Опасный шарм - Полина Лоранс

Когда Стас, выдержав паузу, снова оглянулся, то обнаружил, что к ресепшен уже подошли другие гости отеля, а троица исчезла.

Взвинченный, возмущённый, Стас забрал планшет, оставил на столе пустой стакан и отправился в номер.

*****

Общение с отцом по видеосвязи не добавило умиротворения. Старший Багрицкий жёстко наехал на сына, сказал, что разочарован результатами поездки.

- Да лучше бы я сам слетал и обо всём договорился!

- Пап, я сделал всё, что в моих силах.

- Ладно, - разочарованно произнёс отец. – Возвращайся и будем думать, что делать дальше с этим проектом.

- Как твои переговоры с Мельниковым?

Лицо отца на экране настолько изменилось, что Стас, ещё не закончив фразу, уже пожалел о заданном вопросе.

- Да никак! – зло бросил старший Багрицкий. – Ничего не получается. Предлагаю ему конкретные взаимовыгодные вещи, а он только нос воротит. У меня ощущение, что упёрся лбом в бетонную стену. Я уже начинаю тихо ненавидеть Мельникова. Надеялся, хоть ты меня сегодня порадуешь, сын. Но нет.

…Пробормотав сквозь зубы ругательства, Стас растянулся на большой кровати и уставился в потолок. Снова увидел перед собой Яну в оранжевом платье - прелестную, изящную…

Ближе к вечеру молодой бизнесмен позвонил на ресепшен и заказал автомобиль, чтобы ехать в аэропорт. Пошвырял в чемодан вещи, постоял у панорамного окна, рассматривая мерцающий вдали океан…

На первом этаже двери лифта с мелодичным звоном открылись, Стас сделал шаг из зеркальной кабины и… прямо перед собой увидел Яну.

Девушка застыла, изумлённо распахнув глаза.

- Стас… Ты здесь!

- И ты здесь, Яна, - криво усмехнулся Багрицкий.

Вблизи она была ещё красивее, её лёгкий цветочный аромат кружил голову. Вечернее платье из тёмно-синей ткани мягко облегало идеальную фигуру, подчёркивало все изгибы. Стас не мог оторвать глаз от обнажённых плеч Яны, от декольте – он хорошо помнил, какое красивое тело у этой юной женщины.

В руке она держала крохотный блестящий клатч. Её светлые волосы теперь были убраны в высокую причёску, на нежной шее сверкало колье.

Нарядилась.

Вероятно, собралась поужинать в ресторане с папашей ребёнка. Интересно, а что об этом думает мать мальчика? Она давно должна была уволить няню, которая вьётся вокруг главы семейства.

Или мама ещё не в курсе?

Все эти мысли промелькнули в голове Стаса в сотую долю секунды. Девушка замерла перед ним во всём очаровании своей юной женственности, и сам он тоже не мог пошевелиться и отвести от неё взгляд.

Внезапно Стас испытал безумное желание схватить Яну, вдавить её в стену, чтобы почувствовать её трепет, ощутить дыхание… Запечатать властным поцелуем эти соблазнительные губы, сжать упругую грудь. Вот если бы сейчас они очутились в его номере… Он бы сорвал с Яны платье и отбросить его в сторону, как ненужную тряпку…

- Привет, - пробормотала девушка.

- Привет.

- Какая неожиданная встреча… Но ты уже уезжаешь? – Яна скользнула взглядом по небольшому чемодану.

- Да. Еду в аэропорт.

- А мы на денёк выбрались в город, чтобы сходить в зоопарк. Потом вернёмся на виллу, - смущённо пробормотала Яна. Чувствовалось, что она очень взволнованна, лёгкий румянец проступил под загаром.

- Мы? Впрочем… Я же вас видел. Всю вашу компанию, - хмуро заметил Стас.

- Да?

- Пару часов назад. - Стас сражался с собой, пытался быть отстранённым и равнодушным, но ничего не получалось. Сейчас он поджаривался на медленном огне. – Вы тусовались на ресепшен. Ты, маленький пацанчик и какой-то… хмм… мужик… Что, нашла себе богатого папика? Быстро же ты партнёров меняешь! Сначала я, потом Олег… Теперь вот этот.

- Стас, что ты такое говоришь?! – вспыхнула Яна. – Олег?! С какой стати ты о нём вспомнил? Да у меня ничего с ним не было!

- Можешь не оправдываться, - яростно выпалил Стас. – Мне плевать вообще-то. Абсолютно!

- И насчёт моего спутника ты тоже всё неправильно понял! Дело в том, что тот малыш – мой братик. А мужчина, который…

- Боже, - поморщился Багрицкий, резко перебивая. – Начинается… Малыш – братик, а этот мужик, который тебя лапает…

- Он меня не лапает!

- Сейчас ты скажешь, что он твой папаша, да? Мы всё это уже проходили, Яна. Ты забыла? В Швейцарии у тебя тоже был маленький братишка, а ещё - родители-олигархи, которые арендовали шале «Гретхен»! Я прекрасно помню все твои сказки!

- Стас, подожди! Ты совсем…

- Яна, ну сколько можно сочинять истории, а? Тебе ведь не пять лет, прекрати уже! Меня твоя жизнь не касается, забавляйся, как хочешь. Надеюсь, ты получаешь желаемое.

- Стас, умоляю, перестань! Постой, не уходи! Я должна сказать тебе кое-что важное! Очень важное, Стас! – В голосе девушке звенело отчаяние. На их пару уже оглядывались и постояльцы, и администраторы.

- Пожалуйста, избавь меня от своих небылиц, Яна! Прощай.

- Стас… Так ты не выслушаешь меня? – убито пробормотала девушка.

- Да я вообще не понимаю, о чём с тобой разговаривать, если ты ни слова правды сказать не можешь! – зло отчеканил парень и ринулся к выходу, где его уже ждал гостиничный лимузин.

Швейцар придержал дверь, водитель забрал у Стаса чемодан и погрузил его в багажник. Через секунду автомобиль отъехал. Яна беспомощно наблюдала за этим сквозь стеклянные двери отеля. Она сражалась со слезами, застилавшими ей глаза, но было ясно, что эта битва уже проиграна…

Эпилог

Бизнес-джет, принадлежащий холдингу «Мелмакс», уже набрал высоту. За иллюминатором расстилается великолепная белоснежная равнина, залитая солнечным светом. После месяца, проведённого за границей, наша семья возвращается домой…

Мы с Серёжкой сидим в просторных креслах, для брата этот полёт не первый, поэтому малыш ничему не удивляется. А мне сложно привыкнуть, что путешествовать можно вот так – когда в твоём распоряжении весь салон и персональная стюардесса.

Сейчас мы с Серёжкой играем в развивайку, а потом пойдём в кабину пилотов, чтобы посмотреть на приборы. Это обязательная часть программы, и нашего парня можно понять – какой бы мальчишка отказался от такой экскурсии? Да мне и самой интересно.

Я могла бы поручить брата заботам няни, но мне нравится заниматься Серёжкой. Бедный малыш растёт без мамы, однако в моих силах сделать так, чтобы ребёнок не ощущал её отсутствия. При мысли, что я – старшая сестра этого чудесного мальчугана и мы навсегда связаны родственными узами, внутри разливается тепло…

Папа разместился в кресле напротив.