Эверест. На грани жизни - Екатерина Васина

— А как вы… — его бывшая отступила на шаг. — А вы…

— А мы вместе на Эверест поднимались. — сообщила я радостно. — Потом попали в бурю и искали друг друга. Так что нам друг с другом не скучно.

Лиля почему-то пошла пятнами, потом закусила губу и молча рванула вниз по лестнице. Я пожала плечами и закрыла дверь. Больше бывшая Алекса нас не беспокоила.

Я продолжила смотреть в окно. То чувство ожидания, когда ты понимаешь, что любимый человек вот-вот появится. И тебе хочется увидеть этот миг, запомнить его.

Тучи постепенно приближались, гром стал ярче, отчетливее. Я подставила лицо порыву ветра. Да, после операции у меня был нервный срыв. Когда хотелось забиться в угол и никого не видеть. Когда ненавидела всех и вся за то, что лишилась пальцев. И да, я выбралась из этого. Без таблеток, только усилиями своей воли и воли Алекса. А еще его родителей.

В детстве я по сути была лишена нормальной семьи. А сейчас получила все и сразу. Родители Алекса приняли меня сразу и без вопросов. Хотя мне поначалу было не по себе от мысли, что сестра Алекса в инвалидной кресле по вине моего папаши.

— О, просто заткнись. — проговорила Марина, когда я наедине попыталась извиниться за поступок отца. При этом чувствовала себя просто ужасно.

Пришлось заткнуться, а сестра Алекса отчеканила, чуть наклонившись вперед и опираясь руками о подлокотники своего кресла.

— Тебе повезло, что ты другая, Джул. Ты ушла из той семьи, нашла Алекса. И думаю, этот разговор мы никогда не будем вспоминать. Тем более, — тут она широко улыбнулась, — я все равно буду ходить. Рано или поздно.

Вот после этого разговора моя апатия и жалость к себе резко пошла на убыль. Сижу тут, сопли развесила, тогда как надо радоваться тому, что жива, что исполнила мечту и что забрала себе мужчину своей мечты. Да, мужчина мечты из Алекса так себе: ворчит, любит командовать, придумать прозвища, то торчит дома, то может удрать в горы на несколько месяцев.

Но это моя мечта. И мой мужчина. Горы соединили нас. Мы знаем, что готовы ринуться друг за другом куда угодно и когда угодно. И моя семья после не камень преткновения. Тем более буквально после нашего возвращения из Катманду в новостях прошла просто ошеломляющая новость. Папочка, судя по всему, забыл поделиться с кем-то вышестоящим. И в итоге его арестовали, все его счета заблокировали, все имущество также под замок. Насколько я знаю, он до сих пор пытается судиться и пока находиться за решеткой. У него вроде остались какие-то связи. Но ему сейчас точно не до меня. Богдан, понятное дело, слился сразу же. Мать забрала Нину из закрытой клиники и уехала куда-то к дальним родственникам.

Пару раз я думала, жалко ли мне свою семью? И поняла в конце концов, что не чувствую абсолютно ничего. Ни ненависти, ни жалости, ни злости. Они точно посторонние люди, которые прошли мимо и исчезли где-то за поворотом. Никто из них не звонил, когда я выла ночами в подушку, в больнице. Хотя я точно знаю, что они были в курсе, что со мной.

Гром прогремел, казалось, над головой. И тут как раз я увидела знакомую машину. Сердце мигом подпрыгнуло куда-то к горлу, забилось чаще. Я приподнялась на цыпочках, стараясь не упустить ни малейшей секунды. Вот машина, поблескивая темными боками, остановилась у высокого тополя. Таких в нашем дворе множество. А спустя минуту появился и Алекс, единственная слабость медоеда. То есть — меня. Темные волосы подстрижены совсем коротко, извечная щетина, о которую я так люблю тереться. И от которой на моем теле иногда красные полосы. Джинсы и футболка, как всегда чуть неформальный вид и походка хищника. Все, держите меня!

Я вихрем промчалась через кухню и прихожую, быстро глянула на себя в зеркало. Успела только поправить забранные в хвост волосы, как в двери уже заворочался ключ.

— Медоеды наступают! — только и смог произнести Алекс, когда я повисла у него на шее. В руках он держал красную папку, на которую я поначалу не обратила внимания.

— Медоеды наступают и выигрывают. Ты помнишь, что мы завтра собирались сгонять и посмотреть как там музей в моем бывшем доме?

— Помню, помню. — проворчал Алекс.

Он уже скинул обувь и прошел на кухню. Мельком потянул носом воздух и проговорил мечтательно:

— Вот всегда хотел, чтобы пришел домой, а тут пахнет выпечкой. И вроде мечта сбылась, но ведь знаю, что ты, зараза, при первой же возможности со мной в горы рванешь.

— Ну…

В горы я действительно хотела, рвалась, но пока не знала насколько хорошо теперь у меня будут получаться подъемы. Хотя вон люди и без ног поднимаются.

— Без ну. — отрезал Алекс. — Здесь кое-что интересное!

Он похлопал рукой по папке.

— Что же?

— Помнишь я тебе рассказывал про своего кузена? Он в США устроился работать с протезами?

— Было что-то такое.

— Я с ним тут переписывался. В общем, тут список всего, что надо сделать для установки бионических пальцевых протезов.

Я открыла рот…. закрыла. Нет, иногда о таком я думала, но… но почему-то молчала. Отпугивала цена… да много чего пугало.

— Но это же…кхм…

— Дорого? — приподнял бровь Алекс. — И это говорит человек, который продал дом, чтобы рвануть на Эверест?

— Кстати! — оживилась я. — У меня от тех денег еще осталось. И мы могли бы…

— Знаешь, Джул, я так то хреновый романтик, да?

— Ну, букет из колбасок меня впечатлил, да.

— Ты сама ныла тогда в больнице, что хочешь чего-то вкусного и вредного. — возмутился Алекс. — Я все воображение на помощь позвал!

— Ты сейчас это к чему?

— К тому, что я все сделаю для того, чтобы ты опять ходила в горы. И строчила на этом своем ноутбуке. И вообще, собирайся за меня замуж!

Ик…

Я икнула громко. Алекс мигом с преувеличенной заботой сунул мне стакан с водой, приговаривая:

— Ничего, милая, ничего. Это не так страшно, у всех бывает в первый раз. Главное в ЗАГСе в обморок не хлопнись.

— Дурак. — проговорила я ослабевшим голосом. — Ты даже предложение нормально сделать не можешь. Балбес!

— Так пойдешь замуж то? — прищурился Алекс. — За дурака и… как ты там называешь меня? Упырь? Балбес? Полный набор!

Я просто подошла и уткнулась носом ему в грудь. Там бешено стучало сердце. Да и дышал Алекс так, точно только что поднялся на вершину Эвереста. Признаться, у меня сейчас были похожие ощущения.

Разве что дышалось наоборот легко. Очень-очень легко.

— Выйду. — пробормотала куда-то в футболку.

А когда Алекс проворчал что-то насчет временной глухоты, вскинула лицо и повторила уже громче.

— Выйду я за тебя. Никуда ты не денешься!

И в этот момент мне казалось, что я покорила еще одну вершину. На которую порой очень тяжело взобраться. И это Любовь.