Бумажная принцесса - Эрин Уатт

– Ой, черт. Простите.

За моей спиной раздается хихиканье девчонок. Я падаю на колени и начинаю искать, чем можно вытереть пол. Футболкой! Моя футболка хорошо впитывает жидкость и она уже все равно мокрая. И вообще, этот кусок ткани мне надоел. Вдруг меня начинает раздражать вся моя одежда. Лифчик кажется слишком тесным, резинка трусиков впивается в кожу. Стежки на подоле юбки царапают бедра при малейшем движении. Мне нужно срочно раздеться.

– Отличная идея, – соглашается Дэниел.

Наверное, я сказала это вслух.

– Моя одежда мне мешает, – признаюсь я.

– Да, давайте раздеваться! – кричит одна из девчонок с дивана.

Я слышу шуршание ткани и новый прилив хохота.

– Моя голова застряла, – пищит кто-то из них.

– Так помогите друг другу, – предлагает Хью.

Я поднимаюсь на ноги и опираюсь на плечо Дэниела. Зои стаскивает с Надин майку и бросает ее в Хью. Он скидывает майку на пол и медленно идет в сторону дивана.

– Мне пора, – говорю я Дэниелу.

Я прекрасно представляю, что задумала та троица, но не хочу смотреть на это.

Дэниел снова притягивает меня к себе, обняв рукой за талию. Я сразу же ощущаю его физическую реакцию на разворачивающуюся перед нами сцену.

– Где Рид? – Я резко разворачиваюсь. Ощущение покалывания между ног заставляет меня думать о нем. – Он мне нужен.

– Нет, не нужен. У тебя есть я. – Дэниел медленно трется об меня.

– Нет. – Я вырываюсь из его объятий. – Прости, Дэниел. Я не думаю… Я не… – Я поднимаю руку к голове и дрожащей ладонью провожу по волосам. В крови пульсирует желание. В ушах с бешеной скоростью грохочет сердце. Я заставляю себя сосредоточиться. – Мне нужен Рид.

– Господи, вот тупая сучка. Просто закрой глаза и наслаждайся.

В голосе Дэниела вдруг не осталось ничего приятного. Он звучит холодно и раздраженно. Дэниел хватает меня за одежду. Я хочу ударить его по рукам, но оказываюсь беззащитной перед ним – мои собственные руки меня не слушаются, и ему ничто не мешает стянуть с меня футболку.

– Ну как тут у нас дела? – доносится до меня голос Хью.

Близко. Он очень близко.

– Она под наркотой. Она подумала, я уколол ее дротиком. – Похоже, Дэниел доволен тем, как ловко все провернул.

Я пытаюсь занести кулак для удара, но рука вдруг оказывается очень тяжелой.

Хью начинает сомневаться.

– Чувак… Тебе обязательно делать это с Эллой Ройал? Я думал, что после той заварушки с сестрой Саванны, мы не будем зависать с местными. Не гадь там, где ешь.

Дэниел фыркает.

– Ройалы терпеть ее не могут. Она ничего не расскажет. Она мусор. Я обрабатывал эту дешевку почти неделю.

Он обхватывает ладонями мое лицо, и мне становится так хорошо! Как бы мне хотелось, чтобы здесь был Рид и чтобы это были его руки.

Я со стоном произношу его имя.

– Что она сказала?

Дэниел смеется.

– По-моему, эта девица трахается и с Истоном, и с Ридом. – Он начинает грубо лапать мою грудь, и его прикосновения вновь заставляют меня стонать.

– Черт, смотри, как она возбудилась, – с восхищением произносит Хью. – Круто! Можно я займусь ею, когда ты закончишь?

– Конечно. Дай я оторвусь как следует, а потом она вся твоя.

– Как думаешь, она не сильно тугая? Слышал, у нее был богатый опыт.

– Пока не знаю. Никак не могу раздвинуть ее чертовы ноги. – Он толкает меня на кресло и впихивает колено между моих ног.

– Давай дадим ей немного кокса? Он приведет ее в чувство.

– Точно, отличная идея.

Давление исчезает вместе с Дэниелом, который поднимается и отходит к шкафчику. Я с тревогой наблюдаю, как он роется в ящиках.

– Где же Фэррис держит это дерьмо… Думал, оно тут… О, наверное, в холодильнике.

С улицы доносятся приглушенные голоса.

– Элла… видел ее… Дэниел… бассейн…

– Рид. – Я заставляю себя подняться. – Рид.

Пошатываясь, я прохожу мимо двух девчонок, которые целуются, не замечая ничего вокруг.

– Эй, подожди-ка. – Дэниел с грохотом закрывает ящик, подбегает ко мне и хлопает ладонью по двери, прежде чем я успеваю открыть ее. – Куда это ты собралась?

– Мне пора уходить, – настойчиво говорю я и хватаюсь за дверную ручку.

– Никуда ты не пойдешь. Возвращайся на место.

Мы начинаем бороться за дверь. В руке Дэниела появляется что-то острое и блестящее.

– Хью, помоги, – зовет он.

Я принимаюсь молотить руками в дверь.

– Рид! Рид!

Дэниел разражается ругательствами, а Хью оттаскивает меня в комнату, но уже слишком поздно. Дверь распахивается, и появляется Рид. Увидев нас, он приходит в ярость.

Я рвусь к нему. Изумленный Дэниел отпускает меня, и я падаю на пол.

– Что, мать вашу, тут происходит?! – рычит Рид.

– Черт, мужик, да она просто в хлам, – торопливо рассмеявшись, отвечает Дэниел. – Мне пришлось привести ее сюда, чтобы она не опозорилась при всех.

– Нет, нет, – возражаю я, пытаясь объяснить, но в голове ужасная каша.

Я не могу найти нужных слов и в отчаянии смотрю на Рида. Теперь он меня возненавидит. Он поверит, что я на самом деле шлюха. Желание бороться угасает. У меня больше нет сил.

В дом входят еще люди, и перед моими глазами появляются пять пар огромных ног. Число свидетелей моего позора растет. Я опускаю голову на плиточный пол в надежде, что он разверзнется подо мной и поглотит меня целиком.

– У тебя два варианта, – медленно начинает Рид. Его голос звучит четко и спокойно, как будто он выступает с речью перед целой школой. – Либо ты извиняешься и говоришь правду, и тогда получишь по морде только от одного из нас. Либо ты лжешь, и тогда мы по очереди превращаем твое тело в научный проект. Советую тебе быть осторожным, выбирая слова.

Он говорит со мной? Наверное, да. Я поднимаю голову, чтобы возразить, чтобы сказать, что я не сделала ничего плохого, но тут вижу стену из Ройалов. Все братья здесь. Все до единого, включая Гидеона. Руки сложены на груди, глаза мечут громы и молнии. Но ни один не смотрит на меня.

Я оборачиваюсь через плечо на Дэниела, который стоит, опустив руки, между пальцев болтается шприц.

Он прочищает горло.

– Рид, я не сделал ничего…

– Похоже, ты сделал свой выбор.

– Да, и очень глупый, – слышу я тихий голос Истона.

Оставив Дэниела в покое, Рид наклоняется и поднимает меня на руки. Он прижимает меня к своей груди, одной рукой поддерживая под попу, второй обняв за плечи. Этот парень был моим врагом, источником душевных мук. Но сейчас я цепляюсь за него так, как будто во всем мире только он может даровать мне утешение и покой.