Когда она сказала "да" - Селеста Брэдли

Она кивнула.

— А теперь, скажем, что человек воспользовался топором, чтобы взломать дверь соседа. Это хорошее или дурное деяние?

— Дурное, разумеется, — удивился Рен.

Калли прищурилась.

— А если соседский дом горит и человек хочет спасти жену и детей соседа?

— Тогда это благое дело, — нахмурился Рен. — Но…

— Действие одно и то же. Разница в намерениях. Если ты использовал свой топор… чтобы дать мне наслаждение, разве это не благое намерение?

— Ты часто это проделываешь? — мрачно осведомился Рен.

Она невинно захлопала ресницами.

— Не пойму, о чем ты.

— Ну, конечно!

Он откинул одеяло и спустил ноги с кровати.

— Так и вижу, как все Уортингтоны собираются за ужином и устраивают дебаты. Я прав, не так ли?

Она чинно сложила руки на коленях.

— Я отказываюсь отвечать на том основании, что нарушу клятву никогда не упоминать определенную социальную группу, находясь с тобой в одной постели.

Он склонил голову набок, рассматривая свою злодейку-жену.

— Я так и подумал.

Он уже предвидел будущее, в котором ему не выиграть ни единого спора! Если очень-очень повезет…

Рен встал.

— Подожди!

Он повернулся к Калли. Она приподняла подол с жемчужинами и поползла на коленях по матрасу.

— Я должна кое-что тебе сказать.

Она покидает его. Теперь у нее достаточно жемчужин, и она может спокойно уйти.

Калли взяла его за руку, заставила сесть и, серьезно взглянув на мужа, призналась:

— Я подумывала сначала соблазнить тебя, но это будет немного нечестно…

Рен резко отстранился.

— Немного нечестно?

Она подползла ближе, положила руку ему на грудь и умоляюще прошептала:

— Рен, пожалуйста… я знаю, ты рассердишься и будешь прав. Я заслуживаю взбучки и знаю это.

Взбучки?

У Рена сжалось сердце.

— Калли. Просто скажи правду. Ты уез…

— Я устраиваю бал, — выпалила она, снова зажмурясь. Но тут же приоткрыла один глаз. — Уезжаю? Я никуда не уезжаю.

Рена охватило невероятное облегчение, потому что иначе приходилось признать тот факт, что он полностью и безвозвратно находится во власти своей кокетливой, непредсказуемой девчонки.

— Погоди… бал?

Калли виновато кивнула.

— Я не хотела. Это чистая случайность. Я просто пыталась подружиться с деревенскими жителями, ну и… минутное помешательство.

Ненависть обитателей деревни — его рук дело.

Рен медленно опустил голову.

— Конечно, идея имеет свои преимущества. Возможно, через несколько месяцев…

— Сегодня вечером.

Возможно, когда он согласился жениться на девушке, которую встретил впервые, когда она бродила по его дому в одном нижнем белье, следовало бы учесть тот факт, что она не умеет сдерживать свои порывы.

— Нет.

— Но… приглашения уже разосланы.

— Нет.

— Но… мистер Баттон столько трудился над моим платьем.

— Нет.

— Но… я уже наняла слуг на сегодняшний вечер.

Рен набрал в грудь воздуха.

— Нет.

— Но… они уже здесь. Дом готов к балу. Музыканты вынимают из экипажа инструменты. Гости прибудут через несколько часов.

Рен встал и оглядел свою комнату. С каминной доски исчезли часы, а шторы были наглухо задернуты.

Он в два шага очутился у окна, с досадой глядя на ранний весенний закат.

— Ты сатана в голубом муслине, — прошипел он, злобно взирая на жену.

Она сочувственно кивнула.

— Прости. Я знаю.

И тут же, просветлев, добавила:

— Зато у меня для тебя есть чудесный костюм.

Взбешенный, Рен снова откинул шторы, наблюдая, как перед домом разгружаются фургоны.

— Калли, ты сделала все, чтобы невозможно было отменить бал, не нарушая приличий. Но это не означает, что я желаю иметь что-то общее со всем этим.

Надеть капюшон и ускакать прочь? Прекрасная мысль! Возможно, он сумеет найти ночлег в одной из соседних деревень.

Все еще обнаженный, он устремился к гардеробу.

И на мгновение закрыл глаза при виде пустых крючков и полок.

— Ты забрала мою одежду.

— Не всю. Остался чудесный костюм.

Прижавшись лбом к прохладному дереву дверцы гардероба, он скрипнул зубами.

— Нет. Если потребуется, я останусь в этой комнате, но не…

— Один приказ — одна жемчужина. Торговаться не будем.

Рен застыл:

— Что?!

— У меня их очень много. Вполне справедливо будет, если я воспользуюсь ими, когда попрошу сделать что-то для меня.

Он сможет вернуть жемчужины, если оденется к балу, если пойдет, если выставит себя напоказ перед всей деревней в одном из безумных творений гения зла Баттона.

Каждая отыгранная жемчужина — одна ночь с Калли.

Бесценно.

Но есть кое-что еще. На балу будут все жители Эмберделла. Люди, которые после соответствующих убедительных доводов могут простить историю с имбирем, помочь ему присмотреть за Калли, по-деревенски подозрительно следить за каждым незнакомцем, включая странных гигантов, стать многочисленными и могучими союзниками против врагов…

И последняя мысль, от которой он постарался поскорее отделаться, опасно соблазнительная мысль… что он так хочет сделать счастливой свою сладкую, сумасшедшую Калли!

Он глубоко вздохнул:

— Жемчужина за то, что надену костюм.

— Конечно.

— Жемчужина за посещение твоего бала.

— Согласна.

— Танцевать я не буду.

— Две жемчужины за танцы.

— По-моему, ты сказала «торговаться не будем», — напомнил Рен, пряча улыбку.

— Жемчужина за каждый вальс.

У него хватит сил выставить себя напоказ, если взамен получит еще несколько ночей в ее теплых, нежных объятиях.

— Вообще-то джентльмен должен заслужить благосклонность леди…

— Таковы мои условия, Каллиопа.

Теперь уже вздохнула Калли.

— Так и быть. Принимаю твои условия.

Он, наконец, повернулся к ней лицом.