Покорись нам, ведьма - Надя Лахман

– А ты что? – я испытующе посмотрела на девушку.

– А я… я не знаю, Мадлен, – призналась она. – Он хорошо относится ко мне, но я его не люблю, – она отвела глаза, и они вновь потухли. – Но, если другого выхода остаться рядом с дочкой не будет, я соглашусь.

Я ободряюще сжала ее руку, делясь своей мысленной поддержкой. Слова здесь были излишни, мы обе и так все понимали.

– Знаешь, – задумчиво произнесла Кора спустя какое-то время. – Не думала, что однажды скажу это, но… может, они вовсе не так уж плохи, Мадлен? Может, ты найдешь с одним из них свое счастье?

Я грустно усмехнулась, но ничего не ответила ей. Если бы я сама это знала…

*****

Наступил поздний вечер, а вместе с ним момент, которого я боялась больше всего. Пожалуй, даже больше встречи с самим императором. Потому что ко мне в комнату пожаловал Геральд. Мерцающие серебристые глаза смотрели хищно и опасно, и от этого взгляда мне внезапно сделалось жарко – еще слишком свежи были воспоминания о проведенной совместной ночи.

Я незаметно скосила взгляд на кровать, где валялось мое развратное кружевное белье алого цвета и, кажется, покраснела. Никак не привыкну, что демоны заходят сюда, как к себе домой. Впрочем, о чем это я? Это и есть их дом, а я в нем всего лишь гостья.

– Здравствуй, Мадлен… – Геральд впервые со дня нашей встречи назвал меня не ведьма, не жемчужина, а по имени. Случайно ли? Не думаю.

– Здравствуй… – я теребила пояс на халате, с отчаянием понимая, что под ним у меня ничего нет. Надеюсь, разговором все и ограничится.

– Я пришел, чтобы рассказать о том, что Ивона созналась в нападении на тебя, – Геральд не пытался пройти вглубь комнаты, по-прежнему стоя в дверях. Пока.

Я просто кивнула в ответ на его слова.

– И она назвала нам имя своего подельника, для которого выкрала твой медальон.

– Вот как? И кто же он? – мне действительно было интересно.

– Люциус. Он полностью подчинил ее своей воле, использовав в своих грязных делах.

– Люциус… – эхом откликнула я. Я плохо знала этого рыжеволосого высшего, он всегда держался в тени других инквизиторов, но… Мы ведь с Кайденом подходили к нему, как и к остальным. Получается, я просто не узнала его?

– Что их ждет?

– За покушение на императора полагается смертная казнь, и это не обсуждается.

Я снова кивнула, чувствуя странную неловкость, находясь рядом с ним. Мы говорили о серьезных вещах, но…слишком уж пристально смотрел на меня демон. Горячо, по-мужски. Кажется, в мыслях он сейчас занимался со мной отнюдь не разговорами.

– Я должен рассказать тебе о том, что случилось с тобой прошлой ночью.

Он издевается? – мои щеки вспыхнули румянцем. – Случилось то, что он стал у меня первым мужчиной! Если не считать тот артефакт в храме верховной, конечно.

– Тебе стало плохо, потому что ты прошла инициацию.

Что?!

Кажется, этот вопрос я задала вслух, потому что Геральд продолжил, по-прежнему стоя на пороге моей комнаты:

– Твой дар, унаследованный от матери, был слаб не только потому, что она не успела передать тебе силу. Но и потому что ты полукровка, и в тебе уживаются сразу две магии. Одну ты инициировала в вашем храме, – глаза его полыхнули жутким черным огнем, как будто он… ревновал меня к той инициации.

– …А вторую ты прошла вчера, с моей помощью.

Демон замолчал, давая мне время обдумать его слова. Он… инициировал меня? Один из сильнейших демонов, по силе уступающий разве что императору? К такой новости я точно не была готова.

Это получается… во мне будет и демоническая магия тоже? Помимо магии обольщения? Теперь я поняла, почему источник внутри меня с утра выглядел иначе: он действительно изменился, но не потому, что демоны это сделали. Он сам принял в себя мою вторую суть, сплетясь с ней в единое целое.

– Жемчужина… – раздался бархатный, низкий тембр голоса рядом со мной, и я вздрогнула. Никак не привыкну, что они могут перемещаться так быстро. – Я хочу, чтобы ты стала моей. Сама. Добровольно. – Сильные пальцы легли на плечи, обжигая жаром сквозь тонкую ткань. Пронзительный, жаждущий взгляд мерцающих глаз заглядывал в самую душу.

Сердце ускорило бег, кровь быстрее застучала по венам, когда демон склонился ко мне, вызывая в теле сладостно-пленительное ожидание поцелуя. Ладони Геральда скользнули по плечам, властно притягивая меня к себе. Его полыхающий голодный взгляд, и мой в ответ – растерянный, неуверенный. А после его губы уверенно накрыли мои, даря массу эмоций. Наслаждение, желание, страх… – все смешалось в нем, закручиваясь в коктейль удовольствия и страсти.

В какой-то момент демон прервал поцелуй, продолжая удерживать в своих объятьях, не давая отстраниться от него. Глядя на меня сверху вниз, неистово, жадно.

– Что ты мне скажешь? – бархатный голос с легкой хрипотцой завораживал, не давал мыслить трезво.

– Ты хочешь забрать меня в собственный мир?

– Да, и это не обсуждается. Ты станешь моей женой. Родишь мне наследников. Не будешь ни в чем нуждаться.

– И чем я буду там заниматься?

– Чем пожелаешь. Музыка, танцы, рукоделие, тряпки. Что еще вы там любите? Украшения? Я осыплю тебя ими с ног до головы.

– А моя новая магия?

– Она позволит тебе родить сильных сыновей.

Даже так? Кажется, демон все досконально продумал. Но я все еще колебалась.

– Я бы хотела освоить ее и научиться использовать…

– Нет! – вдруг яростно сверкнул глазами демон. – Я не позволю собратьям видеть тебя в академии, возжелать тебя взглядами. Ты будешь жить в отдельном крыле дворца, закрытом от посторонних. Хочешь учителей – они у тебя будут. Все, что пожелаешь, только скажи.

– Свободы… – тихо произнесла я, медленно отступая от демона.

– Что?

– Я хочу свободы. А ты вновь хочешь запереть меня в клетку. Я не хочу так жить.

На Геральда было страшно смотреть. Хищное лицо окаменело, как будто он не мог поверить в услышанное. Леденящий взгляд обжег остро заточенной сталью.

Я отступила еще на шаг.

– Это означает «нет», ты отказываешься покоряться?

– Да, – тихо, но твердо произнесла я, думая про себя о том, что все делаю правильно. Наверное. Столько раз в его словах прозвучало «покоряться», и ни разу в них не прозвучало слово «любовь». Да и умеют ли любить такие, как он?

Демон долго смотрел на меня нечитаемым взглядом. Как будто что-то прикидывал, решал для себя.

– Ты бежишь от