Эльфийка и охотник: Дело Аптекаря - Элен Славина

Кистон вздохнул, обвел взглядом присутствующих и начал свой рассказ.

— Думаю, нужно начать с самых истоков. С тех самых, которые известны присутствующим в комнате. — Кистон посмотрел на эльфийку и сощурился. — Конечно, кроме тебя, деточка.

Мариэль кивнула и улыбнулась доброму взгляду седого мужчины. Он все больше напоминал ей деда Друлавана и сердце невидимыми нитями тянулось к нему.

— Несколько месяцев назад, я сидел в своём магазинчике на окраине города и занимался любимым занятием. Смешиванием чая…

— Папа забывает обо всем, когда в его руки попадают новые сорта чая. — Произнес паренёк, лицо которого было таким розовым и лоснящимся, что это было видно в тёмной комнате. — Простите, что перебил, меня зовут Хуббард. Я лучший друг Виктора и я очень рад познакомится с вами, Мариэль. Принц так много рассказывал о своей эльфийке, что мои уши просто перестали воспринимать его жужжание.

— Мне тоже очень приятно, Хуббард. И я не представляю, как воспринять то, что вы сейчас сказали? Я не знала о чувствах Виктора, ведь он мне ничего не говорил об этом. А оказывается, все в королевстве только и судачат о нас. И это, по меньшей мере, странно.

— И говорить о Викторе, в прошедшем времени тоже странно, вам не кажется? — Вспыхнул от негодования Кистон и со злостью посмотрел на сына.

— А ты, ещё раз посмеешь перебить меня, вылетишь отсюда как пробка из бочки. Ясно?

Хуббард опустил голову и тихо произнес: «Прости отец».

Удовлетворенно кивнув, Кистон продолжил.

— Сижу, я, значит, смешиваю один сорт чая с другим. И вдруг в моей лавке появляется незнакомец в капюшоне. Ко мне часто заходят неизвестные люди, но тут что-то было другое. Словно холодом от него повеяло и невероятной грустью. Взглянув на него, я увидел, что через лицо тянется длинный шрам. Не показав, что меня это касается, я поприветствовал его и спросил, что бы он хотел купить? Незнакомец лишь осмотрел лавку и то чем я занимаюсь, и ничего не сказав, тихо вышел. На следующий день все повторилось, только на этот раз, человек произнес несколько слов.

— Каких?

— «Аптекарь хочет видеть тебя». Ну, я естественно, спросил, какой такой Аптекарь? И какого лешего ему от меня надо?

— А он?

— «Скоро все узнаешь, мол работа у него есть для меня». Ну, я усмехнулся и забыл об этом. Через некоторое время в моей лавке появился высокий старик в жёлтых очках и сказал: «Что давно наблюдает за мной и ему вроде как нравится, как мои руки ловко смешивают сорта чая. Такие руки ценны и они должны заниматься по-настоящему стоящим делом». Каким это, интересно? — Спросил я его. И тут он сказал те самые ужасные вещи, от которых у меня волосы на заду встали дыбом. Ох, прости, Мариэль! Но они, правда, поднялись и ещё долго не опускались.

Мариэль сглотнула и тихо спросила: "Что он сказал?"

Кистон обвел тяжёлым взглядом собравшихся и взял со стола кружку. Сделав несколько долгих глотков, он вытер тыльной стороной ладони мокрые губы и начал говорить.

— Аптекарь прошёлся по моей лавке, закрыл ставни и дверь на замок, словно был у себя дома, а затем сел напротив меня. Открыв свой поганый рот, из него полились дикие речи о том, что все королевство находится в опасности из-за нашествия эльфийского отродья. Если все оставить как есть, они в скором времени захватят столицу и перебьют всех жителей. Оставшихся детей сделают рабами эльфов и заберут к себе в лес на услужение. А кто будет сопротивляться, отдадут на съедение эльфийским зверям. Попытавшись вставить слово против, Аптекарь меня заткнул самым бесцеремонным способом. И если я не соглашусь ему помогать, об этом узнает король и королева.

— Не может быть! — Мариэль ахнула и закрыла ладошками рот. — Король в курсе, что убивают эльфов? Но он же сам был влюблен в одну… эм-м-м.

— Мариэль, продолжай. Ты хотела сказать эльфийку? Да все так, но это было много лет назад и он, скорее всего, уже забыл о той любви. Но могу тебе сказать одно — из всей этой вшивой семейки, да простит меня Господь, — Кистон похлопал себя по губам, — один лишь Виктор всегда был против убийства эльфов. Да только ему никто не верил и не слышал.

Хуббард поднялся и взял слово, заранее попросив прощения у отца.

— Бороться против королевской семьи мы не могли, поэтому, когда я узнал от папы, что происходит, пошёл к Виктору. Естественно, он мне сначала не поверил. И мы даже подрались. — Усмехнувшись и машинально потерев когда-то ушибленную ключицу, продолжил. — Я, конечно, победил и положил его на лопатки.

— Да, конечно! — Хором воскликнули все присутствующие и засмеялись.

— Ладно, ладно, у нас была ничья. В общем, он, в конце концов, поверил словам моего отца Кистона. После разговора Виктор был в шоке и на какое-то время ушёл в лес. Он был очень зол на отца и мать. На всю семью. Думаю, именно тогда, он и встретил тебя, Мариэль.

— Меня? Но когда мы первый раз с ним увиделись, он охотился на Мамондиков. Разве не за этим Виктор пришёл в лес?

— Ему нужно было скинуть с себя все зло и горе, накопившееся в нем. Думаю, твой зверёк просто попал под горячую руку принца. А ещё он первый раз увидел настоящую эльфийку. До этого были только разговоры и слухи. Ты была как сочный персик, красивая, молодая и очень аппетитная.

— Хуббард, заткнись, что ты несёшь? — Кистон влепил подзатыльник сыну-оболтусу.

— Ай, больно! — Схватившись за ушибленное место, парень промямлил. — Это не мои слова, Виктор так говорил. Если честно, порядком поднадоел.

Мариэль почувствовала жар на щеках, который растекся по шее и спустился на грудь. Стало тяжело дышать, эльфийка вздохнула и медленно расплылась в улыбке. Она все больше убеждалась, что Виктор к ней испытывал какие-то чувства. Но мысли о Сесиль, внезапно ворвавшиеся в голову, обдали холодным осенним дождём. Улыбка погасла и в душе поселилась тревога.

— А что было дальше, когда Виктор вам поверил? — Мариэль посмотрела на Кистона, стоявшего рядом с сыном.

— Мы собрали команду. Естественно, не впутывая в это дело Виктора. — Обведя взглядом присутствующих, Кистон сел за стол и взял карандаш в руки. — Пока кое-кто не открыл рот и не рассказал нашу тайну принцу. Да, сынок?

— Неужели, вы думали, что Виктор не поможет вам? Почему скрывали это от него? — Мариэль удивленно посмотрела на старика.

— Он