Вредина для мажора - Ники Сью

- Я уже купил. На заднем сидении тортик.

Мы выехали на трассу, болтали, слушали музыку. Филатов рассказывал истории из детства, про бабушку и родителей. Пытался подбодрить, окутать теплом. Сперва думала, у него получилось, но, когда мы завернули в сторону его большого особняка, весь настрой сдулся.

Честно сказать, я не думала, что люди в реальности могут жить в таких домах. Нет, конечно, всякие там звезды или политики, однозначно живут. Но чтобы простые смертные… Хотя, о чем это я? Разве парень, который разъезжает на дорогой машине относится к обычным обывателям этого города? Глупо было об этом забывать.

Мы остановились напротив высоких железных ворот, а через секунду они отворились, предоставляя нашему вниманию целое поместье. Не иначе! По-другому и не назвать. Въездная дорога по ширине и длине больше походила на городское шоссе, которое окружили лужайки, деревья и зеленые кусты.

Я прилипла к окну, позабыв обо всех приличиях: нагло разглядывала двухэтажное массивное здание с фонтаном у входа. Сланцевая мрачная крыша, окна в длину стен так и кричали – здесь живут очень богатые люди.

- Приехали, - сообщил Рома, заглушая мотор. Глянул на меня, тепло улыбнулся, словно говоря глазами: «ничего не бойся, я с тобой». А я может и не боялась бы, если бы не помнила его маму. Интересно, ей вообще реально понравится?! Или девушке вроде меня сразу заказан путь обратно…

Я открыла дверь, собираясь вылезти наружу, но тут Филатов подскочил. Обошел машину, протянул руку, словно принц из волшебной сказки. Я неуверенно коснулась его ладошки, смущенно опуская ресницы. Щеки обдало легким жаром, а по спине побежали мурашки. Никак не могу привыкнуть к этим прикосновениям. Нет, они безумно приятные, просто очень смущающие. Хотя я бы не отказалась и от других прикосновений. Однако от этих фантазий даже уши покрываются алым цветом.

Мы вошли в дом: светлый, с высокими потолками, и винтажной мебелью. Нас никто не встретил, как обычно, бывает. Вот мои бы родители стояли на пороге с караваем и солью, не иначе.

Я сняла плащ, Рома тоже скинул верхнюю куртку. Скользнул по мне оценивающим взглядом и потом как-то уж больно нагло присвистнул.

- Эй, - пнула его в бук.

- Ты милашка, ни дать ни взять, - сообщил он, играя бровями. Подхватил меня за руку и потащил вдоль коридора.

- Я начинаю сомневаться, что мы приехали на званый ужин, - улыбнулась, стараясь держать ровной спину. В этом доме чувствовала себя некомфортно, будто Золушку притащили на балл без платья и тыквы.

- Кто знает, может так и есть. Боишься?

- Надо начинать? – на удивление шутки Филатова помогали: отвлекали от переживаний.

- Теперь я тоже боюсь, - мы вдруг остановились. Рома наклонился, и чмокнул меня в щечку. Настолько обыденно у него это вышло, словно такое происходит каждый день много лет подряд.

- О! Катенька! – послышался знакомый голос. Я моментально отпрянула, смутилась и опустила голову. Надежда Петровна вихрем подлетела ко мне, оттолкнула Филатова и стиснула в своих теплых объятиях. От нее пахло ванилью, как от моей бабушки. И вообще она вдруг показалась мне настолько своей, родной. Странное ощущение.

- Рада вас видеть, - ответила, пытаясь не задохнуться.

- И я. Хоть одно приятное лицо в этом доме, этого ж не дождешься. Да, Ромочка?

- Ой, ба, ну что ты сразу, - Фил положил руки нам на плечи и повел в сторону кухни, где уже был накрыт стол и сидела… его мама с отцом.

- Всем привет, - поздоровался Рома, подводя нас с бабушкой ближе. Надежда Петровна нахмурилась, отпустила меня и отодвинула стул.

- Добрый день, - произнес низким баритоном, судя по всему, отец Филатова. Теперь понятно в кого сын такой симпатичный. Они были просто копией, вот даже форма губ и глаз. А еще в отличие от мамы, от него не веяло холодом.

- Добрый… - произнесла та самая женщина, которая некогда окрестила меня золоискательницей. Сегодня она выглядела превосходно, волосы собраны в прическу, платье, обегающее стройную фигуру, а тонкие пальцы с кольцами отбивали забавный ритм по столу. Откровенно говоря, на лице мамы Ромы все было написано, и говорить ничего не надо. Что я здесь делаю, как посмела переступить порог этого особняка, и все остальное. Приятного мало.

- Родители, бабуль, официально хочу представить Катю! – сообщил Фил, обводя всех радостным взглядом. Надежда Петровна даже улыбнулась, глазками захлопала, словно приятно удивлена.

- Официально? – уточнила его бабушка.

- Это Катерина Савельева – моя девушка! – сообщил Филатов.

Глава 38

Рома

Откровенно говоря, я не переживал насчет званого вечера. Ну, подумаешь, мама с Катей в контрах. Когда это было. Да и бабуля здесь, она в Рине души не чает. А это, на минуточку, большая редкость.

– Девушка? – переспросила мама, сверля меня взглядом. Ух, сколько в нем огня, пулемет не нужен.

– Правда? – бабуля подскочила. Вот кто рад за меня по-настоящему. Давай обнимать Катерину снова, даже в щечку чмокнула. Рина, конечно, засмущалась, плечи опустила, но стойко выстояла, молодец. Папа тоже поднялся с коронного места. Подошел к нам, протянул руку и официально представился.

– Виктор Дмитриевич, будем знакомы, Катерина. А это моя жена, Анастасия Александровна.

– Взаимно, – Катя кивнула, но жест приняла стойко. Губки ее растянулись в обаятельной улыбке, и мне вдруг стало жаль, что я еще не успел попробовать их на вкус.

– Ром, ты бы хоть нас с матерью предупредил. И бабушка в шоке сидит.

– А что бабушка? Бабушка в приятном шоке. Катюша же солнышко, я все одобряю, – засмеялась ба.

– Присаживайтесь за стол, – скомандовал отец. Мама, правда, так и не поднялась. Зубки показывала. Ну, ничего, это дело поправимое. Сейчас слово за слово разговорится, потом не оторвать будет.

Бабуля настояла, чтобы мы с Риной уселись рядом, вроде как ей так разговаривать удобней. Мы сопротивляться не стали, да и Катя, судя по всему, с бабушкой чувствовала себя уверенней.

Минут через пять на стол подали горячее: мясо, пару салатов, и блюдо с рисом. Я положил себе, потом дамам, которые сидели по оба локтя от меня. Что ж, роль джентльмена сегодня достается Роману Филатову.

– Сынок, как учеба? – подала голос мать, разрезая на тарелке и без того маленький кусочек картошки на две части. Манеры –