Дочка для владельца Империи - Татьяна Тэя

* * *

День уже подходит к вечеру, когда вспоминаю, что собирался заехать домой к Рыбарям, побеседовать с Анной.

Та, ничуть не стесняясь обслуги и рабочих, перекладывающих плитку на дорожках в саду, дефилирует в полупрозрачном халате, попивая алкоголь из коктейльного бокала. А вечерний воздух достаточно свеж.

- Простудиться не боишься?

- Переживаешь? – приподнимает идеальную тёмную бровь и продолжает с иронией: – Ты та-а-ак заботлив.

Поднимаюсь за ней на веранду, уединённости которой добавляют шёлковые занавеси, слабо трепыхающиеся на вечернем вялом ветру. Анна плюхается в плетёное кресло и предлагает мне чаю.

- Или чего покрепче? – поднимает бокал, но я отрицательно мотаю головой.

- За рулём.

- М-м-м, понятно.

Отпивает свой дайкири и смотрит на меня с совсем не милой улыбочкой.

- Ну что, мириться пришёл?

- А мы ссорились?

Анна пожимает плечами. Она может быть ласковой кошечкой, а может быть, яростной тигрицей. Как ей захочется. И всегда говорит то, что думает. В какой-то мере, мне это даже импонирует. В отношениях наших нет лишних вальсов.

- Ну ты пропал.

- Я давал тебе время остыть.

Губы Анны растягиваются в ленивой улыбке.

- Я остыла, так что можем продолжить с того же, на чём остановились.

Когда сажусь на диван, Анна прытко перебирается ко мне под бок, закидывая ноги мне на колени. Кладу ладонь на её идеальную икру – ровный загар, бархатная кожа.

- Как у тебя дела? – сладко шепчет она, касаясь губами моей щеки.

Когда поворачиваюсь к ней, наши рты встречаются, но поцелуй выходит коротким и смазанным. У меня сейчас нет настроения, и Анна это улавливает, поэтому не строит из себя обиженную и оскорблённую. Мне это в ней всегда нравилось – умение отъехать вовремя и не давить. Она вообще хорошо чувствует мужчин, может, потому что росла без матери с отцом и старшим братом. Анна и сама порой прямолинейна по-мужски. Многих это качество отпугнуло бы, а мне, напротив, было понятно, кто она такая и чего от неё ожидать.

- Дела по плану.

- Серьёзно? – приподнимает бровь. – Тогда… что за девка у тебя живёт? Ещё и с ребёнком? Это тоже входило в твои планы?

Но всё-таки женское из женщины не вытравишь, как ни старайся. Даже годами сугубо мужского воспитания. Я усмехаюсь, и Анна отнюдь не сдержанно интересуется, что меня так развеселило.

- Иногда планы приходится корректировать.

- Тогда… а наша свадьба-то в твои планы ещё входит?

- Анна…

- Ты говорил с папой, я всё слышала.

То, что она слышала, не является тем, что ей хотелось бы слышать. Да, я рассматриваю такой вариант, как брак с ней, но это не окончательное решение. И лучше бы ей об этом было не знать.

- Я не нравлюсь твоему отцу.

- Сергеев перестань, - она недовольно отмахивается, потом вскакивает с дивана, чтобы подойти к столику и плеснуть мартини в пустой бокал. – Ты ведь знаешь, идеальнее меня не найти. Малахольная с тобой рядом и дня не выдержит, особенно под пристальным вниманием общественности, а я непробиваема. Знаешь ведь сам, - заканчивает примирительно, опускаясь обратно на диван. – Потом мы из одного круга и знаем, кто чего стоит.

Снова тянется к моим губам, но я кладу ладонь ей сзади на шею и сжимаю сильнее обычного, затем хватаю за волосы, фиксируя положение.

- Ты зачем ко мне заявилась?

Мне не нравится, что она назвала Арину малахольной. Васильева очень стойкая и сильная духом, просто внешне это не особо заметно. Плюс то, что Анна в принципе коснулась её в своём разговоре, меня неприятно кольнуло.

- Ты обычно не возражал.

- У нас же был уговор: без предупреждения не приходить. Личные границы, помнишь?

- Скука смертная твои границы!

Она выворачивается из моей хватки и, перекидывая ногу через мои бёдра, садится сверху. А я хватаю Анну за талию и возвращаю обратно. Её шёлковое одеяние распахивается, демонстрируя ещё больше загорелого тела, но меня ни капли не заводит.

Анна закатывает глаза и снова берёт в руки мартини.

- Ну что ты завёлся, мы почти родня, дядя Никита вон с твоей мамой зажигает.

Усмехаюсь, а Анна довольно улыбается. Видимо, на то и был расчёт, что фраза вызовет во мне нужную реакцию.

- Навряд ли они будут связывать себя узами брака.

- Почему нет?

Потому что матери я поставил условие, если хочет продолжать отношения со своим Никитой Сергеевичем, то пусть продолжает, в формате дружбы, совместного проживания, как ей угодно, только без смены фамилий и статуса. Она очень возмущалась, но, в конце концов, мы пришли к пониманию.

А с Анной мы сошлись где-то полгода назад, она сама пришла ко мне, когда я гостил у её отца. Сначала одолевала меня во время утреннего заплыва в бассейне, а не получив должного эффекта, заявилась в спальню. Я, конечно, мог бы её выставить, но не стал. Что-то в Анне было, что привлекло меня. Назвать её удобной нельзя, но брак с ней, конечно, сулил определённые выгоды. К тому же мы знали друг друга уже лет шесть, мой папа инвестировал в бизнес её семьи, получая и прибыль, и связи, которыми мог поделиться отец Анны. А то, что её двоюродный дядя встречался с моей матерью, так и вовсе Анну приводило в восторг.

- Сходишь в следующую субботу со мной на вечер? Немного прессы, интересные полезные люди, хм? – предлагает она.

- Оно мне надо?

Жмёт плечами.

- Ну, лишним не будет.

- Во сколько?

- Заедь за мной в шесть.

- Договорились.

Встаю, чтобы уйти.

- Это всё? – смотрит из-под ресниц.

Я знаю, на что она намекает, но, боюсь, придётся её окончательно разочаровать.

- Нет. Не всё. Ключ?

Обиженно морщится.

- Ну зачем, Сева?

- Ключ, Анна.

Фыркает, вскакивая на ноги, и уходит в дом, заставляет меня ждать дольше, чем нужно времени на поиск карты от моих апартаментов.

- Тебе стоило отдать её сразу же, а не припрятывать до подходящего случая, - зажимая пластик между пальцами, говорю я.

- Зря забираешь, думаю, это скоро ко мне вернётся. Папа через полторы недели возвращается. Приезжай, он хотел с тобой что-то обсудить.

- Посмотрим.

Анна подставляет