Испытание любовью - Елена Северная

к своей установке. Санита заворожённо смотрела, как по проводам в установку течёт дымчатая субстанция. Она скапливалась в большой стеклянной колбе, затем через тонкую прозрачную трубку стекала в закрытый непрозрачный куб и вытекала уже с другой стороны и по другим проводам устремлялась к женщине в стазисе. Продолжалось это несколько минут. Александра уже охрипла от крика. Наконец, в машине что-то щёлкнуло, она затихла а вместе с ней и Александра бессильно уронила голову, закатывая глаза.

Мастер Гор с выражением маньяка на породистом лице переключал тумблеры, то и дело косясь на свою жену.

— Потерпи, дорогая, ещё пару сеансов и мы снова будем вместе!

Он подбежал к ней, торопливо провёл руками над телом и издал торжествующий вопль:

— Я знал! У меня всё получилось!

Глаза мага лихорадочно блестели, руки подрагивали, когда он касался тела своей любимой, губы шептали какие-то нежности.

— Мастер?

Санита осмелилась осторожно приблизиться.

— Девушку развязывать?

— Нет! — он хищно клацнул зубами. — Пусть тут лежит!

— Но её нужно покормить и всё такое, — растерянно бормотала Санита.

— Сама виновата! — буркнул мастер. — Согласилась бы добровольно, не было бы так больно. Даже испытала бы некоторое удовольствие. А сейчас пусть лежит так. Ещё пара сеансов и тело можно будет утилизировать.

— К-к-как?

— Руками! — рявкнул Гор, не отрывая горящего взгляда от жены.

— Она умрёт?

— Хаос! — воздел руки мужчина. — Почему ты такая тупая, Санита? Конечно, она сдохнет! Мало того, что люди здесь не могут оставаться на долго, так ещё без магии они вообще не могут существовать! А я выкачаю всё, всё до последней капли! — он кровожадно облизнулся. — Хорошую ты мне магичку достала, долго же мы охотились за ней. Теперь — всё. Завтра я закончу ритуал.

Он заботливо укрыл жену тонким белым покрывалом, поцеловал в лоб и брезгливо осмотрел Александру.

— Мда, хорошая девка, могла бы красивых детей нарожать.

Александра затаила дыхание. Неужели всё? Она укоризненно посмотрела на Саниту, ведь та обещала, что ничего плохого с ней не случится. Как же так?

— Ладно, — устало вздохнул маг. — Прибери здесь всё, — обратился он к женщине, — а я пойду подготовлюсь к заключительной части.

Александра проводила мужчину долгим ненавидящим взглядом. Сумасшедшие маги везде во всех мирах одинаковы. Ради своих целей они ни перед чем не остановятся. Вот и она, Саша, стала просто ключом, последним ингредиентом.

— Помоги … — прошептала она искусанными в кровь губами.

Санита виновато смотрела на девушку. Чем она может помочь? Вернуть её обратно в свой мир? Так для этого нужен огромный запас портальной магии, даже мастер Гор каждый раз по долгу собирает её по крупицам. Каждая вылазка — это дополнительный источник. Он оснащает каждого койсу артефактами, которые поглощают выброс магии смерти в момент гибели противника, если погибает койса, то его артефакт передаёт собранную магию находящемуся рядом. А уж здесь, в лаборатории, артефакты помещаются в машину и из них выкачивается вся собранная магия.

Помочь девушке сбежать? Так куда? Мастер Гор прав: в мире Хаоса люди не живут, они медленно угасают, так как магия мира растворяет в себе всех чуждых ей. Она всё равно умрёт. Так, может, пусть лучше здесь? Если у мага получиться всё, что он задумал, то больше не придется устраивать вылазки в другие миры и койсы вздохнут спокойно. Не будет больше смертей. Её сын будет жить. Выбирая между сыном и неизвестной девушкой, мать выбрала своё дитя.

— Ты же сама сказала, что готова на всё! — напомнила Санита. — Чего теперь отказываешься?

— Это так больно! — жалобно всхлипнула Александра.

— Мастер Гор предлагал тебе более щадящий вариант, но ты же у нас с принципами! Под чужого мужика не ляжешь! Да и другие способы для оргазма тебе не такие, — упрекнула женщина, намекая, что и без мужчины можно получить оргазм, и именно этого и хотел Гор.

Александра покраснела. Вот только этого ей не хватало! Она представила, как руки Гора блуждают по её телу, как он наполняет её собой, как его губы касаются кожи … или вместо рук и губ какие-то странные приспособления на кресле … Бр-р-р-р! Нет! В её жизни был только один мужчина, и он останется единственным!

— Нет, — решительно повторила Александра вслух. — Пусть будет так.

— Как хочешь, — равнодушно пожала плечами Санита и принялась за уборку.

Отключила провод, соединяющий кресло с машиной, откатила её к стене, поставила на зарядку к артефакту, приготовила чистые пробирки, что понадобятся магу во второй части, затем всё же сжалилась над Александрой.

— Пить хочешь?

Та кивнула и обречённо уставилась в потолок.

— Сейчас принесу, — сказала Санита, выходя из лаборатории.

Александра проводила её долгим взглядом. Сердце тоскливо сжалось. Где ты, Раух? Помоги!

Раух.

В бане было тепло, только в вёдрах вода слегка прикрывала дно.

— Откуда воду носишь? — спросил Раух у старухи.

— Колодец во дворе, — глухо буркнула она в ответ.

Герцог Баркжама легко подхватил два деревянных ведра и прошествовал к небольшому колодцу, играя мышцами на накаченной спине, как будто носить воду в баню это прямая герцогская обязанность и он выполнял её регулярно.

— Кхм, — прокашлялась травница, — а ты сзади ничего!

— Я и спереди великолепен! — беззлобно огрызнулся мужчина.

Да и чего злиться? Бабка его уже видела, чего стесняться?

Натаскав полный чан, он поставил последние два ведра, протянул руки ладонями вниз над водой и призвал магию. Дожидаться пока вода нагреется на печке, аккуратно сложенной в углу, не было времени. Он хотел побыстрее смыть с себя липкий пот и приступить к поискам Александры. Яркий огонь, не обжигая дерево, обнял чан и вёдра, уютно попыхивая красными всполохами. Через несколько минут стало намного теплее, влажный горячий воздух приятно окутывал тело. Раух снял штаны и насмешливо бросил через плечо:

— Ну что, мать, дозволишь смыть с себя портальную пыль?

Дамира звонко рассмеялась:

— Ну и пациент у меня! Со всех сторон хорош! И на язык остёр! А как мужское естество — твёрдый?

Раух поперхнулся. Это на что она намекает?

Хлопнувшая дверь сказала, что травница ушла, оставив пациента одного. Он крякнул и с удовольствием вылил на себя первое ведро.

Но один Раух оставался недолго. Дверь снова скрипнула, послышались лёгкие шаги, на плечи легли прохладные ладошки.

— М-м-м, — мурлыкнули в ухо, — какой шикарный экземпляр мужской особи!

Он вздрогнул. Не ожидал, что кто-то составит ему кампанию. Ладошки переместились на грудь и продолжили путешествие вниз, задержались на кубиках пресса, огладили живот и замерли в паху, ощупывая самостоятельный орган мужчины.

— Ох, какой, — томно прошептал чистый женский голосок. — Не часто можно встретить у бабули такого производителя!