Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 - Марина Николаевна Леванова

Маги очень серьёзно подошли к своим обязанностям: набросили полог тишины, установили защиту вокруг дома. Драконы немного успокоились и отправились восвояси, заверив, что смена придёт очень быстро. А у нашей молодёжи началось настоящее веселье. Цениан заиграл весёлую мелодию. Кора с Ливаром пустились в пляс. К ним тут же присоединились Рина с Аниной, и — о чудо! — Лута с Бьярном тоже вышли потанцевать. И как только кожевник лихо закружил свою даму сердца в танце, я впервые увидела, как его дочь улыбается. Малышка хлопала в ладоши и пыталась повторять движения танцующих. 

Я устала и откровенно зевала. Какое-то время ещё поглядывала на веселящиеся пары, а потом вдруг поняла, что, ещё немного — и я просто усну прямо в этом кресле. Как только стихла музыка, сообщила, что собираюсь идти спать.

Ливар с Ценианом тотчас двинулись за мной следом, но я попросила их остаться во дворе. В этом доме мне ничего не грозило, нет нужды стоять у дверей моей спальни! Ребята легко согласились с моими доводами и отправились дальше веселиться.

Я тепло попрощалась со всеми и отправилась к себе в комнату. 

Меня догнала Лута и обеспокоенно спросила:

— С тобой всё хорошо? Ничего не тревожит?

— Нет, я просто устала и хочу уже лечь, — успокоила я подругу. 

— А если придёт Дармат? — спросила Лута.

— Ну, если объявится, отправь его ко мне в спальню, — улыбнулась я. — Хотя, думаю, вряд ли он уже появится. 

А про себя подумала: «Наверняка бумажных дел оказалось гораздо больше, чем планировалось поначалу».

— А может, всё же дождалась бы его? — предложила Лута.

— Не могу. Устала. Хочу хотя бы несколько часов поспать. Завтра мне предстоит трудный день.

Лута взяла меня за руки и долго смотрела в глаза, словно пытаясь взглядом проникнуть в мою душу. 

— Со мной правда всё хорошо! — твёрдо сказала я и даже смогла улыбнуться. 

— Ладно, — нехотя кивнула Лута. — Тебе что-нибудь принести?

— Горячей воды, — попросила я. — Приму душ перед сном.

Так я называла омовение ног, рук и других частей тела в тазике при помощи травяной мочалки и кувшина с тёплой водой.

У Луты вдруг воодушевлённо загорелись глаза.

— Есть кое-что получше. Тебе не придётся долго ждать, не переживай, — загадочно повела бровями. — Поднимайся в комнату, но не раздевайся. Я сейчас приду, но буду не одна. 

Я, конечно же, ничего не поняла, пожала плечами и пошла к себе. И только очутившись в своей спальне, поняла, какой сюрприз приготовили мои домочадцы. Возле разожжённого камина (и когда только успели запалить!) стояла самая настоящая ширма, за которой я обнаружила огромный чан, видимо, изображающий из себя ванну. Девушки явно впечатлились моими рассказами о благах цивилизации, которые я выдавала за свои фантазии. 

Но, если честно, мне уже ничего не хотелось, просто лечь и заснуть. Но тут дверь отворилась, вошли девушки, неся каждая по ведру холодной воды, залили ванну и пригласили магов. Ребята, жутко смущаясь, нагрели мне воду и под весёлый девичий смех пулей вылетели из моей спальни. 

«Ну что ж, значит, будем купаться».

Я попрощалась с девушками, поцеловала Луту. Мне пожелали спокойной ночи и попросили разрешения ещё немного потанцевать. Я махнула рукой, мол, делайте, что хотите. Потому что знала: после горячей ванны засну так, что ничего не буду слышать.

И как только дверь в моей спальне закрылась, я принялась раздеваться. Для начала расчесала волосы и заплела в тугую косу. Сняла платье и подошла к большому зеркалу на стене; в глаза бросился медальон, который я носила на шее с того самого дня, как нашла его в золотой комнате. 

В тот день я чуть не утонула в туманном озере Вещальского ущелья. Мой дракон спас меня и принёс к себе в пещеру. Именно тогда он впервые заметил некое сходство между мной и его невестой из прошлого, попросил найти для него миниатюру в золотой комнате, чтобы убедиться воочию.

И я нашла этот медальон, но не отдала Дармату, так как сама заметила сходство между своим отражением в зеркале и миниатюрой, написанной много лет тому назад рукой неизвестного художника. Но тогда меня ввели в заблуждение почти детская обувь и платья маленького размера, а всё это, как оказалось, принадлежало Делире — миниатюрной драконице, тётке Дармата.

Я тогда так и не смогла принять решение, как поступить со своей находкой. Отдать медальон законному владельцу — смалодушничала, оставить на прежнем месте — не решилась, боясь разоблачения. Поэтому забрала с собой и, чтобы не потерять, всегда носила при себе. Я его то надевала на шею, то прятала в потайном кармашке сшитого на заказ платья. Но медальон всегда был при мне.

И, наверное, я бы никогда не призналась в краже, если бы однажды не забыла снять медальон с шеи, когда уже начала жить в замке Дармата. Конечно же, он сразу узнал эту вещицу. Сначала смеялся, вспоминая тот вечер, когда он упорно пытался вытащить меня своей лапой из узкого коридора, а я, упрямая, никак не хотела выходить сама. 

А потом открыл медальон, долго с мрачным видом разглядывал портрет бывшей невесты и приказал: «Выброси это!» На что я ему ответила, что этот медальон стал дорог мне. Но мой дракон был непреклонен. 

Дармат требовал, чтобы я немедленно избавилась от сомнительного украшения, как поступил он сам с медальоном, который ему принесла Летильда. И тогда я призналась, что эта вещица стала моим охранным амулетом, оберегом, объяснив это так: «Как только я надела медальон, мой дух перестал отлетать от тела». Откровенно говоря, я не знала, было это правдой или нет, я просто не хотела расставаться с медальоном.

Уж не знаю, что больше напугало моего дракона, мои готовые пролиться слёзы или известие о периодически отлетающем духе, но он согласился на то, чтобы я оставила медальон при себе. Радуясь своей маленькой победе, я тогда предприняла попытку уговорить и его тоже надеть медальон — его «Драконье сердце». Объясняла я это просто: раз эти две вещицы на крови когда-то