Леди и медведь - Анна Григорьевна Владимирова

— Ты права, — вздохнула Виолетта Михайловна, — нам нужно прийти в себя, а Богдану — поправится. Спасибо ещё раз!

Она ещё посидела немного, потом пришел Миртов, и мы обсудили произошедшее. Он сказал, что сейчас на второго соучастника — Валдиса Мшетовича, открыто уголовное дело. Знакомый следователь Миртова вгрызся в в этот случай и обещал результаты со дня на день. По крайней мере, факт подтасовки данных финансового анализы проекта уже вскрылись. Сотрудников уже допрашивают. Придет и очередь Алины.

К концу визита Аля потухла окончательно, а когда нас оставили в покое, я сцапал ее и втянул к себе под бок. Какое же это было удовольствие — утешать свою взъерошенную от расстройства курочку. Я параллельно попробовал ей лоб на температуру, но, кажется, от стресса она полностью выздоровела.

— О чем мне с тобой поговорить? — тихо спросил я.

— А о чем ты хочешь?

— О нас.

— Хорошо. Давай поговорим о нас. Но только не про мое наследство.

— Я и не собирался. Важно то, что тебе придется пройти обучение по сожительству с медведем в моей морде. И экзамен сдать.

Она прыснула.

— Серьёзно?

— Да, — улыбнулся я. — Сколько раз в день кормить, как ухаживать за шерстью, и всякие бытовые премудрости, типа, препараты от блох и клещей, сборщики шерсти, секаторы для когтей…

Алина рассмеялась, а я довольно улыбнулся.

— Ты шутишь.

— Конечно. Блохи и клещи остаются во второй ипостаси… как и шерсть.

— Очень удобно. Кстати, про шерсть и блохи! — спохватилась она. — Яша сказал, что собаки не любят оборотней! Как ты позволил мне забрать Медвежонка?

— Он просто слишком… открытый всему новому. — На самом деле этот пес был слишком недалекий, чтобы отнестись ко мне должным образом, но Алина в него так верила. Может, повзрослеет и поумнеет, но шанс невелик. — Он меня уже не будет бояться.

— Но ты позволил мне его забрать, несмотря ни на что.

— Тебе сложно отказать в чем-то, — улыбался я.

И не корежило меня от этого сиропного диалога. Ну и пусть все между нами слиплось от приторности, мне было хорошо. И ей — тоже. Я чувствовал ее запах, стук сердца, тепло… Да я в лепешку разобьюсь, чтобы это все осталось моим!

— Я попросила Яшу покормить Медвежонка, — вздохнула Алина. — И… я решила уволиться.

— Теперь ты точно сможешь себе это позволить, — улыбнулся я.

— Я ещё не собралась замуж, — покачала она головой. — Давай поужинаем? Вкусно пахнет…

— Можно.

Я нехотя выпустил ее, уже не пряча улыбки. Алина зажгла боковой свет, достала из пакетов контейнеры и устроила нам романтический вечер, насколько он мог таковым быть в больнице. Она кормила меня, нежно стирала капли соуса с губ и всячески заботилась, что означало для меня одно — принятие. Аля уже видела меня во всей красе, но ей не было страшно. А для меня не было ничего важней.

Конечно, не очень хотелось бы проходить через такое, что выпало на нашу долю, но я ни о чем не жалею. Подумаешь, пара пуль в ребрах! Оно того стоило…

Эпилог

— Богдан Демьянович Самойлов-Марков…

— Мраков, — привычно поправил я.

— Как дела? — поднял на меня взгляд тот самый престарелый начальник участка.

— Отлично, — улыбнулся я.

— Вы изменились, — заметил он довольно. — Да и отчеты по вам, мягко говоря, удивляют. Вы, разве что, мир не спасли от инопланетян…

Я усмехнулся, а он опустил взгляд на документы:

— … Раскрыли преступление в правовом поле людей, разобрались с преступной группировкой оборотней, спасли дочь вашей клиентки, приняв выстрел на себя. — Он пошелестел бумагами. — Два раза. И обзавелись человеческой парой. В общем, использовали шанс по максимуму.

— Я старался.

— Похвально. — Моя папка закрылась с глухим вздохом, и наши взгляды со стариком встретились. — Но вы все таки вернулись на работу в колонию.

— Мне предложили заняться реабилитацией подростков из моей бывшей банды. Они мне подчиняются как вожаку. А у меня есть опыт. Да и в учебе это поможет. Поэтому и согласился.

— Вас очень ждут на работе, — усмехнулся он

— Сначала отпуск.

— Ну, тогда документы на ваше досрочное освобождение заверены, приколоты к вашему делу, а вы свободны. Поздравляю. И примите искреннее восхищение. Когда случается такое, кажется, что этот мир не безнадежен.

— Спасибо.

Мы распрощались, и я вышел на воздух, делая глубокий вдох новой жизни. На улице ждали ласковое июльское утро и Алина у мотоцикла.

— Ну что? — нервно подскочила она ко мне.

— Свобода, — сгрёб я её в объятья и поцеловал.

— Ура! — вскинула она руки в воздух, и я подхватил ее на руки и закружил.

— Поехали? — кивнул на сиденье мотоцикла.

— Да!

Когда-то я мечтал, что смогу всё бросить и уехать, куда глаза глядят. Но мне повезло больше. Мы все бросили вместе с Алиной. Она взяла отпуск на месяц, потому что Миртов категорически не захотел ее отпускать. Мы собрали вещи, сдали Медвежонка тёще и прыгнули на мотоцикл. С остальным разберемся позже, а пока что мне хотелось показать Але целый новый мир, который она ещё никогда не видела — мир бесконечной дороги, свободы и нетронутой природы, в который провести ее смогу лишь я. И это время нельзя упустить. Ведь до холодной московской осени осталось всего два месяца…

Конец