Как упаковать любовь - Ирина Редная

— Теперь знаю, — усмехнулся я. — Спасибо. Постараюсь не пользоваться этой информацией.

Рита рассмеялась в голос, словно я сейчас остроумно пошутил.

Когда мы, наконец, вышли из переговорной, всё, о чём я мог думать, — это ибупрофен и ведро кофе. В идеале — одновременно.

За прошедший час у меня сложилось стойкое ощущение, что в голове теперь шумит не кровь, а мелкий строительный перфоратор. Где-то в районе висков.

Мы условились, что Рита согласует наши варианты с «заказчиками» — в кавычках, потому что я всё ещё сомневался, существуют ли они.

Обещала «через денёк-другой» выйти на связь.

И вот уже на пороге, когда я внутренне готовился сказать вежливое «бывай», она вдруг, совершенно по-ритински, перешла на блиц-режим: обвила меня рукой за шею и громко, по-театральному поцеловала в щёку.

— Ну всё, Лёш, пока! Я позвоню! До выходных!

И — как ни в чём не бывало — выпархнула за дверь.

Я остался стоять с недоумением смотря ей вслед, будто ждал титров.

Сбоку появилась Ирина с какими-то распечатками, но, заметив моё лицо, приостановилась.

— Всё… в порядке? — спросила она.

— Хотелось бы верить, что да, — ответил я.

Глава 49. Анна

…вечером того же дня…

— Правильно ли я понимаю, — медленно произнесла Олька, поправляя футболку с гордой надписью «этожопыт» на груди и делая глоток лимонада, — ты услышала одну-единственную фразу, причём даже не от него, а от какой-то стервозной барышни… и моментально решила, что это о тебе, и расстроилась?

Я скосила глаза в сторону, поморщилась и уставилась на свой стакан.

Лёд внутри тихо звякал, а капельки конденсата лениво стекали по стенкам, холодя пальцы. Вроде и жара спала, вечер мягкий, тёплый, прямо-таки летний — но на душе паршиво.

Мы сидели на лавке в Коломенском, дышали свежим воздухом, Поля в паре метров от нас собирала какие-то «особенные» листья, а Оля — воплощение моего здравого смысла — методично вытягивала из меня подробности.

И, к сожалению, вытягивала правду.

— И ты, если я правильно поняла, даже не удосужилась уточнить, что она имела в виду? — продолжила она с профессионализмом прокурора. — Не говоря уже о том, что ты не знаешь, что он ей вообще ответил. Может, он её на месте закатал в рулон картона и выставил за дверь.

Я кивнула. Ну да, не спросила. И да, ничего не знаю.

— Не выставил, они там после этого еще минут двадцать сидели. — пробурчала я себе под нос.

Оля закатила глаза так, что мне стало даже страшно. Потом тяжело вздохнула. Один из тех вздохов, после которых обычно следует фраза «ну ты даёшь…».

А я? А я чувствовала себя немного кретинкой.

Окей, не немного. Прямо-таки вполне.

Да, она права. Я ничего толком не услышала.

Я просто подошла, чтобы уточнить у Лёши — можно ли нам с Полей уйти чуть пораньше и завтра остаться дома. Хотелось наконец-то привести квартиру в порядок, перестирать всё, что копилось неделю, и морально подготовиться к возвращению в сад. Тем более что Леша говорил о каких-то планах на выходные.

Но как только я подняла руку, чтобы постучать, эта его гостья очень громко и очень изящно высказалась что-то про чужих детей и благотворительность.

А я — молодец — тут же решила, что речь о нас.

Я даже не осталась послушать, что он ей ответил. Просто развернулась и ушла. Быстро. Стремительно. Как героиня плохого сериала, у которой эмоции всегда бегут впереди логики.

Почему-то была абсолютно уверена: да, это про нас. Про меня. Про Полю, которая буквально за пару минут до этого заглядывала в переговорку за своими рисунками.

И, конечно же, я сделала единственно логичный вывод: меня обсуждают.

Ну а кого же ещё?

— Оль, ну я не могла у него спросить, — выдохнула я, уставившись на свои кеды, будто они могли подсказать что-то умное.

— Не могла…

— Почему? — не отставала она, приподняв бровь и сделав ещё один демонстративный глоток лимонада.

— Тогда бы получилось, что я… ну, стояла под дверью и подслушивала, — пробормотала я, едва не добавив "как ревнивая жена из анекдота", но вовремя прикусила язык.

Телефон у Оли завибрировал — кажется, уже в десятый раз за последние полчаса. Она небрежно вытащила его из кармана, глянула на экран и тут же расплылась в хитрой, почти кошачьей улыбке.

Пальцы застучали по экрану, как по клавишам — быстро, весело. Ответ отправлен, телефон обратно в карман.

Я вопросительно на неё посмотрела, слегка приподняв бровь.

— Неважно, — отмахнулась она. — Переписываюсь с одним мужчинкой с сайта знакомств. Пока вроде не маньяк, хотя у нас ещё только стадия "обмен шутками и мемами".

— А футболка с надписью «этожопыт» — это как бы фильтр от неадекватных?

— Конечно, — хмыкнула Оля. — Кто не поймёт и не заценит — сразу мимо. Только с чувством юмора и крепкой психикой, иначе какой смысл?

Я рассмеялась, но внутри всё ещё чувствовала себя как воздушный шарик, который кто-то слегка сдул, а потом кинул под лавку.

— Короче… если бы я спросила, это выглядело бы так, будто я следила. А мне и без этого неловко.

— А ты и без этого уже сама себя в угол поставила, — фыркнула Оля. — Может, хватит себе придумывать проблемы? Он у тебя не вампир, он тебя не укусит, если ты спросишь.

— Уверена? — мрачно пошутила я.

— Ну если и укусит, то явно не в плохом смысле, — хмыкнула она и подтолкнула меня плечом. — Давай уже, перестань выдумывать драмы, ты не сценарист «Санта-Барбары».

Телефон в кармане Ольки снова зажужжал. Она ловко выудила его, отпечатала пару слов, будто играла в чемпионате по скоростной переписке, и снова спрятала.

Тем временем к нам подлетела Поля, сияющая, как солнышко, и торжественно вручила мне… мини-венок. Вернее, нечто, отдалённо напоминающее венок из травы и одуванчиков.

— Это тебе! — объявила она. — Браслет-венок, чтоб ты была совсем красивая!

Видимо, на полноценный венок не хватило терпения. Или материала. Или оба варианта сразу.

Но, если честно, сердце сжалось от нежности, и мне стало всё равно, что этот браслет напоминал что-то крайне артхаусное.

— В общем, — подняла голос Оля, подытоживая всё вышесказанное и предвкушая эффект, — я тебе скажу так. Либо сама подойди и спроси, что это было. Нормально, по-человечески. Если тебя это задело и жжёт изнутри — выясняй. Потому что если будешь дальше вариться в собственной голове, тебя же это и добьёт. А заодно, возможно, и перспективу с потенциально приличным мужиком угробишь. На