Его большой секрет - Ирэн Анжели

– Вам стоит согласовать это с хозяином. Если он отдаст распоряжение, не сомневайтесь, я организую ваш отъезд в ближайшее время.

«Точно! Надо позвонить Дэмиану».

Дрожащими руками я схватила телефон. Абонент вне зоны. Может, он еще не долетел? Придется позвонить позже. А пока я быстро закончила трапезу и помчалась в конюшню. Может, Кир сможет мне помочь? Или хотя бы переночует в замке по соседству от меня?

Я обыскала всю конюшню, но не нашла парня. Ну все. Я совсем одна. Дворецкий не в счет. Он слишком чопорный, чтобы посочувствовать мне. Остальные слуги вообще не говорят по-английски. Слезы отчаяния закапали из глаз, и, словно проникнувшись моим состоянием, стал накрапывать дождик. Похолодало. Пришлось вернуться в замок. Прислуги не было видно, и я долго блуждала одна по полутемным коридорам, ища свою комнату. Там, зарывшись в подушки, я начала самозабвенно подвывать, отчаянно жалея себя. Так я ныла до самого вечера, пока Джон не пришел звать меня на ужин.

Очередная безлюдная трапеза и надвигающаяся ночь, которую мне предстояло провести в одиночестве в жутком замке, совсем добили меня. Чтобы не разреветься при слугах, я усиленно налегала на вино. Мальчики из обслуги сначала охотно подливали мне, но потом стали наливать лишь на донышко бокала.

«Бухлишка вам, что ли, жалко для меня?» – злобно подумала я и перехватила бутылку из рук зазевавшегося мальчишки.

Налила до краев и сказала, заметив вытянувшееся лицо Джона:

– Мы, русские, не признаем неполных бокалов.

Залпом осушив бокал, попыталась налить снова, но в бутылке осталась лишь капля. Тогда я начала требовать еще вина.

– Может, не стоит, мэм? – осторожно осведомился дворецкий.

Но меня было уже не остановить. Я твердо решила встретить графа Дракулу в стельку пьяной. Так как Джон отказывался выдавать новую порцию алкоголя, пришлось пообещать, что отправлюсь спать, а бутыль мне нужна с собой для самообороны. На таких условиях мне выдали заветную жидкость, и в сопровождении Джона я нетвердой походкой отправилась восвояси.

Дэмиан

Анастейша робко поднимается по трапу моего «Гольфстрима» и замирает, заглянув в салон. Похоже, она впервые на частном рейсе. Меня, как обычно, слегка нервирует ее близость. К счастью, она быстро засыпает, а я пытаюсь заняться бумагами. Но взгляд вновь и вновь возвращается к ее такому безмятежному во сне лицу.

Осторожно бужу ее, когда мы начинаем снижаться. Прикосновение к нежной, порозовевшей во сне коже; трепет длинных ресниц; взгляд, пытающийся сфокусироваться на мне, – все это почему-то страшно волнует. Быстро отворачиваюсь, чтобы она не успела прочесть лишнее в моих глазах.

По дороге к замку Анастейша сначала крутится, пытаясь рассмотреть пейзаж. Но потом зарядил мелкий дождик, и она заметно расстроилась. А когда началась гроза, то даже слегка вздрагивала от раскатов грома. Очередная вспышка молнии подсветила мой замок на горе. По-моему, это ее здорово напугало. Так, что она не смогла оценить по достоинству мою гордость – старый подъемный мост.

А у замка персонал устроил целое представление. Меня это лишь позабавило, а вот девочке, похоже, было не до смеха. За ужином Джон подкинул дровишек, принявшись рассказывать о вампирах и прочих ужасах замка. Он насмерть перепугал Анастейшу, и потом мне пришлось доказывать, что в ее спальне вполне безопасно.

Среди ночи я подскочил от ее крика из соседней спальни. Видимо, ей приснился кошмар: она металась по кровати и стонала, пока я не разбудил ее. Пришлось остаться с ней. Она тут же мирно заснула на моих руках. А вот мне стало не до сна. Отгоняя мысли о ней, привычно соскользнул в воспоминания.

3 года назад

Проект уже близился к концу, и за это время я ночевал один от силы пару раз. На шоу не осталось девушек, не побывавших в моей постели. Хотя нет, одна все же была, и именно ее я и вожделел больше всех. Но коварная Анита никак не давалась. Зато у меня образовалось две фаворитки – журналистка Татьяна и рыженькая Элис с лисичкой. Эти девочки были умны и послушны. Каждая при этом со своей изюминкой, и обе полностью устраивали меня в сексе.

На очередной церемонии, когда меня предупредили, что я должен оставить только трех, выбор для меня был очевиден. А той же ночью меня ждал приятный сюрприз: Анита сама пришла на мою виллу.

Я дико обрадовался. Затянул ее внутрь, принялся целовать. Она охотно отвечала. Одежда полетела на пол. Подхватив ее на руки, перенес в спальню и продолжил ласкать. Но вдруг она отстранилась.

– Давай просто поспим сегодня?

– У меня встречное предложение: давай продолжим начатое, – я попытался притянуть ее обратно.

– Или мы просто спим, или я ухожу, – поставила ультиматум Анита.

Пришлось соглашаться на ее условия, но ночка для меня была та еще.

На следующий день я заказал для Аниты корзину цветов и брендовые шмотки, решив, что это может расположить ко мне строптивую девчонку. В ночи она пришла в новом платье от «Армани», что я прислал. Решив, что это хороший знак, я опять повелся. Но все закончилось тем же. Распалив меня, она остановилась.

– Какого черта, Анита?! – не выдержал я. – Зачем ты тогда вообще приходишь?

– Не хочу, чтобы ты спал с другими, – пожала плечами она.

– Нет проблем, если ты будешь заниматься со мной любовью.

– Близость со мной еще надо заслужить, – сообщает мне поганка.

– Вот как? Мне кажется, я и так уже достаточно делаю! – невольно повышаю я голос. – Может, тебе самолет надо подарить, чтобы ты согласилась?

– У меня уже есть один, – на полном серьезе отвечает она. И тут я понимаю, что хорошо бы узнать о ней побольше. Не так много людей в нашей стране владеют частной авиацией.

– Так что тогда? – не понимаю я.

– Я должна быть уверена в тебе. В твоих намерениях. Хочу знать, что это не просто желание обладать мной.

Мне нечего ей ответить. Я и сам толком не знаю, что это. Мне раньше никогда не отказывали. Возможно, именно это и завело меня.

– До конца проекта три недели. Выдержишь без секса? – Она смотрит мне в глаза. Надеюсь, не заметила плещущийся там ужас. Три недели? У меня никогда не было воздержания больше трех дней. Понятия не имею, как я справлюсь. Но почему-то я согласно киваю.

Проведя еще одну бессонную ночь подле Аниты, я ставлю условие:

– Не приходи больше на ночь. Вдыхать твой аромат, ощущать рядом тепло твоего тела и не иметь возможности прикоснуться к тебе – это сводит меня с ума.

Она соглашается.