Желание - Трейси Гарвис-Грейвс

– Нет. Спасибо, что спросил. – Я наклоняюсь и убираю со лба Джордан волосы. Кажется, температура спала. – Если завтра тоже будет температурить, оставлю ее дома.

– Надеюсь, скоро ей станет лучше.

– Все будет хорошо. Наверняка обычная инфекция.

– Напишу тебе позже, – говорит Дэниел.

– Хорошо.

Несу наверх ноутбук и включаю в розетку рядом с тумбочкой. Пока Джордан спит, успеваю поработать. Около половины четвертого она просыпается, садится на кровати и ее снова рвет, прямо на постель. Беру дочку на руки и бегу в ванную, придерживая за волосы возле унитаза. Лоб у нее очень горячий. Обычно я могу определить, есть ли у моего ребенка температура, лишь прикоснувшись к коже. Вытираю дочке рот и кладу ее на чистую сторону постели. Затем бегу за градусником. Аккуратно вставляю кончик в ухо Джордан и после сигнала с облегчением вижу, что у нее 38,8. Это не смертельно.

Рвота и температура совершенно ее вымотали. Джордан безвольно лежит на кровати, пока я вытаскиваю из-под нее простыни и одеяло, собираю в комок и несу в прачечную комнату. Беру из спальни Джордан фиолетовое флисовое одеяло и осторожно накрываю дочку. Затем поднимаю с тумбочки телефон, пролистываю список контактов и звоню Элизе.

– Ты не смогла бы забрать Джоша с остановки? – спрашиваю я. – И есть ли у тебя «Мотрин» для детей?

– Видимо, Джордан все еще плохо, – говорит подруга. – Как с температурой?

– Пока высокая, и ее только что тошнило. Очень сильно. Мне ее так жалко.

– Я скажу Джошу, в чем дело, и отправлю его домой с «Мотрином».

– Спасибо.

Пишу сообщение Крису, чтобы держать его в курсе насчет Джордан. Он перезванивает пять минут спустя.

– Она в порядке? – с беспокойством в голосе спрашивает он, когда я отвечаю.

– Сейчас получше. Буду следить, чтобы не было обезвоживания.

– Мне пора возвращаться на совещание. Попозже дай знать, как она себя чувствует.

– Хорошо.

Внизу хлопает дверь, а через минуту в комнату врывается Джош.

– Мам, Джордан все еще болеет? – спрашивает он, передавая мне пузырек с лекарством и садясь на кровать.

– Да, у нее желудочный грипп, так что лучше не подходить близко, – предупреждаю я.

Сын тут же отстраняется от Джордан, а потом и вовсе спрыгивает с кровати и направляется к двери.

– Я поиграю с Трэвисом, хорошо?

– Только на заднем дворе. Не хочу, чтобы ты выходил без меня на улицу. Будь дома к шести.

– Хорошо, – говорит Джош.

Поднимаю Джордан на руки и осторожно несу вниз по ступенькам. Кладу ее на диван в гостиной, чтобы приготовить ужин и в то же время приглядывать за ней.

Уговариваю дочку выпить «Севен-ап» и съесть пару соленых крекеров. Она делает несколько героических попыток, но сдается после двух маленьких глотков и крошечного кусочка крекера. Я ее не виню. Когда расстраивается желудок, лучше повременить.

Включаю диск с мультиками Диснея и бегу наверх, чтобы постелить чистые простыни и старое одеяло. Возвращаюсь с грязным бельем и запускаю стиральную машину. На ужин решаю приготовить горячие сэндвичи с сыром и томатный суп. Это скорее зимнее блюдо, но детям нравится, да и готовить просто.

Джош возвращается, когда я накрываю на стол. Плюхается на стул.

– Умираю с голода, – говорит он.

– Сначала помой руки.

Он возмущается, но слезает со стула и моет руки на кухне. Кладу на тарелку сэндвичи с сыром и насыпаю в суп крекеров в виде рыбок. Сын улыбается. Затем замечает банку «Севен-ап» на столешнице.

– Можно мне тоже газировки? – спрашивает он.

– Конечно, все равно банка открыта. Вряд ли твоя сестра захочет.

Выливаю оставшийся напиток в стакан.

Даю Джордан еще «Мотрина». Она отказывается от ужина, но полчаса спустя, когда начинает действовать лекарство, съедает пару крекеров и выпивает немного «Севен-ап». Я слегка расслабляюсь в надежде, что мы пережили кризис.

Когда мы с детьми смотрим фильм, звонит Дэниел. Я не отвечаю. Позже, уложив детей в кровать, написав сообщение Крису и забравшись в постель, перезваниваю ему.

– Как дела? Джордан стало лучше?

– Немного.

Рассказываю ему про симптомы.

– Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо?

– Так и сделаю.

Мы желаем друг другу спокойной ночи, и я еще немного смотрю телевизор. В десять вечера снова проверяю детей. Джош скомкал ногами простыни, а его голова наполовину свесилась с кровати. Укладываю сына как следует и накрываю одеялом. Лоб Джордан прохладный, а дыхание глубокое и ровное.

Выключаю свет в коридоре, иду в ванную, а потом забираюсь в постель, радуясь, что этот день подошел к концу.

Ночью все идет наперекосяк. Я просыпаюсь из-за плача Джордан и бегу в спальню дочки. Ее тошнит в ведро, которое я поставила на всякий случай рядом с кроватью. Желудок Джордан почти пуст, так что скоро рвота прекращается. Мне следовало догадаться, что еще все не закончилось.

Помогаю дочке дойти до ванной и вытираю ее лицо. Протягиваю ей чашку с водой, и она полощет рот. Только собираюсь проводить Джордан до кровати, когда в ванную врывается Джош и его рвет прямо нам под ноги. Вид и запах томатного супа вызывает у меня рвотные позывы, но я усилием воли заставляю себя сдержаться.

Отвожу Джордан в сторону и держу Джоша над унитазом. Затем включаю воду и раздеваю дочку. Поставив ее под душ, я поглаживаю сына по спине и жду, пока у него не пройдет тошнота. Спускаю воду и закрываю крышку унитаза.

– Посиди пока здесь, – говорю я.

Отодвигаю шторку и мою Джордан, затем заворачиваю в махровое полотенце.

– Джош, забирайся в душ. Я отнесу Джордан в ее комнату.

Он кивает и снимает верх пижамы. Джордан почти уснула к тому времени, как я укладываю ее в постель. Я наспех мою пол в ванной, достаю пластиковый мешок из ведра, которое использовала Джордан, и спускаю его в гараж.

Джош возвращается из душа и останавливается в коридоре, закутанный в полотенце.

– Пойдем за новой пижамой, – говорю я.

Он следует за мной в свою спальню. Я прижимаю ладонь к его лбу, но тот лишь слегка теплый. Решаю пока не давать сыну «Мотрин».

– Как думаешь, сможешь уснуть? – спрашиваю я.

Джош кивает, и я слегка обнимаю его. Оставляю сына переодеться и велю прийти ко мне, как только почувствует тошноту.

Я захожу в ванную, раздеваюсь и принимаю душ. Завтра меня ждет целая гора стирки, но лучше не думать об этом до утра. Я забираюсь под одеяло и засыпаю. Просыпаюсь некоторое время спустя и смотрю на часы – четыре утра.