Бумажная принцесса - Эрин Уатт

Я выгибаю бровь.

– Теперь ты тоже будешь контролировать мою социальную жизнь?

– Сегодня вечером – да. – Его тон не допускает никаких возражений. – Я серьезно. Держись подальше от этой вечеринки.

После прошлой ночи у меня у самой нет ни малейшего желания вообще появляться на вечеринках, но я так и не привыкла к тому, когда мне указывают, что делать.

– Может быть.

– Никаких «может быть». Ты никуда не пойдешь.

Гидеон исчезает в доме, но не проходит и пяти минут, как над моим шезлонгом нависает Истон.

– У Брента Уортингтона…

– Вечеринка, – заканчиваю я за него. – Да, я уже в курсе.

Он потирает рукой щетину.

– Ты не пойдешь.

– Вижу, вы с Гидеоном уже пообщались.

Судя по его лицу, так оно и есть, но Истон решает применить другую тактику и улыбается мне своей ослепительной мальчишеской улыбкой.

– Слушай, сестренка, что тебе там делать? Отдохни сегодня, расслабься, посмотри какую-нибудь мыльную оперу…

– Мыльную оперу? Я что, пятидесятилетняя домохозяйка?

Он фыркает.

– Ладно, тогда посмотри порнушку. Но сегодня ты с нами не пойдешь.

– С нами? – эхом повторяю я. – Рид тоже идет?

Истон пожимает плечами, а его попытки не встречаться со мной взглядом настораживают меня. Что, черт возьми, они задумали? Внутри нарастает паника. Дэниел тоже там будет? Поэтому они не хотят, чтобы я пошла?

Но я не успеваю задать ни одного вопроса, потому что Истона уже и след простыл. Вздохнув, я поднимаю книгу и пытаюсь сосредоточиться на главе, которую читаю. Но все бесполезно, меня терзают сомнения.

– Привет.

Я поднимаю глаза и вижу приближающегося Рида. Впервые за сегодняшний день он смотрит прямо мне в глаза.

Его мускулистое тело опускается на стоящий рядом шезлонг.

– Как ты себя чувствуешь?

Я откладываю книгу.

– Лучше. Голова больше не болит, но слабость еще ощущается.

Он кивает.

– Ты должна поесть.

– Я поела.

– Тогда поешь еще.

– Поверь мне, я готова лопнуть. – Мои губы растягиваются в улыбке. – За обедом Валери засунула в меня безумное количество креветок и крабовых ножек.

Его губы дергаются.

«Улыбнись, – мысленно умоляю я его. – Улыбнись мне. Коснись меня. Поцелуй. Сделай хоть что-нибудь».

Но улыбка так и не появляется.

– Послушай, насчет прошлой ночи… – Рид откашливается. – Я должен узнать кое-что.

Я хмурюсь.

– Хорошо.

– Ты… было ли это… – Он вздыхает. – Ты не думаешь, что вчера я воспользовался твоим состоянием?

– Что? Конечно, нет.

Но напряжение в его взгляде не уходит.

– Ты должна быть откровенна со мной. Если тебе кажется, что я воспользовался ситуацией или сделал что-то, чего ты не хотела… скажи мне.

Я сажусь прямо, а потом склоняюсь к нему и обхватываю ладонями его лицо.

– Ты не сделал ничего, чего бы я не хотела.

Риду явно становится легче. Когда я провожу большими пальцами по его нижней челюсти, у него учащается дыхание.

– Не смотри на меня так.

– Как? – шепчу я.

– Ты знаешь как. – Простонав, парень убирает мои руки от своего лица и, пошатнувшись, встает. – Этого больше не повторится. Я не допущу.

От отчаяния все внутри у меня сжимается.

– Почему нет?

– Потому что это неправильно. Я не… Я не хочу тебя, поняла? – Рид мрачно усмехается. – Вчера вечером я просто проявил любезность, потому что ты была под кайфом и тебе нужна была помощь. Я оказал тебе услугу, вот и все. Я не хочу тебя.

Он уходит прочь прежде, чем я успеваю отреагировать. А вернее, прежде, чем я успеваю обозвать его гнусным лжецом. Рид не хочет меня? Вранье. Если бы он не хотел меня, то не целовал бы так, словно умирал от голода, а я была единственным источником насыщения. Если бы он не хотел меня, то не любил бы мое тело так, словно это величайший дар, и не обнимал бы меня до тех пор, пока я не усну.

Он врет мне, и теперь моя тревога достигла рекордного уровня. И не только тревога, но и решимость, потому что у Рида Ройала определенно есть секреты, в которых я пока не могу разобраться.

Но я разберусь. Я все выясню. Почему он держит всех на расстоянии, почему считает себя недостойным, почему притворяется, что между нами ничего нет, хотя мы оба знаем, что это не так. Я узнаю все его секреты, черт побери!

А это означает, что… похоже, сегодня я все-таки иду на вечеринку.