Игра Саида. Единственная - Ая Кучер

– Халид?

– Другой. Вроде как брат.

– Вроде как? Почему?

– Длинная история, пташка, и не очень интересная. Так, перипетии нашей семейной линии.

– Расскажи! Мы ведь никуда не спешим. Ты почти не говорил о семье, а о моей всё знаешь.

– Иди ко мне, и тогда расскажу.

Это подлая приманка, которая работает. Подбираюсь к Саиду, потому что хочу получить ответы. Сама сажусь на его бёдра, так привычно. Только длина платья не позволяет устроиться удобнее.

– Ты же знаешь, с Халидом у нам общий только отец.

– Да, это ты говорил.

– Дамир его двоюродный брат, сын тетки Халида. И моей, по сути. Я в это никогда не углублялся, потому что с семьей отца не лучшие отношения. Они по себе, я по себе. Мать только упрямо фамилию навязала, но на этом всё. Уже потом мы с братьями сами сошлись.

– Хм…

Тяну, пытаюсь разложить всё по полочкам. Не так сложно получается, как Саид расписывал. Раздраженно втягиваю воздух, когда понимаю, что мужчина просто заманил меня. Нашел предлог, чтобы теперь касаться моей талии.

– Кажется, ты что-то такое упоминал, - или у меня чувство дежавю?

– Возможно. Но я готов в любой момент повторить. Наклонись, пташка.

– Вопрос за вопрос, помнишь? Вместо вопросов буду другое брать.

– Например?

– Тебя.

Саид давит ладонью между моих лопаток, заставляет наклониться к нему. Практически лечь сверху. Грудь, которая стала слишком чувствительной, теперь трётся о ткань.

Жаром наливается и тянущим чувством, от которого всё тело наполняет дрожью. Всхлипываю в поцелуй, потому что Саид задирает платье. Ведёт по ногам, будто проверяет, ничего ли не поменялось.

– Вопрос, - повторяю, едва приподнимаясь с него. – Получается, Эмин твоим братьям не родной, да?

– Ни капли, только мне. Рубашку расстегни.

– Саид! Мы не будем заниматься сексом здесь!

Настолько сержусь, что даже не смущаюсь сказанным словам. И нет сейчас желания ничего делать. Вот лежать на Саиде мне нравится, и двигаться не хочет.

– Пожалуйста, - добавляю, стараюсь лаской добить. Даже тянусь, целуя колючий подбородок. – Давай просто полежим так?

– Вечером отработаешь.

– Может. Лучше ещё о семье расскажи.

– Больше никого особо и нет. Мать умерла давно, сестра тоже. Спихнула мне Эмина, а я с воспитанием не справился. Вот, буду исправлять всё. Моя ошибка.

– Почему твоя? А где отец Эмина? У вас не такая большая разница в возрасте…

Не понимаю, при чем тут Саид к воспитанию племяннику. Я понимаю их традиции и привычки, и ответственность тоже. Но разве остальные не должны были помогать?

Кажется, Саид рассказывал, что дед жив. Или был жив раньше? Но он тоже мог помочь. Да и братья его, родные или вроде как. Не хочу думать о такой несправедливости.

А если у нас будут дети и с ними что-то случится, то их тоже на кого попало спихнут?

– Отец Эмина давно погиб, ещё до его рождения. Потом снова её снова замуж выдали.

– Выдали? Как это – выдали?

Я прекрасно понимаю, что это значит. Восточные традиции, чтоб им провалиться! Но как можно просто так сестру отпустить? Или для Саида это в порядке вещей?

– Только рискни! – подбираюсь, упираюсь пальцем в грудь мужчины. – Если у нас будет дочь, то только рискни за неё решать. Я сама и тебя придушу, и её жениха. Ты не посмеешь…

– Пташка, не нарывайся.

– Нет! Нет, не смей так поступать! Выдавать насильно…

– А у нас не такая ситуация, Ника? Бегала, а сейчас сама со мной в постель ложишься.

– А ты не сравнивай!

Подскакиваю на ноги, не могу уместить всё в голове. Меня трясет от страха за дочь, которой у нас даже может и не быть. Мальчик родится, а на этом всё. Сбегу от этих сумасшедших, сверкая пятками.

– Ты сам сказал, что это моя вина. Мол, я откликнулась в первую встречу. Но так вот, выдавать… Не спросив согласия, правда ведь?

– Не спрашивали у сестры, да. Но не думай об этом, пташка. Все наши дочери выйдут за того, кого сами выберут. Если я одобрю, конечно.

– Все? Наши? Одобришь?

Ох, у меня от вопросов голова кругом. Упираюсь ладошками в стол, пытаясь хоть что-то сообразить. Саид хочет дочерей? И сразу на нескольких рассчитывает.

– Пташка, - обнимает меня за талию, упирается бедрами. Оставляет поцелуй за ухом. А меня моментом плавить начинает. – Мы договоримся. Никто наших дочерей не тронет, слышишь? С сестрой другая ситуация была.

– Какая?

– Главой семьи является самый старший. Дед и её отец. Они решали, я там ничего сделать не мог. Сам сопляком был, и уважать решения старших должен был. Сейчас старший – я. О детях не волнуйся.

– Мы пока только одного планируем.

– Это пока.

– Так, хм, ты знаешь, где Эмин? Его не было в том доме?

Меняю тему, потому что невыносимо думать про то, что у нас ещё дети будут. Много, таких же темноволосых и с голубыми глазами. Маленькие копии Саида. Хочется этого…

И страшно.

– Нет, пацан умный, всё подчистил вовремя. Не переживай, пташка, сегодня всё решится.

– Сегодня?

Я резко оборачиваюсь, едва не бью Саида из-за неожиданности. Что значит сегодня? Как? Именно поэтому Хаджиев приехал сюда, чтобы всё сразу закончить?

– Именно. Жди! – Саид рявкает, когда раздается стук в дверь. Оставляет поцелуй на моих губах, а после отходит. – Да.

– Ты таким тоном не со мной разговаривай.

Незнакомый мужчина появляется на пороге. Крупный и высокий, с темными волосами. Чуть светлее, чем Саид, но очень похож. Только младше, наверное.

– Шамиль передал, что во второй кабинке собрание, - усмехается. И улыбка такая же, как у Хаджиева! Один в один! – Тебе пора. Точно не хочешь, чтобы мы с тобой пошли?

– Мы? Твою мать, Дамир, не говори, что и Халида сюда притащили. Семейное сборище, чтоб вас!

Саид заводится, а я стараюсь вообще не двигаться. Лишь наблюдаю, как его мышцы напрягаются, желваки играют на висках. Вот-вот взорвётся, а я хочу как можно дальше