Проклятый бывший - Эрин Стерлинг

– Хочешь, я тебя понесу? – предложил он, и она посмотрела на его дом.

– Без обид, но если меня отнесут в этот дом на руках, я почувствую себя слабонервной героиней фильма ужасов.

– Понятно, – сказал Рис с легкой улыбкой, но все равно обнял ее, пока они поднимались по ступенькам крыльца.

– Кто знал, что мимолетная одержимость настолько лишает сил? – спросила она, и когда Рис отпер дверь, он снова посмотрел на нее, изучая ее лицо.

– Уверена, что с тобой все в порядке?

Технически так оно и было. По крайней мере, с телом все было нормально, оно просто устало.

Но у нее болело сердце.

Завтра ночью и этот город, и Пенхоллоу умрут.

Голос Пайпер так же явно звучал в ее сознании, как горели ее глаза, когда она смотрела на Риса.

Риса, который… насвистывал веселый мотивчик, когда они входили в дом.

Виви последовала за ним, наблюдая, как он бросил ключи на стол, затем пошел на кухню и появился с парой бутылок воды.

– По крайней мере, теперь, когда Пайпер сказала свое слово, она может перестать бродить по библиотеке, – заметил Рис, и это была единственная хорошая вещь из случившихся этой ночью. Закончив речь, она исчезла, Свеча Эвридики рассыпалась в пыль, и у Виви возникло ощущение, что на этот раз девушка ушла навсегда, никаких связывающих заклинаний не требовалось. Но ее все еще огорчала мысль о том, что эта яркая, талантливая ведьма чувствовала, как ее сила медленно иссякает, когда она пытается использовать магию, оказавшуюся для нее совершенно непосильной. И все напрасно.

Рис протянул Виви бутылку воды, пару раз перевернув свою в руке, прежде чем открыть ее.

– Тем не менее миссия выполнена и все такое. – Он двинулся к ней, но Виви отступила от него, внезапно почувствовав себя уже не такой измученной.

– Рис, ты пропустил ту часть, где, если мы не исправим это к завтрашнему вечеру, ты умрешь?

Он беззаботно стоял в гостиной, потягивая воду.

– Это она так говорит.

Виви уставилась на него, разинув рот.

– Нет, это не просто слова. Серьезно. Ты умрешь, если мы не сможем поднять дух Элвид и каким-то образом убедить ее простить тебя за грехи твоей семьи. Что, позволь мне напомнить, является очень сложной задачей.

– Никогда не узнаешь, пока мы не попробуем, так что не вижу особого смысла беспокоиться об этом, – сказал он, а затем поставил свою бутылку на стол и подошел, чтобы взять ее за руки.

– Раз я все равно умру, подумываю о похоронах викингов. Посади меня в огненную лодку, понимаешь? Здесь есть озера поблизости?

Вырвав свои руки из его ладоней, Виви уставилась в его голубые глаза, в его красивое лицо и снова ясно увидела ту карту Гвин. Шут, бодро шагающий с обрыва.

– Ты можешь не шутить по этому поводу? – огрызнулась она, и Рис покачнулся на пятках, на его лбу появились три складки.

– Извини, – сказал он. – Я забыл, какая у тебя была ночь. Не самое подходящее время для острот, ты права.

– Не делай так

– Как именно?

Скрестив руки на груди, Виви повернулась к нему, лицом к входной двери, в голове у нее стучало, во рту пересохло.

– Не веди себя так, будто я не считаю это смешным лишь из-за собственной усталости. Я не считаю это смешным, потому что для меня нет ничего забавного в том, что ты, возможно, умрешь, тем более что это моя вина.

Ее голос дрогнул на последнем слове, и она почувствовала, как слезы защипали ей глаза.

Пожалуйста, только не расплакаться перед ним, не расплакаться перед ним, не расплакаться перед ним…

Но было слишком поздно, и он издал сочувственный вздох, когда снова потянулся к ней.

Отступив назад, Виви подняла руки.

– Нет. Я… ладно, не в порядке, но я просто…

Она посмотрела на него и в сердцах произнесла слова, слова, которые так сильно ее пугали.

– Что, если мы не сможем это исправить, Рис?

– А что, если сможем?

Он снова потянулся к ней, и на этот раз Виви уступила, позволила ему обнять себя, положила голову ему на плечо, закрыла глаза и почувствовала, как ее сердце упало куда-то к югу от пупка. Это был Рис.

Вот каким он был. И ей нравился его жизнерадостный оптимизм, вера, что все пойдет по его плану, потому что, честно говоря, так было всегда.

Он всегда будет таким.

И он всегда будет разбивать ей сердце. Он не хотел бы, он определенно не хотел бы, но этого не миновать.

И кто знал, что тогда произойдет? Виви не хотела, чтобы так все вышло, но оно вышло, и все потому, что она слишком сильно любила его, испытывала к нему слишком много сильных чувств. И, может быть, женщина, в жилах которой не течет колдовство, могла бы рискнуть пойти на такое, но Виви не могла.

Только не снова.

С трудом сглотнув, она отстранилась.

– Я собираюсь вернуться к Элейн сегодня вечером, – заявила она, и он нахмурился.

– Вивьен.

– Увидимся завтра, – сказала она, заставив себя улыбнуться, даже когда вытирала слезы ладонью. – И ты прав, мы все исправим, и все будет хорошо, и на этот раз ты сможешь вернуться в Уэльс, не получив с моей стороны звание ублюдка.

Он и тогда не улыбнулся, но кивнул и отпустил ее.

– Я могу отвезти тебя обратно, – предложил он, засунув руки в карманы, серьезно глядя на нее.

– Я прогуляюсь пешком, – откликнулась она. – Это недалеко.

И действительно, прогулка вышла короткой, но свежий вечерний воздух пошел ей на пользу, пока она возвращалась к Элейн. Она даже уже не плакала, когда вошла в парадную дверь.

– Виви, – сказал сэр Мурсиваль из своей корзины, и она улыбнулась, присев на корточки, чтобы погладить его.

– Каждый день учишь новые слова! Посмотри, как ты продвинулся.

– Сладость? – спросил он, моргая своими большими зелеными глазами, и Гвин крикнула из кухни:

– Не давай ему ничего! Он уже и так наелся от души.

Виви пошла на звук голоса своей кузины и оперлась бедром о кухонный стол, пока Гвин помешивала что-то на плите.

– Не останешься сегодня с Рисом?

– Нет. Мне нужна передышка.

Гвин долго не отвечала на это, а затем отвернулась от своего варева и сказала:

– Ты можешь сказать, что влюблена в него, ты знаешь это.

– Я не влюблена, – возразила Виви, но отвернулась, чтобы не лгать Гвин в лицо. – Это просто… как было раньше. Страстное увлечение.