальяжно расположился на многочисленных подушках Эльмас Арольд. То, как он взирал на нас, мне совершенно не нравилось. В его взгляде явно читалась опасность. А все мои инстинкты просто вопили, что надо держаться от него подальше.

Доржан подвел меня к ступеням, поднимающимся вверх к месту восседания Его Величества, поклонился и потянул меня за руку, явно намекая, что мне следует сделать так же. Я изобразила корявенький реверанс, выпрямилась и гордо посмотрела в глаза Арольда. Он расплылся в ехидной улыбке, встал со своего трона и заговорил сочным басом, который мгновенно разнесся по залу:

– Объявляю бал открытым! Первый танец – Меланж.

После этих слов, как по щелчку, раздались первые звуки музыки: скрипки и еще какого-то духового инструмента, похожего на флейту. Доржан приобнял меня за талию и повел в центр зала.

– Но я совершенно не умею танцевать! – шипела я, упираясь пятками. Но легче было остановить бешеного носорога, чем его. Казалось, что мои дерганья он даже не замечал. – И танцев ваших не знаю-ю. – чувствуя на себе пару сотен разных взглядов, начиная от любопытства, удивления и жадности, заканчивая презрением и ненавистью, мне становилось не по себе. Похоже они решили меня еще и опозорить.

– Успокойся, я поведу, а ты просто повторяй. – тепло посмотрел на меня Жан, а в его голосе скользнули нотки поддержки и заботы, заставив меня удивиться происходящему еще больше.

Доржан остановил меня, прижал к себе покрепче, практически вжимая в свое крепкое тело, заставляя чувствовать его размеренное сердцебиение. Аккуратно положил мою левую руку себе на плечо, а правую сжал в своей руке. Медленно пробежался свободной рукой по моей голой спине, остановившись аккурат над мадам сижу. И закружил в танце, под прекрасную музыку, от которой бежали мурашки по коже.

И все было бы замечательно, если бы в объятьях меня не держал нелюбимый мужчина, желающий обманом добиться своего. А во мне отчаянно не металась ведьма-дурочка, жаждущая отмщения. Поэтому я плотоядно улыбнулась, выпуская наружу свою ведьму. И мысленно потерла ладошками.

Сейчас мы с ним попляшем.

– Чего это ты так на меня смотришь? – напрягся он, отчего все его мышцы забугрились еще сильнее. А я совершенно “случайно” наступила ему на ногу, отчего Жан втянул воздух сквозь зубы.

– Упс… я же говорила, что не умею танцевать. – делая невинную мордашку, сказала я, а глаза моего спутника загорелись явным азартом. Ой-ёй…

Он сделал неожиданный пас и закрутил меня вокруг своей оси, успев каким-то образом шлепнуть по заднице. А затем надавил на мою поясницу, отчего я непроизвольно выгнула спину, откинувшись назад, и почувствовала обжигающий поцелуй на своей шее.

Широко распахнув глаза и полная решимости, я вернулась в вертикальное положение, чуть не разбив ему нос своим лбом. Но он успел ловко уйти в бок, заставив нас вытянуть сцепленные руки. Потом одним быстрым движением, которое я еле успела заметить, перетек ко мне, встав сзади. Положил горячие ладони на живот и укусил меня за ухо, промурчав что-то о дикой кошечке.

Я ошалев от такой наглости стремительно развернулась к нему лицом, и лучезарно улыбнулась, положив ладони ему на плечи. Медленно потянула мужчину на себя, подозрительно вытягивающего губы, и… двинула коленом в причинное место, благо за моей широкой юбкой этого было не видно.

Жан побледнел, а его красивое лицо исказила гримаса боли. Он, сгибаясь в три погибели, зашипел ругательства, я же улыбнулась, поблагодарила за прекрасный танец и гордо пошла к столу с напитками.

Да я знаю, что нельзя тянуть тигра за усы, но ничего не могла с собой поделать. Это все ведьма-дурочка. Честно-честно.

Стол ломился от разнообразных закусок, а в самом его центре стоял большой фонтан с каким-то напитком. Мне стало любопытно, поэтому я подставила найденный тут же бокал и налила немного. Оказалось это обычное шампанское. Много пить не стала, все-таки мне нужна ясная голова. А вот в тарелку я горкой наложила разных тарталеток, маленьких бутербродиков, мини-булочек и кусочки овощей. Все-таки того перекуса за весь день было недостаточно, и мой живот уже, кажется, перебивал звуки музыки своим урчанием.

– Люблю девушек с хорошим аппетитом, – услышала я и почувствовала чье-то дыхание на своем плече. Осторожно развернулась, пытаясь быстро проглотить все, что я уже успела запихнуть в рот, и посмотрела на говорящего.