Заставь меня любить - Вирджиния Спайс

Кассандра остановилась и внимательно посмотрела на него.

— Ты действительно счастлив, Джерри?

— Да, любовь моя.

Она ласково улыбнулась ему. Забыв обо всем на свете, он обхватил ее за плечи и порывисто поцеловал, а потом еще раз и еще. Опомнившись, Касси испуганно посмотрела по сторонам, но в зале, кроме них четверых, уже никого не осталось. Тогда она сама осторожно обняла Джеральда, и они снова поцеловались, а потом взглянули друг на друга и одновременно весело рассмеялись. Мейсон предложил девушке руку и повел в соседний зал.

В этот раз они сели рядом, за дальним концом стола, чтобы не привлекать к себе всеобщего внимания. Джеральд старательно ухаживал за Касси, а она ничего не видела перед собой от охватившего ее счастливого, восторженного состояния. На душе у нее было так хорошо, что хотелось петь и смеяться. Временами она украдкой бросала взгляды на Мейсона, и ее словно окатывало волной счастья. Подумать только, никто в этом зале, кроме Лоры Шелтон, даже не догадывается, что всего несколько часов назад они с Джеральдом лежали в одной постели и вытворяли такое, что даже не найдешь слов.

— Поделись, Касси, много комплиментов ты сегодня услышала? — с ласковой иронией спросил Джеральд, пожимая девушке руку под столом.

Она посмотрела ему в глаза и прищурилась.

— Да уж, надо признаться, немало. Но все равно недостаточно.

— Какая ты жадная! И много не хватает?

— Только одного.

Он тоже прищурился на несколько секунд, но потом его темные глаза словно вспыхнули теплым огнем.

— Я скажу тебе их даже два. Один я придумал, когда увидел твой триумфальный вход в зал…

— Так ты увидел меня сразу, как я вошла? Но почему тогда не подошел?

— Хотел, чтобы ты немного поскучала. Так вот, тогда мне захотелось сказать тебе, что ты выглядишь, словно королева или знатная дама из той эпохи, когда женщины царствовали и вызывали желание поклоняться им, а не только любить.

— Но я и так благородная дама! Я ведь настоящая баронесса, — не без гордости заметила Касси.

— Я знаю, и сегодня это вполне почувствовал. И, признаться, мне даже стало немножко боязно находиться рядом с такой важной особой!

Он в очередной раз рассмеялся, и Касси нетерпеливо спросила:

— Ну, это один комплимент, а второй? Джеральд перестал смеяться и посмотрел на нее тем завораживающим, проникновенным взглядом, от которого ей обычно становилось не по себе.

— А второй будет таким: твой наряд и прическа лучше, чем у любой женщины в этом зале, и ты сама здесь самая милая и очаровательная.

Он немного помолчал, не отводя взгляда от смущенного лица девушки.

— И не только в этом зале, ты — самая лучшая женщина в мире!

Если бы вдруг рухнули стены зала, Кассандра испытала бы меньшее потрясение. Да разве хоть один человек на свете, кроме Джеральда Мейсона, мог сделать женщине предложение в такой замысловатой форме? И в то же время его последняя фраза не допускала двух толкований.

А Джеральд молчал, словно потерял дар речи. Касси понимала, что он ждет ее реакции, ответа или хотя бы каких-то слов, но не смогла ничего сказать, потому что вдруг растерялась. В конце концов, он огорченно вздохнул и, отвернувшись, вступил в разговор с окружающими их офицерами и дамами. Впрочем, он продолжал по-прежнему ухаживать за ней, но Касси чувствовала, что между ними что-то произошло, что-то нарушилось. То, что она проигнорировала его, можно сказать, признание, задело самолюбие Джеральда. Девушка почти сразу почувствовала это и испугалась. Что если из-за этого между ними снова возникнет размолвка? Она уже бесконечно раскаивалась в своей глупой нерешительности, но не знала, как поправить дело. Джеральд опять держался с такой убийственно-вежливой отчужденностью, что у девушки не осталось ни малейшей возможности заговорить с ним о личных проблемах.

Когда начался концерт, и все спустились в сад, Кассандре пришлось расстаться с Джеральдом. Женщинам приготовили мягкие стулья на просторной площадке, а мужчины встали позади, чуть поодаль. Поэтому Касси уселась вместе со своей тетушкой Гортензией на отведенные им места и была вынуждена целый час наслаждаться лишь звучанием музыки и пением, не лишенным, впрочем, хорошего вкуса и приятности.

Примерно час спустя объявили антракт. Зазвучала легкая оркестровая музыка, собравшимся принесли напитки и разнообразные закуски. Стоя рядом с Лорой около маленького столика, Касси краем глаза наблюдала за Мейсоном, который в этот момент беседовал с приятелями. Но вот он вместе с Гарри направился к дамам. Посмотрев на Кассандру ничего не выражающим взглядом, Джеральд сказал:

— Я должен проститься с тобой, Касси. Не хочу оставаться на вторую часть концерта. Отправляюсь домой, проведу остаток вечера в тиши своего особняка.

После небольшой паузы, во время которой девушка так и не нашлась, что ответить, он поцеловал ей руку и не спеша, направился по садовой дорожке к выходу. Какое-то время Касси растерянно смотрела ему вслед. Но вдруг осознала, что просто не сможет ночью уснуть, если сейчас они вот так расстанутся. Кассандра собралась с духом и решительно пошла за Джеральдом.

«По крайней мере, объяснюсь с ним, — сказала она себе. — Чем бы не закончился наш разговор, все равно это будет лучше неизвестности».

Она вышла из арки ворот, остановилась на ступеньках небольшой лестницы и сразу увидела его. Джеральд стоял внизу с совершенно невозмутимым выражением лица и ожидал, пока ему приведут лошадь. Однако Кассандре почему-то показалось, что на самом деле он никуда не торопится. Будто ему и оставаться не хочется, но и домой спешить незачем.

— Мистер Мейсон! — громко окликнула она.

Джеральд обернулся и быстро подошел к ней.

— Мистер Мейсон, постойте. Я хочу сказать вам несколько слов.

Она взяла его за руку и отвела в сторону. Веселое настроение, которое было у Касси весь вечер, куда-то испарилось. Джеральд сразу заметил, что Касси находится на грани истерики. Ее пальцы, лежавшие в его руке, мелко дрожали. Было видно, что девушка из последних сил старается сохранять на лице спокойствие и говорить ровным голосом. Ему вдруг стало ужасно стыдно за свою жестокость, захотелось схватить ее в объятия и прижать к себе, приласкать, успокоить, сказать, что он по-прежнему сильно любит ее. Но он усилием воли заставил себя сдержаться.

— Джеральд, скажи мне, куда ты сейчас направляешься? — заговорила она, убедившись, что их никто не может слышать.

— Домой, куда же еще? Ведь я уже сказал об этом.

— И что ты собираешься там делать?

— Пока не знаю.

— Но я имею в виду… у тебя не назначено никакого свидания с женщиной?

— Ах, вот оно что! Нет, дорогая, уверяю тебя, я не собираюсь встречаться сегодня ни с какой женщиной.

— Даже со мной?