Блондинка и брюнетка в поисках приключений - Маша Царева

И тут – на тебе.

Шли дни, летели недели, а я все никак не могла выбросить из головы северного красавца Валерия. Хотя безмятежный пляж действовал на меня умиротворяюще. По крайней мере, мне удавалось засыпать, не мучаясь губительной мыслью, что я совершила роковую ошибку.

Итак, стартовала наша вторая неделя исцеляющего созерцания Индийского океана.

Я бездумно таращилась на безмятежную морскую гладь, а Настасья читала какой-то туристический журнал. По отдельным признакам (заинтересованный взгляд, напряженная спина, раздувающиеся ноздри) я в какой-то момент поняла, что Настя наткнулась на некую заинтересовавшую ее информацию.

Настасья прекрасно понимала, что соблазнить меня иным уголком земли будет нелегко, ибо я вряд ли поменяю нестабильную умиротворенность на неизвестность, поэтому и начала издалека.

– Послушай-ка, Мира, – сказала она, – а нравится ли тебе Леонардо Ди Каприо?

Я не усмотрела в этом вопросе никакого подвоха, поэтому от души ответила, что да, мол, очень нравится.

– А смотрела ли ты фильм «Пляж»? – хитро прищурилась Настя.

– Конечно, смотрела. Сильный фильм, – кивнула я.

– А знаешь ли ты, где он снимался? – подошла она вплотную к делу.

– Видимо, там же, где и происходило его действие. В Таиланде, – ответила я.

– И что ты об этом думаешь?

– Настя, к чему тебе менять один пляж на другой? – удивилась я. – Если ты ищешь божественную природу, ласковое море и уединение, то Гоа – тоже замечательное для всего этого место.

– Это так, но в Таиланде есть еще и интересные города, – вздохнула она, – вот послушай, что написано в журнале, – она азартно зашелестела страничками. – «… Великолепные подделки часов, которые в фирменных магазинах стоят от пяти тысяч долларов, на улицах Бангкока можно приобрести всего за доллар… Шикарные имитации самых престижных марок… Луи Виттон… Гуччи… Шанель… И нет ничего дороже двадцати баксов!» Ну разве тебя это не впечатляет?!

Я лениво смотрела вдаль. Вдоль морского горизонта вальяжно плыло белое пятнышко чьей-то яхты.

– Хочешь сказать, что я должна поднять попу с шезлонга только для того, чтобы за двадцать долларов купить поддельную сумочку Луи Виттон? – приподняла бровь я.

– Можешь купить вечернее платье от Шанель, – пожала плечами Настя, – что захочешь, то и сможешь купить. И потом, мы же не решили здесь поселиться, так?

– Так, но еще и двух недель не прошло, как мы сюда приехали.

– Мира, ну ты же сама говоришь, что нет особенной разницы, на каком пляже валяться, – ныла она, – то, что я тебе предлагаю, – гораздо интереснее того, что у нас уже есть. Мы побываем в Бангкоке, а потом отправимся на Ко-Самуи. Там даже красивее, чем на Гоа.

– И слышать не хочу, – вредничала я, приняв, однако, из ее рук туристический проспект с потрясающей красоты фотографиями. – Хм, выглядит впечатляюще.

– О том я тебе и твержу, – обрадовалась Настасья, – и потом, ты же сама говорила, что сидеть на одном месте мы будем, когда станем дряхлыми пенсионерками! Сейчас же наша участь – свобода! – Настасья раскинула руки, и какой-то проходящий мимо немец вытянул шею и одобрительно цокнул языком, потому что ее грудь почти целиком вывалилась из легкомысленного бикини.

– Моя участь – алкоголизм и бессонница, – пробормотала я себе под нос, однако подруга все расслышала.

– К тому же Таиланд – это страна свободы и любви. Ты сможешь проникнуться древнейшей философией буддизма и освободиться от того, что тебя мучает.

– Ты говоришь, как торговый агент, которому надо под любым предлогом впарить честному человеку яйцеварку. Лучше уж я вернусь в Эдинбург и расставлю точки над ё.

– О, как мы заговорили, – удивилась Настя, – вернуться в Эдинбург – прекрасная идея. Но сначала… Представь, мы ознакомимся с древней историей Таиланда и побываем на самых живописных пляжах.

Если бы я знала заранее, с чем нам доведется ознакомиться на самом деле, то, может быть, и не сорвалась бы с расслабляющего теплого пляжа. Но, к сожалению или к счастью, мне не дано предсказывать будущее. Поэтому, предоставив Насте возможность еще несколько часов меня уговаривать, я лениво дала свое согласие на то, чтобы в самые ближайшие дни порадовать своим присутствием древнее королевство Таиланд.

* * *

Наша независимость, внутренняя и финансовая, наша молодость и смелость носили нас по миру, словно грозовой шквал бадминтонные воланчики. Мы садились в очередной лайнер, чувствуя себя первооткрывателями, лихими и независимыми. Но в то же время наши женские сердцевины словно магнитом тянули к нам приключения, которые были связаны с переменой мест лишь опосредованно. В каждой новой стране, в каждом городке мы сканировали взглядом местных мужчин, начиная предсказуемую, но такую волнующую игру. В каждом кружочке нашей истрепанной карты мира нас ждала любовь в миниатюре. Я знаю немало девиц, которых подобное признание заставит поджать губы и наградить нас известным эпитетом. Но мы с Настасьей сразу условились, что раз уж истинное ураганное чувство, о котором прокричали все классики мира, нас пока миновало, то, не осуждая друг дружку и не мучаясь угрызениями совести, мы будем развлекаться на всю катушку. Риска испортить репутацию у нас не было, равно как и почти не было шансов повторно встретиться с героями наших миниатюрных романов. Мы безжалостно оставляли позади очередных мужчин, они переставали для нас существовать и превращались в безжизненные приятные воспоминания, как только мы садились в самолет.

И пусть моя жажда приключений была омрачена воспоминаниями известного содержания, и пусть все мое существо противилось курортной легкомысленности, но я, взяв волю в кулак, решила – раз уж мне довелось очутиться в стране свободы и любви, я использую этот шанс на полную катушку. В конце концов, не могу же вечно страдать по человеку, подробности чьего лица помнились мне смутно.

Мы прибыли в Бангкок, наскоро приняли душ, привели себя в порядок, и я скомандовала Настасье, что настал час приподнято отправиться на поиски тех, кто мог бы скрасить наше одиночество.

– Мира, а ты уверена, что тебе это надо? – попробовала возразить она. – Еще вчера ты щебетала о возвращении в Эдинбург, а теперь…

– Еще вчера я просиживала штаны – вернее, трусики-бикини – на Гоа. А теперь я в Бангкоке, городе свободы и любви, – расхохоталась я, – и я знаю, что делаю, поверь мне.

То, что мы увидели на главной туристической улице, внушало оптимизм: вокруг было полно путешественников, преимущественно мужчин. Ни я, ни Настасья не рассматривали тайцев как потенциальных любовников: они были в полтора раза ниже каждой из нас, к тому же выглядели такими хилыми, что было просто непонятно, а что же с ними делать.

Но зато с представителями прочих наций все было в порядке. Как говорится, выбирай на вкус: радостно галдящие немцы, заинтересованно оглядывающиеся по сторонам англичане в белых шортах, пересмеивающиеся французы, серьезные голландцы с одинаковыми грубыми рюкзаками.