Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 - Марина Николаевна Леванова

— Да я…— попыталась протестовать кожевник, но его строго оборвали:

— Ничего не хочу слышать. Я сказала!

Кожевник смущённо посмотрел на меня, а я сделала вид, что ничего не заметила, и быстро отвернулась. Потому что очереди на обнимашки уже ждали Кора с Риной. Они повисли на мне с двух сторон и в оба уха принялись рассказывать о том, какие они молодцы и как круто научились выполнять свои обязанности.

Я обняла одну, поцеловала другую, нашла для каждой ласковое слово, но всё никак не могла выпустить их из своих объятий. Захвалила, залюбила, занежила, словно прощалась навсегда. Это мгновенно заметила Кора. 

— Соня, ты чего? — голос её звучал обеспокоенно. — Скоро же снова увидимся! 

— Ну и что, — с улыбкой отмахнулась я. — Между прочим, есть такая пословица: «Расставаться надо так, как будто завтра не встретимся, а встречаться — как будто не виделись сто лет». Вот и представь, что мы не виделись целый век.

Я скривила губы, выговаривая эти «сто лет», а Кора перестала улыбаться и посмотрела на меня с тревогой, какое-то время стояла неподвижно и вдруг схватила меня за руки и крепко сжала. 

— Соня, что-то должно завтра произойти на представлении Владыке, да? 

Я испугалась, что малость переборщила со своими эмоциями.

— Да нет, просто волнуюсь, — я отмахнулась. — И пытаюсь найти утешение в самых дорогих мне людях. 

Но Кора не поверила ни одному моему слову, однако решила не настаивать. Она отпустила мои руки и глазами показала на кого-то за моей спиной. Я обернулась.

Дочь кожевника, стоя чуть в стороне, с интересом наблюдала за нами — как мы милуемся и обнимаемся. И я вполне могла её понять. С раннего детства воспитанием девочки занимались два суровых брата и угрюмый отец. И я просто уверена, что никто из них особо с ней не нежничал. 

Не сговариваясь, мы приветливо заулыбались, но девочка всё равно смотрела на нас с недоверием — точь-в-точь, как её отец. Я хотела подойти к ней, поговорить, но меня отвлёк вопрос Рины:

— Соня, значит, у тебя завтра не получится приехать после обеда? 

Грустно вздохнув, я пожала плечами, давая понять, что не знаю ответа на этот вопрос. 

— Но как же так? — окончательно расстроилась Рина. — Ты же хотела лично проконтролировать, как будут устанавливать в прачечной валики для глажки белья. 

— Боюсь, у меня не получится. 

— Но вдруг рабочие что-нибудь напутают? — забеспокоилась Кора. — И твоя чудо-машина гладильная не будет работать. 

— За это даже не переживайте! Я оставила подробные инструкции Цениану ещё в тот день, когда он рисовал с моих слов картинку для краснодеревщиков. 

Но Рину эту не успокоило. 

— Цениан всё равно не разбирается в этом так, как ты, — удручённо проговорила она. — Может, хотя бы ненадолго всё же получится забежать? 

— Навряд ли. Дармат сказал, что не знает, на сколько это может затянуться, — честно призналась я, но рассказать о своём отъезде так и не решилась. 

Девушки выглядели расстроенными и даже не пытались это скрыть. Хорошо, что вскорости вернулась Лута. 

— Ну всё, я освободилась. Давайте что-нибудь приготовим. Валдай, ты почистил рыбу? 

— Да, — ответил возничий, пересыпая солью и пряными специями небольшие рыбёшки в огромном тазу, как заправский шеф-повар. — А парни сейчас костёр организуют.

— Костёр!!! — всполошилась дочь кожевника и бросилась к очагу, где уже колдовали её братья. 

— Не надо было, — недовольно проворчала я и повернулась к охранникам, чтобы показать, куда отнести корзины с угощением. 

— Очень даже надо! — не оглядываясь, бросила Лута, повязала поверх платья передник, поправила на голове чепец и с грустью произнесла: — Когда ещё выпадет такая возможность — посидеть всем вместе. 

И меня вдруг торкнуло: «А ведь так и есть!» 

Решив больше не перечить настоящей хозяйке дома, я махнула рукой: пусть всё идёт как идёт. 

А вечер и вправду удался на славу! 

Мы с удовольствием ели рыбу, приготовленную Валдаем, угощались сладостями и выпечкой, которые накупил Дармат, разговаривали по душам и просто хорошо проводили время. Удивительно, но сегодня каждый захотел немного рассказать о себе. Совсем немного, совсем чуть-чуть, но оно дорогого стоило! Потому что это значило только одно: за этим столом собрались люди, которые доверяют друг другу. 

Меня сегодня усадили на почётное место во главе стола в большом кресле-качалке. Анина притащила мне тёплый плед. Лута приобрела его специально для нашего возничего, но Валдай заявил, что на сегодня уступает его мне, потому что сам занят приготовлением ужина для своих любимых девчонок. 

Я покачивалась в кресле и за всеми наблюдала. Всё увидела! Всё подметила! И то, как Бьярн смотрит на Луту. И что Валдаю это нравится! Словно он был отцом, который наконец нашёл достойного мужчину для своей любимицы. И то, с какой нежностью Ливар ухаживает за Корой. А Рина с Ценианом, склонив головы друг к другу, что-то вместе рисуют при свете костра. И как Анина играет с малышкой, вырисовывая в темноте горящими головешками разные узоры в воздухе, а сыновья кожевника с серьёзным видом наблюдают за ними, но не вмешиваются. 

И вдруг меня осенило. Я не просто так появилась в этом мире! Я пришла творить добро: разрушила вековое проклятие и сделала всех этих людей чуточку счастливее. Именно в этот миг я чётко осознала, что с ними всё теперь будет хорошо. И от этой мысли на душе вдруг стало светло и спокойно. 

Наши посиделки были в самом разгаре, вот только Дармат так и не пришёл. И я попросила своих охранников сходить в его замок и выяснить, в чём причина. Но они категорически отказались покидать меня. Веселье затянулось, я всё больше тревожилась за любимого и всем своим видом демонстрировала это. Наконец приблизилась полночь — время, когда менялась охрана замка Дармата. И я снова предложила драконам вернуться в замок, чтобы сдать свой пост. А за мной пока присмотрят молодые, но очень талантливые маги. Меня тут же с энтузиазмом поддержали не только сами маги, но и мои домочадцы. И я их могла понять: если драконы просто ни во что не ставили людей, то люди