Власть - Александр Евгениевич Владыкин

В общем, сцена классического группового изнасилования со всеми ее неприглядными подробностями. Хоть это и Алаисса, но смотреть мне было противно, и я подал сигнал Элениэль, что сейчас мы с ней, как и договаривались, двумя воздушными таранами оглушим воинов, а потом набросимся на Алаиссу и свяжем ее.

— Подожди, Ричард, — злорадно ухмыляясь, остановила меня эльфийка. — Дай мне немного посмотреть. Потом Диане перескажу, порадую ее тем, как замечательно жила в проклятых землях ее подлая сестренка.

Алаисса в этот момент что-то невнятное промычала из-под рубахи. Видимо, оскорбительное, так как один из дроу с силой пнул ее в зад, отчего девушка проехала грудь по траве, растянувшись во весь своей немалый рост. А она совсем не толстая, отметил я про себя, фигура, как у ее матери Алиры, — такая же мускулистая и подтянутая.

— На колени, тупая тварь! — приказал так и не успевший «приступить к делу» дроу и еще одним ударом ноги, на этот раз в живот, вернул Алаиссу в позу «на четырех костях». — Притащила нас сюда, обещала, что будем тут жить, как в раю, а нас вместо этого бесправными рабами сделали. Стой смирно, сволочь!

Ага. Так это те «верные воины», которые сначала помогали Алаиссе захватить Диану, перебив ее охрану, а потом вместе с ней подались в проклятые земли за счастливой жизнью по древним законам. Ну-ну. Нет, оглушать мы их не будем. Эти заслужили смерть.

— Она не «погонщица», — сообщила мне Лора, о которой я при виде происходившего в каких-то трех десятках метров от нас совсем забыл. — «Погонщица» в лагере и, судя по всему, спит и сейчас не контролирует своих рабов. Она — «подстилка», — и заметив даже в темноте по выражению моего лица, что я не понимаю, что это означает, пояснила. — Низшая каста рабынь. Используются для удовлетворения некоторых естественных потребностей мужчин-рабов. Или тех же оборотней.

Я кивком поблагодарил девушку за информацию. То, что «погонщица» сейчас где-то дрыхнет — это очень хорошо. Мы сможем, не прибегая к необходимости снимать с Алаиссы печать «Подчинения», допросить ее. Оставшись без контроля, она должна соображать почти нормально. Потом решим, что делать с ней дальше. Лора мне как-то давно еще рассказала, что может сама при помощи простенького ритуала перехватить контроль над рабом или рабыней. Говорила даже, что, когда она сама была «погонщицей» у древнего, она так над другими своими коллегами изредка подшучивала — «воровала» у них рабов.

А что касается «подстилки», то нельзя не удивиться тому, насколько образное мышление в разных мирах у всех разумных похоже. У нас так называли дам определенного поведения. Здесь — с такими же определенными функциями.

Ирония судьбы, однако. Мечтала Алаисса сохранить древние традиции многомужия. Вот и наслаждается ими сейчас. Правда, не в рамках матриархата, когда женщина решает, с кем и когда, а самого жестокого патриархата, когда ее никто не спрашивает о ее желании.

— Мелисса, Элениэль, — подозвал я две свои основные «боевые единицы». — План меняется. Воздушными лезвиями убейте вон тех двоих, что стоят сзади и ждут своей очереди. Потом ты, Элениэль, сразу мечом убей того, который сейчас трудится над Алаиссой. В него лезвие посылать опасно. Можно Алаиссу задеть, а она нам нужна будет живая и здоровая. Я возьму на себя парочку, которая стоит в стороне. Все понятно?

— Да, — ответила за обеих Элениэль. — Подожди только, пока я подберусь поближе. Мелисса, твой тот, что справа. Не перепутай! — произнеся это, эльфийка змеей устремилась вниз по склону.

Сам я в это время прицелился в выделяющиеся в темноте фигуры двух дроу, которых взял на себя. Подкрасться к ним так, как это умела делать прошедшая обучение в своем эльфийском лагере воительниц Элениэль, я посчитал слишком рискованным. Зашуршу травой, и весь план пойдет прахом. Это не какие-нибудь крестьяне, а опытные воины. Тут же меня обнаружат и поднимут тревогу. Кстати, я зачем мне воздушные лезвия, которые я уже сформировал? Это Мелисса и Элениэль не могут вблизи Алаиссы туман тления использовать, а я вполне себе это позволить могу. Быстро убрал лезвия и подтянул к себе мой любимый фиолетовый поток. Тот сразу откликнулся (нет, все-таки обладает он каким-то сознанием) и радостно устремился к указанной цели. Абсолютно беззвучное оружие. Ни падения тел, ни предсмертных вскриков или хрипов. Просто вот только что стояли два живых воина дроу, предвкушая, как сейчас развлекутся со своей бывшей хозяйкой, и вот уже две кучки пепла лежат на выжженной земле.

Мелисса с Элениэль тоже не оплошали. Два воздушных лезвия, метко пущенные в свои цели, и сверкнувший при свете звезд меч эльфийки, и три головы с легким стуком падают на траву. Вслед за ними оседают и три тела.

Алаисса, задранная рубаха которой по-прежнему не давала ей ничего увидеть, даже ничего не поняла. Так и продолжала стоять на карачках, пока подошедшая Лора не сдернула эту кожаную одежду с ее головы, а я, не слишком нежно ухватив девушку за волосы, не поставил ее на ноги.

— Ой, — только и смогла произнести Алаисса, увидев меня, Элениэль и Мелиссу, а также обезглавленные трупы своих мучителей. И тут же чуть было опять не опустилась на землю от удивления.

Кстати, страха я на ее лице не углядел. Изумление, сменившееся облегчением. А ведь не может не понимать, что за ее преступление ей грозит не просто смерть, а смерть изощренная. Но, видимо, по сравнению с той жизнью, которую она тут вела, даже это ей кажется уже спасением.