Невеста брата. Будешь моей - Александра Салиева

Хотя по большей части ради собственного контроля, чем для её защиты. Желание придушить брата сменило направленность на ту, кто находилась передо мной. Пришлось приложить массу усилий, чтобы не воплотить желаемое в действительность. Как и не среагировать на намёк о том, что творится за дверями их с братом спальни. Хватит моей собственной фантазии. Слушать подробности от самой Василисы… увольте. Вот и уцепился за последнее заявление.

— Надо же, какая осведомлённость о моих наклонностях. Ещё что расскажешь?

— Я ж не ты, чужими спальнями не интересуюсь, чтоб ещё и рассказывать про них, — брезгливо скривилась она.

Ноготки впились в моё запястье сильнее. Но едва ли это было больнее внутреннего пекла, поэтому и реагировать не стал. Вместо этого притянул её к себе ближе.

— Тогда откуда такая уверенность в том, что я предпочитаю в сексе и со сколькими? — прошептал в манящие губы.

В голове красным неоном вспыхнуло, что я ступаю на скользкую дорожку, но руки разжать уже не получалось, как и отстраниться. Девичье дыхание опалило мои губы и вся моя ярость привычно переключилась рядом с ней на режим безудержного желания обладать ей.

— Вот и я теперь начала сомневаться, — дёрнулась назад, в намерении возвести дистанцию. — Как-то ты быстро вернулся. Что, не зашли? — прищурилась, пытливо меня рассматривая. — Помнится, мне ты спать не давал до самого рассвета.

Зря напомнила…

И губки свои поджала. Едва сдержал порыв не впиться в них с жадностью маньяка. Целовать до тех пор, пока они станут мягкими и податливыми, как и её тело, чей отклик ощущался даже теперь, когда она стояла, не шевелясь лишний раз и едва дыша. А вот я дышал. Глубоко и алчно вдыхал в себя её аромат, что травил не хуже угарного газа, напрочь отключая сознание. Собственный ответ и тот прошёл мимо меня.

— Ты права. Не зашли. Совсем.

Да и как может быть иначе, если она рядом? А мой член как стрелка компаса, повёрнут исключительно в её сторону. Даже теперь, зная, чья она невеста. Плевать. Лишь бы ещё раз попробовать её на вкус. Услышать, как она стонет от наслаждения в моих руках. Из-за меня. Для меня.

— Может, плохо распробовал? Сходи, попробуй ещё.

Я бы попробовал. Ох, как бы я сейчас попробовал. Её саму. Так, чтобы она забыла обо всём и всех, кроме меня одного. Вновь была исключительно моя. Вот только не моя она. А я — дебил, опять позабывший о том.

— Даже если схожу, тебе-то до этого какое дело? — поинтересовался ответно. — С чего вдруг столько интереса к тому, с кем и чем я занимаюсь в своей спальне?

Зелёные глаза гневно сузились, а губы сжались сильней, ноготки оставили царапины на моём запястье.

— И вовсе мне не интересно! — возмутилась она.

— Ну да, конечно, — усмехнулся невольно, разглядывая её пристальней прежнего.

Во взгляде вызов, носик привычно горделиво вздёрнут, так и манит щёлкнуть по нему, чтобы увидеть, как она по-детски смешно насупится. Самому не верилось, что я изучил её настолько хорошо за считанную тройку дней. И что так жестоко ошибся. Даже сейчас готов был ошибаться. И это по-настоящему дерьмово. Я к ней и приближаться не должен, а стою и желаю распять её на обеденном столе. Зря согласился на предложение брата присмотреть за ней. Надо было отказаться.

— Почему он?

Вопрос сорвался с губ раньше, чем успел себя остановить. Василиса опустила взгляд. Почти поверил, что не ответит, настолько затянулась воцарившаяся пауза, но затем она отозвалась еле слышно:

— А если бы это был ты, что было бы тогда?

Было бы всё. Я бы всё сделал, чтобы ей было хорошо. Ей и Полине. Без всяких плат. Но это я оставил при себе. Зачем повторять то, что уже говорил? Не раз и не два. Но она всё равно предпочла другого. И что теперь желает услышать от меня? Нахрен! Лучше просто уйти и забыть. Вот только ноги как приросли к полу. А в мозгу крутилась та самая мысль, которую лучше было бы не озвучивать. Лучше было бы. Но когда я шёл по лёгкому пути?

— Ты счастлива? С ним…

…моим братом…

Опасный вопрос. На который я одновременно хотел знать ответ и нет. И всё же, затаив дыхание, ждал. Пусть уже скажет прямо мне, что счастлива, и я, может, тогда, наконец, успокоюсь. Перестану долбиться в эту стену в поисках никому не нужных ответов.

— Буду. Когда пройдёт год, я получу развод и опеку над Полиной, а потом забуду вас обоих.

Прикрыл глаза, стараясь не слишком горько усмехаться.

Чудо наивное…

— Ты, правда, веришь, что Игнат даст тебе развод? — поинтересовался, вновь посмотрев на неё. — А если нет? Что тогда будешь делать? А он не даст. Это я тебе, как его брат говорю. Игнат своё никогда не отпустит, — подался вперёд, склоняясь к ней ближе. — А ты теперь именно, что его, — прошептал в самые губы. — Навсегда рядом с ним.

Губы, что были так близко от моих, растянулись в холодной улыбке.

— Навсегда, да? Его? — всё с той же улыбкой спросила она. — Именно поэтому я сейчас ощущаю то, что упирается мне в живот? Потому что я — его?

— Так не в тебе же.

Но от неё отодвинулся. И даже отпустил. На шаг отошёл. А то ещё немного и точно не сдержусь, тут она права, нужно остыть.

— Ты спросила, что бы я сделал, если бы ты выбрала меня…

Наравне со словами достал из кармана домашних штанов кольцо, в последний раз полюбовался на алмазные грани украшения и аккуратно положил на стол. Больше ничего не сказал, развернулся и ушёл. А кольцо… пусть делает с ним, что хочет. В конце концов, оно ведь ей предназначалось. Заодно мне перестанет лишний раз глаза мозолить и долбить разум несбывшимися мечтами.

Просто забудь, Ярик. Не было ничего. И не будет. Да и к чёрту! Тем более, она сама в очередной раз подтвердила, что ей важнее. И в целом, правильно всё. Сестра — приоритет. Так же, как у меня брат. Просто нахрена вообще было что-то начинать, если заранее знала, какой будет исход?

Ай, не буду больше о том думать!

Хватит!

Вот и звонок брата о том же прокричал. Уловил его ещё в коридоре, но взять трубку не успел, пришлось самому перезванивать.

— Как дела? — поинтересовался, опустив всяческие приветствия.

— Не очень, — тоже опустил ненужные расшаркивания Игнат. — Сделка затягивается. Возникли кое-какие нюансы, решение которых займёт время. И у нас его нет, — продолжил с мрачностью. — Остатка