Разжигать - Мелани Харлоу

Я рассмеялся.

— Ладно.

После того, как парень за стойкой сфотографировал меня в очень облегающей футболке «Бэйсайд Спортс», я пожал Тайлеру руку, поблагодарил его и сказал, что отправлю ему биографию позже вечером.

— Прекрасно, — сказал он, улыбнувшись мне. — Добро пожаловать в команду.

* * *

По дороге домой из «Бэйсайда» я заехал к сестре. Я не разговаривала с ней целую неделю, и мне было стыдно за этого. Мы с ней были близки, и хотя я не собиралась передумать о встрече с отцом, я не хотел, чтобы это встало между нами.

Я вошёл в её заднюю дверь именно тогда, когда она заходила на кухню. Её брови удивлённо поднялись.

— Что ты здесь делаешь?

— Я не знаю. — Я провёл рукой по волосам. — Я был по соседству, решил заглянуть и поздороваться.

Она оглянулась через плечо.

— Я только что уложила детей спать. Давай выйдем на улицу.

— Хорошо. — Я вышел на террасу и опустился в кресло, надевая солнцезащитные очки. Бри вышла через минуту с радионяней, поставив её на стол перед тем, как сесть рядом со мной.

— Джастин здесь? — спросил я.

— Нет. Он на приёме у стоматолога.

Я кивнул и осмотрел двор.

— Передай ему, что я велел ему подстричь газон.

Она толкнула мою ногу ногой.

— Передай Хэлли, что я велела, чтобы ты перестал носить её одежду.

Взглянув на свою нелепо обтягивающую футболку, я усмехнулся.

— Моя новая униформа.

— У тебя есть другая работа?

— Просто на полставки. Я собираюсь провести несколько тренировок по физической подготовке там. Дам им немного почувствовать, что такое тренировочный лагерь.

Она засмеялась.

— Я уверена, им понравится.

Некоторое время мы сидели в тишине. На мониторе Прескотт издал несколько суетливых звуков, но потом снова успокоился.

— Как проходит первая неделя обучения для девочек? — спросила Бри.

— Хорошо. — Напряжение в моей челюсти немного ослабло. — Им очень нравятся их учителя, и Наоми говорит, что у Хэлли не было ни одного тревожного утра.

— О, это здорово.

— Я тебе говорил, что они обманом заставили меня завести кота?

Бри рассмеялась.

— Как им это удалось?

— Они ополчились на меня. Скрытая атака. Но оказалось, что коту будет хорошо одному в течение двадцати четырёх часов, так что мне не нужно, чтобы кто-то кормил его, пока я на работе. — Я сделал паузу. — Хотя Винни предлагала кормить его.

Моя сестра посмотрела на меня.

— Как продвигаются дела?

— Хорошо.

— Джастин сказал, что ты собираешься извиниться перед ней за то, что сказал.

— У Джастина большой рот, — пробормотал я.

— Ну, в понедельник было очевидно, что что-то не так. Мне не нужно было об этом говорить. Мне просто любопытно, что это было.

Я выдохнул.

— Я был козлом. Я извинился. Решилось.

— И из-за чего ты вёл себя как козёл?

— Не твоё дело, — ответил я.

— Дай-ка угадаю. — приподнявшись на подлокотниках кресла, Бри поджала под себя ноги. — Она заметила, что ты ведёшь себя, как медведь с колючкой в лапе, и спросила, что произошло, а ты показал ей средний палец и сказал, чтобы она не лезла не в своё дело.

— Что-то такое, — ответил я, пожав плечами.

— Знаешь, тебя бы не убило, если бы ты время от времени говорил правду, когда кто-то спрашивает, всё ли с тобой в порядке.

Я снова сжал челюсть.

— Я помирился с ней.

— Хорошо. Когда ты возьмёшь кота?

— Не уверен. Я не знаю, как долго продлится процесс усыновления и даже куда обращаться, но Винни знает несколько мест. — Её имя сорвалось с моих губ, прежде чем я успел подумать.

Моя сестра покачала головой.

— Ты действительно потеряешься без неё, когда она уедет, не так ли?

— Со мной всё будет в порядке. — Но я поёрзал в кресле, и последовавшая за этим тишина обеспокоила меня.

— Так о чём ты хотел поговорить?

— Наверное, о папе. Ты его видела?

— Ещё нет. Но мы снова говорили по телефону.

Я смотрел прямо перед собой и ничего не говорил. Часть меня была заинтересована в разговоре, но я отказался расспрашивать.

Бри вздохнула.

— Я решила навестить его на следующих выходных. Но тебе не обязательно с ним встречаться, Декс. Я знаю, что он был гораздо строже к тебе, и твои воспоминания отличаются от моих.

— Я знаю, что мне не обязательно встречаться с ним, — сказал я. — Но я не могу позволить тебе сделать это одной.

Краем глаза я увидел, как она улыбнулась.

— Оу. Ты любишь меня.

— Иногда, — буркнул я.

— Что ж, это мило. Но я подумала об этом и обсудила это с Джастином, и решила, что если я собираюсь это сделать, то не собираюсь делать это, прячась за спиной своего старшего брата.

— И ты готова простить ему всё?

— Я не знаю, Декс. Но от того, что ты продолжаешь цепляться за это дерьмо, нет никакой пользы, не так ли? Почему бы не забыть об этом, пока он не ушёл навсегда, и ты не упустил свой шанс?

— Я просто не думаю, что могу, — упрямо сказал я.

— Ну, мне нужно хотя бы попробовать. Но я могу справиться с этим сама. Тебе даже не обязательно слушать об этом, если ты не хочешь.

— Хорошо.

Я остался ровно на столько, чтобы увидеть детей, когда они проснулись, и отругать Джастина за его длиннющий газон — он был столько безжалостным по отношению к моей обтягивающей футболке, — а потом я направился домой.

Чувствуя себя беспокойным и взволнованным, я решил пробежаться. Я не мог смириться с тем, что моя сестра, казалось, была способна противостоять демонам, которым я не мог. Мне не нравилось думать о себе как о парне, который избегает трудностей. Тайлер упоминал о моей крепкой психике ещё со времён моей школьной команды, и это была правда — я научился откладывать свои чувства в сторону и сосредотачиваться на игре. Я никогда не выносил на поле никакого дерьма. Такая машинальная способность сосредотачиваться на работе — прийти, выполнить её и уйти — хорошо послужила мне и в качестве морского котика. А теперь и в качестве пожарного.

Пять миль спустя я вернулся домой и выполнил несколько силовых упражнений на лужайке за моим внутренним двориком. Напрягать себя изо всех сил было приятно.

После последнего отжимания я рухнул на траву, перекатившись на спину. Позднее послеобеденное солнце ярко светило мне в глаза, и я закрыл их, тяжело дыша. Через несколько секунд на моё лицо упала тень. Я открыл глаза, прикрыв их ладонью.

Винни стояла надо мной с бутылкой воды.

— Подумала,