По всем вопросам обращайтесь в дракона! - Наталья Сергеевна Филимонова

Порой начинает казаться, что проще было бы иметь дело с какой-нибудь студенткой. От тех, по крайней мере, точно знаешь, чего ожидать.

Тей потарабанил пальцами по столу. А ведь есть еще ее род. Активная татуировка неизбежно привлечет внимание рода. Не факт, что отец девушки станет возражать, все же, что ни говори, Тейон Тариус — завидная партия, да и невеста… с изъяном, но изначально Тей вообще не рассчитывал иметь дело с каким-либо из драконьих родов.

И это не говоря уже о том, что сама Иллиана определенно не жаждет свидеться с родственниками. И вряд ли выкажет должную дочернюю почтительность. Не миновать очередного скандала.

Тей снова потер запястье и ощутил смятение. Не свое, разумеется. Да что же она так переживает все… и злится ведь — на самом деле зла и обижена, а не кокетничает и не пытается показать себя более оскорбленной, чем есть. Кто бы мог подумать.

Драконы вообще эмоциональны, а уж драконица в период становления второй ипостаси — настоящий вулкан. Это неизбежность. Но большинство представителей крылатого народа быстро вспыхивают и так же быстро остывают. Иллиана же будто непрерывно о чем-то волновалась. Она вспыхивала, как дракон, но переживала долго, как человек. Это, должно быть, ужасно неудобно… и особенно неудобно тому, кто волей или неволей ее чувства улавливает!

А еще для драконов манипулировать другими, в том числе и с помощью демонстрации эмоций, — так же естественно, как дышать. Даже юные студентки пытаются это делать — изо всех сил демонстрируя свои пламенные чувства и стремясь вызвать в Тее как минимум чувство вины за их страдания. Впрочем, где им тягаться с ним.

Но эта девушка, похоже, не играет. И манипулировать никем не пытается вовсе. Просто говорит и действует так же, как чувствует. Это… сбивает с толку.

Дверь без стука распахнулась, и в нее ввалился растрепанный, как обычно, Кирстен Тариус — племянник ректора. Не сказать, чтобы столь уж нежно любимый, но что же делать. Уж что выросло, то выросло.

— Уф! — племянничек демонстративно вытер со лба несуществующий пот. — Я уж думал, никогда к тебе не прорвусь! Дядя Тей, нельзя же так с родственниками!

— Студент Тариус, — ледяным тоном начал Тей. — Что вы делаете в этом кабинете без вызова?

— Ой, дядя Тей, ну брось! Я только хотел попросить…

— Студент Тариус, — Тей медленно поднялся из-за стола. Учитывая его комплекцию, это всегда выглядело внушительно. — Я уже говорил вам и повторю еще раз. В стенах этого учебного заведения я для вас — лорд ректор. Никаких поблажек никакие родственные связи вам не дадут. И если ты, оболтус, не способен самостоятельно усвоить эльфийские руны и сдать их с пятого раза, я точно не буду договариваться о твоей пересдаче!

На последней фразе в голосе ректора прорвались рычащие нотки, а глаза сверкнули угрожающей зеленью.

Племянник оценил. Во всяком случае, он чуть втянул голову в плечи и сделал осторожный шаг назад — к двери. Однако, не выдержав, все-таки рискнул снова заговорить.

— А штрафные баллы…

— И свои штрафные баллы ты будешь отрабатывать, как все!

Пятясь, Кирс сделал еще один шаг назад, толкнул дверь и почти уже скрылся за ней — однако в последний момент, заглянув в приемную, все-таки сунулся снова вихрастой головой в ректорский кабинет.

— Дядь, а она, ну эта, невеста твоя, правда — того…

— Воооооон!! — от громового рыка ректора задребезжали стекла, а незадачливого студента буквально вымело из кабинета.

И где носит эту девицу в рабочее время, хотелось бы знать? Ах да… какая удобная штука — эта связь!

Тей прислушался к татуировке и решительно вышел из-за стола.

* * *

Свою проблему он обнаружил в монстрятнике.

Впрочем, сейчас проблемой оказалась не Иллиана, а бедовая девчонка, вцепившаяся в хвост адской гончей!

Такие, как эта девочка, способны понимать животных, чувствовать их состояние, находить верные интонации для каждого — и благодаря этому своему чутью могут договориться практически с любым зверем. Но даже самый ласковый и хорошо вышколенный домашний пес способен цапнуть любимого хозяина, если тот рискнет вмешаться в его драку с себе подобными. Что уж говорить о диком хищнике!

На мгновение Тея буквально затопил всепоглощающий ужас — прежде чем он осознал, что это не его чувство, и догадался отгородиться от эмоций Иллианы. Уши заложило от слаженного вопля Иллианы и ее тролльши. Кажется, мастер Зур тоже что-то кричал.

Времени на раздумья не было. В миг, когда адская гончая, выпустив наконец из хватки холку своего сородича, развернулась к ребенку, Тей оказался рядом, без труда разжал детские руки и отшвырнул девочку в сторону. Челюсти гончей сомкнулись на его предплечье.

…Пятнадцать минут спустя, когда мастер Зур с помощью специальных артефактов и сетей загнал своих питомцев в их вольеры, ректор Тариус все еще наблюдал, как Иллиана рыдает, сидя на корточках и судорожно прижимая к себе ребенка. Девочка вяло отбрыкивалась.

— Мам, ну ты чего… мам, ну Ванечка меня не укусил бы, он хороший, ну правда…

Рядом всхлипывала огромная тролльша.

— Мастер Зур, — процедил Тей. — Вас ожидает взыскание. Надеюсь, это первый и последний инцидент. Ребенка не допускать напрямую к животным до сдачи полного курса техники безопасности.

— Да, лорд ректор, — тролль повинно опустил голову. Выпускать адских гончих было серьезным нарушением. Наверняка ведь попросту поддался на уговоры девчонки, которой скучно слушать о правилах, а хочется тискать «собачек»! Понятно, что она легко с ними ладила, пока они сидели каждый в своем вольере. Но позволять им свободно бегать под присмотром ребенка, да еще обеим сразу, — неоправданный риск.

— Вы… вы ранены? — Иллиана наконец поднялась и обратила внимание на Тея.

— Ерунда, — мужчина дернул плечом. — Кровь я прижег, а рану стянут целители. Позвольте узнать, что вы делаете здесь в рабочее время?

— Что? — тупо переспросила девушка, однако, секунду спустя, тряхнув головой, посмотрела в глаза с вызовом. — У меня обеденный перерыв!

— Вот как? — откровенно говоря, мысль о том, что его секретарю необходим перерыв, никогда не приходила Тею в голову. Кажется, его прежняя секретарша приносила себе какую-то еду с собой. Впрочем, неудивительно: гномки всегда гордятся своей стряпней и не признают столовской еды. Некоторые из студенток-гномок даже в общежитии готовить пытаются. — Кхм… что ж, надеюсь, вы помните, что после перерыва