Таинственная любовница - Виктория Холт

Рамадан позволил мне чаще видеть Тибальта.

— Никогда нельзя оскорблять религиозные чувства людей, — говорил он мне. — Но это ужасно раздражает меня. Мне сейчас очень нужны эти рабочие. — Он просмотрел вместе со мной некоторые бумаги, потом обнял меня и сказал: — Ты так терпелива, Джудит. Но я ведь знаю, что это — не совсем то, чего ты ожидала, да?

— У меня были такие нелепые романтические идеи! Я представляла, как сама нахожу вход в гробницу, как извлекаю на свет божий бесценные сокровища…

— Бедная Джудит, боюсь, на самом деле все иначе. Но тебя утешит, если я скажу, что ты мне очень помогаешь?

— Конечно утешит.

— Послушай, Джудит, я собираюсь сегодня повезти тебя на раскопки. Хочу показать тебе кое-что любопытное…

— Так ты уже сделал открытие?! Это — именно то, за чем ты приехал?

— Все не так просто. Я думаю, мы напали на след чего-то очень важного. Но, вероятно, и нет. Мы можем работать месяцами, следуя каким-то ориентирам, которые, как нам кажется, являются ключом к разгадке тайны, а потом обнаружить, что эти ориентиры никуда не ведут. Тут все дело в удаче. О наших находках знают очень немногие. Но я хочу поделиться ими с тобой. Мы поедем после заката. Скоро полнолуние, поэтому довольно светло, да и место будет безлюдным.

— Тибальт, это так захватывающе!

Он поцеловал меня.

— Мне нравится твой энтузиазм. Вот если бы твой отец позаботился о том, чтобы ты была подготовлена к этой работе, мы бы не разлучались ни на миг!

— Я научусь.

— Ты сегодня получишь все основания для этого. Вот увидишь!

— Не могу дождаться!

— Но никому ни слова! А то все решат, что я чрезмерно болтлив или попросту раб своей жены, готовый выполнять все ее безумные капризы.

У меня от счастья голова пошла кругом. Когда Тибальт был рядом, я всегда удивлялась, как можно сомневаться в его искренности.

Он прижал меня к себе.

— Сегодня вечером мы незаметно ускользнем отсюда.

* * *

Мы вышли из дворца. Какая прекрасная ночь! Звезды казались особенно яркими на темно-синем бархатном небе. Было не жарко, а восхитительно тепло — такое облегчение после знойного дня! На небе вместо палящего солнца — гордость месяца Рамадана, полная луна.

Я чувствовала себя заговорщицей, и сознание того, что моим соучастником в этой тайной операции будет Тибальт, доставляло мне огромную радость.

Мы переправились через реку на лодке, а потом добрались на повозке до места раскопок.

Тибальт провел меня мимо завалов твердой земли к отверстию в скале. Здесь он взял меня за руку и сказал:

— Ступай осторожно.

— Это ты нашел, Тибальт? — взволнованно спросила я.

— Нет, — ответил муж. — Этот тоннель обнаружили во время прошлой экспедиции. Мой отец…

Он взял фонарь, висевший на стене, и зажег его. Я увидела перед собой тоннель, имевший около восьми футов в высоту. Мы двинулись вперед. В конце тоннеля было несколько ступеней, ведущих куда-то вниз.

— Только представить себе, что эти ступени вырубили много столетий назад! — воскликнула я.

— Две тысячи лет до Рождества Христова, если точнее. Представь, что чувствовал отец, когда обнаружил этот тоннель и ступени. Но идем, ты все увидишь сама.

— Как он, наверное, волновался! Это, должно быть, удивительное открытие.

— Этот тоннель, как и многие другие открытия, привел к гробнице, которую разграбили примерно три тысячи лет назад.

— Значит, твой отец первым ступил сюда спустя три тысячи лет?

— Может быть. Но он обнаружил здесь очень мало нового. Давай руку, Джудит. Он прошел сюда, в эту камеру. Посмотри на стены, — сказал Тибальт, высоко поднимая фонарь. — Ты видишь эти символы? Вот священный жук — скарабей, а человек с бычьей головой — это Амон Ра, великий бог Солнца.

— Я узнаю его, и жука, которого ты подарил мне, и сейчас ношу с собой. Он защитит меня в опасную минуту, да?

Тибальт замер и посмотрел на меня. В свете фонаря он выглядел совсем незнакомым.

— Сомневаюсь, Джудит. — сказал он. Потом лицо его просветлело. — Возможно, я смогу сделать это. Думаю, я справлюсь не хуже жука.

Я вздрогнула.

— Тебе холодно? — спросил Тибальт.

— Не совсем… — но тут… прохладно, — мне показалось, как говорят у нас в Англии, что «кто-то прошел по моей могиле».

Тибальт, видимо, тоже почувствовал это.

— Здесь все внушает благоговейный ужас, — проговорил он. — Это вполне естественно. Человек, похороненный здесь, принадлежал цивилизации, которая достигла своего рассвета в то время, когда в Британии люди жили в пещерах и ходили в звериных шкурах.

— Я чувствую, будто вхожу в царство мертвых. Кто был этот мужчина? Или это была женщина?

— Мы не смогли это выяснить. Тут мало что осталось. Сама мумия была осквернена. Грабители, должно быть, знали, что часто драгоценности прятали под повязками мумии. Все, что нашел здесь отец, когда проник в погребальную камеру, это саркофаг, мумию и вместилище души, которое, вероятно, грабители сочли малоценным предметом.

— Я не видела вместилища души.

— Когда-нибудь я тебе покажу. Это маленькая модель дома, обычно с колоннами из белого камня. Считалось, что такой домик может быть обителью души после смерти, и его оставляли в могиле, чтобы, когда душа вернется после многотрудного путешествия, ей было где жить.

— Как интересно, — сказала я. — Мне кажется, я все время узнаю что-то новое.

Мы подошли к следующему пролету ступеней.

— Должно быть, мы сейчас находимся глубоко внутри горы, — предположила я.

— Посмотри, — воскликнул Тибальт, — как тщательно отделана эта камера, а ведь она — лишь преддверие той, где был найден саркофаг!

— Какая красота!

— А человек, который был похоронен здесь, вовсе не фараон. Возможно, богатый человек, однако вход в эту гробницу свидетельствует о том, что он не был из знати высшего ранга.

— Но это — гробница, которую нашел твой отец?

— Месяцы кропотливого труда, ожиданий, волнений и тревог, а все, что он обнаружил — это факт давнего ограбления могилы. Тогда мы нашли вход в другой подземный тоннель на склоне горы… Можешь представить наше волнение, Джудит… А потом оказалось, что это еще одна пустая гробница.

— А потом твой отец умер.

— Но он что-то нашел, Джудит. Я в этом уверен. Поэтому я и вернулся. Он хотел, чтобы я вернулся. Именно это он и пытался мне сказать. Это может значить только одно. Он, должно быть, узнал, что здесь есть еще одна гробница, вход в которую расположен где-то рядом…