Развод. Я не приму вторую! - Мила Реброва

– Что узнал?

Милена стиснула кулаки и яростно ударила по столу.

– Всё это было из-за тебя! Ты разрушила мою жизнь!

– Это ты разрушила её сама, – ответила я тихо.

Она бросила на меня полный ненависти взгляд.

– Ты думаешь, я просто так оставлю это? Ты даже не знаешь, что я сделала ради него!

Я встала, чувствуя, как внутри всё застывает от её слов.

– Что ты сделала?

– Камиль. Фото. Всё это была я.

– Что?

– Я подстроила всё! – выкрикнула она. – Хотела, чтобы он поверил, что у тебя есть другой. Хотела, чтобы он бросил тебя!

Вот оно. Всё встало на свои места.

– Ты специально подставила меня?

Она злобно рассмеялась.

– Конечно! Потому что ты никогда не отпустила бы его сама!

Я смотрела на неё, ощущая, как гнев смешивается с болью.

– Ты знала, что он не любит тебя.

– Он мог бы полюбить! – взвизгнула она. – Если бы не ты!

Я глубоко вздохнула.

– Милена, ты только что призналась во всём. Ты разрушила свою жизнь. А не я.

Она побледнела.

– Ты думаешь, он выбрал тебя? Думаешь, он простит тебя?

– Он должен простить. Потому что я ничего плохого не сделала. А ты – сделала.

– Вы оба – старые идиоты! – выкрикнула она и развернулась к выходу.

Когда дверь за ней захлопнулась, я села обратно в кресло, чувствуя, как внутри всё дрожит.

Теперь всё стало ясно.

Но в голове бился один вопрос:

А сможет ли Адам простить самого себя?

Адам

Дом встретил меня тишиной.

Я толкнул дверь и шагнул внутрь, надеясь, что никто не выйдет навстречу. Мне нужно было собраться с мыслями перед тем, как снова взглянуть в глаза Марьям.

Но в коридоре валялась сумка Милены. Пустая.

Значит, она вернулась сюда после нашего разговора в кафе.

Я устало потёр виски.

Всё кончено.

Мне стоило почувствовать облегчение. Но вместо этого внутри была пустота.

Я поднялся наверх и медленно открыл дверь в нашу спальню.

Марьям сидела на кровати, сложив руки на коленях. Она не подняла головы, даже когда я вошёл.

Её молчание всегда было для меня самым страшным наказанием.

Я стоял молча, не зная, с чего начать.

“Скажи что-нибудь, чёрт возьми.”

Но я молчал.

– Ты разобрался? – спросила она тихо, наконец поднимая голову.

Её голос был спокойным, но глаза… В них была боль, которую я сам туда поселил.

Я кивнул.

– Милена уехала.

– Насовсем?

– Да.

Марьям молча кивнула и встала, собираясь уйти.

– Подожди, – сказал я.

Она остановилась, не глядя на меня.

– Я… Я ошибся, Марьям.

Она горько усмехнулась.

– Ошибся? В чём именно? В том, что привёл в наш дом другую женщину? Или в том, что поверил ей, а не мне?

Я сжал кулаки.

– В том, что не доверял тебе.

Марьям обернулась, её глаза вспыхнули.

– Ты даже не дал мне объясниться, Адам. Ты поверил, что я могу предать тебя. После всех этих лет – ты поверил в это.

– Я был дураком.

Она горько усмехнулась.

– Нет, ты был уязвлённым. Это была твоя гордость. Ты не мог пережить мысль о том, что твоя жена может кому-то нравиться.

Я не нашёл, что ответить. Потому что она была права.

– Прости меня.

Она долго смотрела на меня, затем тихо сказала:

– Знаешь, что самое обидное?

– Что?

– Я любила тебя даже тогда, когда ты ненавидел меня.

Эти слова пробили меня насквозь.

Она подошла ближе и посмотрела мне в глаза.

– Я устала, Адам. Я устала доказывать тебе свою верность.

– Я не прошу…

Она подняла руку, прерывая меня.

– Нет, ты должен услышать это. Ты унизил меня. Ты сделал больно не только мне, но и нашим детям. Ты сломал то, что мы строили годами.

Марьям сделала шаг назад.

– Я не знаю, смогу ли когда-нибудь простить тебя за это.

– Я готов вымолить твоё прощение, – сказал я тихо.

Она горько улыбнулась.

– Но ты не можешь вернуть время назад.

С этими словами она вышла из комнаты, оставив меня одного.

И тогда я понял – это будет мой самый трудный путь. Путь к её сердцу.

Адам

Прошёл месяц с тех пор, как Милена ушла из нашей жизни.

Марьям избегала меня. Она была вежлива, спокойна, но между нами теперь стояла стена. И эта стена была моей виной.

Каждое утро я просыпался с одной мыслью: как вернуть её доверие? Как вернуть то, что мы потеряли?

И каждый вечер засыпал с осознанием, что ничего не изменилось.

Она отдалилась. И я не мог её винить.

Дети тоже чувствовали перемены.

Ахмед говорил со мной сухо, Иса постоянно шутил не к месту, а Алия… Она просто молчала и смотрела на меня с упрёком в глазах.

Однажды за ужином, когда Марьям встала со стола раньше всех, Ахмед бросил мне:

– Ты её сломал, отец.

Эти слова застряли в груди, как нож.

Я должен всё исправить. Но как?

Решение пришло внезапно.

Я возвращался с работы, когда увидел объявление о продаже квартир в новом жилом комплексе.

Квартиры для наших детей. Три квартиры. Будущее, которое я могу им обеспечить.

Я не раздумывал. Сразу связался с застройщиком и внёс первый взнос.

Я не могу изменить прошлое. Но могу построить для них будущее.

Через неделю я дождался подходящего момента, чтобы поговорить с Марьям.

Она сидела в саду, укрытая пледом. Зима наступала рано, и воздух был прохладным.

– Можно присесть? – спросил я.

Она посмотрела на меня без особого интереса.

– Конечно.

Я сел рядом и молчал несколько секунд, собираясь с мыслями.

– Я знаю, что всё испортил, – начал я тихо. – Я знаю, что ты больше не веришь мне.

Марьям ничего не ответила.

– Но я хочу, чтобы ты знала… Я всё ещё люблю тебя.

Она резко повернулась ко мне.

– Ты называешь это любовью? То, что ты сделал?

– Нет, – честно признался я. – Это