Цепная реакция - Симона Элькелес

ДОВЕРЯТЬ. ОН УМОЛЯЛ меня доверять ему, а сам все это время входил в «Мексиканскую кровь»… как и Марко. Нет, мое сердце не замерзло. Оно просто разбито.

Я буквально вылетаю на улицу и забираюсь на заднее сиденье его мотоцикла.

— Можно я все объясню? — просит Луис.

Качаю головой. Мои подозрения возникли не на пустом месте, и обидно, что я к ним не прислушалась.

— Это не то, что ты думаешь, — говорит он.

Да уже понятно. Это не любовь. Видимо, это просто слово, которым парни пользуются, чтобы манипулировать девушками?

— Неважно, что ты хочешь сказать, я не стану тебя слушать. Если не отвезешь меня домой, пойду пешком, — отвечаю я и слезаю с мотоцикла. Луис вполголоса чертыхается.

— Никуда ты не пойдешь. Я отвезу тебя.

Снова сажусь на байк и хватаюсь за спинку сиденья. Не хочу, не могу держаться за Луиса. Если я прикоснусь к нему, то растеряю всю свою решимость и точно позволю объяснить, почему все указывает на то, что он в «Мексиканской крови». И я боюсь верить ему — потому что хочу верить. Ведь он же сказал: «Это не то, что ты подумала».

Луис останавливается возле моего дома.

— Ник, — говорит он, когда я слезаю с мотоцикла и иду к двери. — Ник!

Останавливаюсь, но не оборачиваюсь.

— Ты родом из богатой семьи и живешь в богатом квартале. Я — нет. Парни, такие как Марко и Чуи, они… это мой народ.

— Я тоже, — бормочу я.

— Да, но по-другому. — Чувствую, как его ладони ложатся мне на плечи. — Я не в «Мексиканской крови», Никки. — Он разворачивает меня к себе лицом, протягивает руки. — Вот, смотри сама, я не помечен «Кровью», на мне нет татуировок. Я не могу сказать, что не общаюсь и не тусуюсь с бандой, но я не один из них, точно.

— Я не хочу, чтобы ты с ними общался.

— Это все равно как если бы я попросил тебя не общаться с Кендалл.

Не могу не признать, что Луис прав, хотя мне очень хочется, чтобы это было не так. «Мексиканская кровь» — своего рода часть пейзажа, нечто неотъемлемое от южных районов Фейерфилда, где он живет.

— Я уже ничего не понимаю, Луис, — говорю я, отступая от него, чтобы мыслить ясно. — У меня такое чувство, что ты не говоришь мне всей правды. Я нуждаюсь в тебе, но боюсь, что ты уже в банде.

— Я просто тусуюсь с ними, вот и все.

— Помнится, я такое уже слышала. И говорил мне это Марко. Мы оба знаем, чем все закончилось.

— Никки, я не Марко. Я не в банде. И я тебя не брошу.

Смотрю ему в глаза и вижу в них только искренность. Ни обмана, ни недомолвок.

— И никакой торговли наркотой, Луис, иначе между нами все будет кончено.

— Ни за что на свете, — говорит он. — Обещаю.